Преисподняя
Шрифт:
Что же сделали кошки? Именно то, чего мы и ожидали. Как только я выстрелил, Хулиган повернулся и побежал в обратную сторону вместе со своим воинством – как будто разноцветный толстый ковер внезапно вздыбился и откатился от нас.
Но, на мой взгляд, этот живой ковер остановился слишком рано. Кошки вряд ли успели отступить хотя бы на двадцать ярдов. Хулиган первый осознал, что остался цел и невредим. Он остановился и снова выступил вперед. Его урчание стало еще более угрожающим.
– Хулигана на мякине не проведешь, – пробормотал я. Мы с Рэчел начали пятиться от медленно надвигающегося
Я быстро направил луч фонарика в пол. Доли секунды оказалось достаточно, чтобы понять, на что я наступил. Мы наконец нашли скелла – вернее, его скелет. Нам так и не удалось узнать, правдивы ли слухи об их выпученных глазах, поскольку они были вырваны из глазниц. Я успел разглядеть царапины, оставленные на костях острыми зубами.
– У меня есть идея, – прошептала Рэчел.
– Мы с мистером Скелетом внимательно слушаем.
– Думаю, сначала нам нужно перестрелять как можно больше кошек. Будем просто палить по движущимся мишеням, включая Хулигана.
– Зачем? Мне нравятся кошки.
– Потому что тогда они начнут терзать своих павших сородичей, и у нас появится время для отступления.
Это было лучше, чем ничего.
– Хорошо. Когда мы побежим, возьми мой фонарик, а я перезаряжу оба пистолета.
– Ты полагаешь, они на этом не остановятся?
– Почти уверен.
Кошки быстро приближались. Мы остановились с фонариками и пистолетами в руках и открыли огонь. Большинство кошек мгновенно растворилось в темноте тоннеля, но их было слишком много, чтобы мы могли промахнуться. Несколько тел забилось на полу в предсмертной агонии. Я целился в Хулигана, но после первого же выстрела он исчез, укрывшись за спинами своих подданных.
Мы выпустили по полной обойме из шестнадцати пуль, затем развернулись и побежали что есть мочи. Словно спортсмен, передающий эстафетную палочку, я сунул свой фонарик Рэчел, а она перебросила мне свой пистолет. Я быстро вставил обоймы, стараясь ступать на освещенные участки пола и прислушиваясь к воплям раздосадованных кошек, опоздавших на каннибальскую трапезу.
Теперь за нашей спиной слышался не просто приглушенный топот. Кошки выли, шипели и мяукали, не оставляя ни малейших сомнений в своих намерениях.
Я как раз вставил обойму во второй пистолет, когда заметил впереди что-то блестящее.
– Рэчел! Там, слева!
Эта была круглая алюминиевая дверная ручка, и мы устремились к ней с истовостью рыцарей, увидевших Святой Грааль. Я нашарил в кармане ключ, полученный от Ксенона. За моей спиной что-то лязгнуло, но я продолжал бежать к двери.
– Что это было? – спросила Рэчел.
– Я выронил твой пистолет.
– Мой пистолет?
Теперь мы уже хорошо видели дверь. Да, это 98-С! Если бы это была дверь 97-С, мы наверняка достались бы кошкам на обед. Я вставил ключ в замочную скважину не той стороной, выругался и попробовал еще раз. Замок щелкнул. В то же мгновение я повернул ручку, втолкнул Рэчел внутрь и обернулся, чтобы закрыть дверь с обратной стороны…
…Как раз вовремя, ибо увидел одноглазого Хулигана, летевшего
Я едва успел захлопнуть дверь. Стук удара тяжелого тела был одним из самых приятных звуков, какие мне приходилось слышать. Облегчение было столь сильным, что я едва не впал в истерику.
– Ах, бедный котеночек! Он расквасил свой носик!
– Кошки… – прошептала Рэчел, тяжело дыша. – Всего лишь кошки…
Она потрясла головой, словно избавляясь от наваждения, и провела по комнате лучом фонарика. Единственным предметом обстановки здесь был большой шкаф, стоявший у задней стены.
– Да, это то самое место. Давай-ка сдвинем его.
Шкаф легко сдвинулся в сторону, и фальшивая стена открылась под нашим напором.
– Как ты думаешь, сколько людей смогли бы благополучно добраться сюда, миновав кошек, крыс, скеллов и сливные отверстия? – поинтересовался я.
– Все равно нужно закрыть стену за собой. Так сказал Ксенон.
Тоннель, в который мы попали, был земляным, укрепленным алюминиевыми балками. Потолок был таким низким, что я не мог выпрямиться в полный рост, но, по крайней мере, здесь не водились кошки. Неприятные запахи тоже исчезли; здесь пахло свежей глиной.
– Все тоннели должны быть такими, – обратился я к Рэчел, но она не ответила.
Мы не успели пройти и десяти ярдов, как вдруг наши фонарики замигали. Через несколько секунд свет погас, и мы оказались в полной темноте, подсвеченной лишь красноватыми образами, оставшимися на сетчатке.
– Боже мой, – пробормотал я. – Ты думаешь, все батарейки могли сесть одновременно?
– Нет. Должно быть, это их служба безопасности. Откачка энергии должна обезвредить все устройства, работающие на электричестве.
Я задержал дыхание, когда впереди неожиданно появилось пятно света, похожее на кошачий глаз. Но затем я понял, что на самом деле это круглый люк, а вертикальная щель зрачка оказалась человеческой фигурой на фоне яркого света.
– Назовите свои имена, – прогремел голос, усиленный динамиком.
Человек держал в руках какое-то оружие. Поскольку свет бил нам в глаза, я не мог разглядеть его лицо.
– Рэчел Брак! – крикнула Рэчел.
– И Гидеон Эшанти, – добавил я.
– Разрядите свое оружие и бросьте его мне.
Я вынул обойму из оставшегося “авенджера” и кинул ее вместе с пистолетом к ногам мужчины. Оружие шлепнулось в грязь, и я невольно поморщился. Пистолет хорошо послужил нам.
– У вас было два пистолета, – сказал мужчина. – Где второй?
– Мы потеряли его по пути сюда, – ответил я. – Отбивались от кошек.
– Выходите, заложив руки за голову. – В этом явно не было необходимости, но он держал нас под прицелом.
Мужчина отошел в сторону. Мы с Рэчел прошли через люк в обычное подвальное помещение с бетонными стенами и неоновым освещением. Там было двое других людей – приземистый мужчина и высокая худая женщина, оба вооруженные до зубов. Выражение их лиц говорило о том, что, если мы осмелимся, хотя бы пукнуть, они с радостью прикончат нас. Я улыбнулся, но это явно не растопило их сердца.