Предвидение
Шрифт:
— Аэрон в кабинет не заходил.
— Заходил. Я его отправил прямиком туда.
— Нет, не заходил, — сказали они в унисон.
Его желудок сжался, Ник сурово смотрел на них, пока они шли на следующий урок.
— Заходил. Потому что знает, что я буду очень недоволен. И недовольный Малачай может надрать ему зад.
— Ну, — сухо произнес Калеб, — можем стоять здесь и спорить, как дети, пока кто-нибудь не покажет язык или можешь позвать его и убедиться. Но скажу тебе, что нога Кельта в кабинет не ступала. Я
Коди застонала.
— Вот бы вы уже поскорее покончили с этими запахами. Вы оба не воняете. И слава богу.
Ник достал телефон, не обращая внимания на ее ворчание:
— Приготовься к разочарованию, Калебчик. Оно уже не за горами, — он набрал своего любимого угрюмого бога войны. И стал ждать.
И ждать. И ждать еще.
Включилось голосовое сообщение.
А вот это не хорошо. Нахмурившись, он увидел самодовольное лицо Калеба.
— Почему он ушел, когда говорил иначе?
— Это же Аэрон.
— Точно. Он не ты, — Ник убрал телефон в карман. — У него здесь не много знакомых. Обычно он не убегает на встречу с кем-то. И не гоняется за дамочками легкого поведения на улице Бурбон… в отличие от некоторых Даэва.
Он многозначительно кашлянул.
— Ты просто завидуешь, что не можешь попасть в эти клубы, детская мордашка.
К счастью, Коди не восприняла эту насмешку всерьез.
— Он дело говорит, Калеб.
Калеб вздохнул.
— Ну да. И меня это бесит. Если Аэрон пропал, то это не сулит ничего хорошего, а я уже устал от дрянских знаков.
Ник сморщил нос.
— Дрянские знаки? Так вообще говорят?
— Конечно, я сам это только что придумал.
Ник фыркнул.
— Ладно. Плевать. Надо его найти. Хотя бы потому, что нам не нужно, чтобы он как-то разоблачил себя на публике.
— Ага, — сказал Калеб язвительно. — Есть закон против публичного раздевания.
Коди грустно вздохнула.
— Думаю, знаю почему боги сделали вас такими красавчиками. Иначе вы были бы невыносимы.
Засмеявшись над ее подколкой, которая означала, что она проводит с ними слишком много времени, Ник замер в коридоре, заметив, как мимо них прошел Нейтан.
В нескольких шагах от них он медленно повернулся, как будто пытался расшифровать странные номера кабинетов и свое расписание.
Ему стало почти жалко паренька, когда он вспомнил, каким потерянным чувствовал себя в первые дни. Номера кабинетов на первом этаже раздавал какой-то полубезумный демон. Они были бессмысленны для любого, кроме пьяного чокнутого, который повесил их на двери, чтобы помучить других.
Пусть Ник и ненавидел себя за порыв, но обнаружил, что заинтересовался этим бородавочником.
— Тебе помочь?
— 114 кабинет? — Нейтан почесал макушку. — Он же должен быть между 112 и 115?
Он указал на шкафчики на месте двери.
— Но и 113 я тоже найти
— Это потому что 113 — спортзал.
Нейтан нахмурился.
— А?
— Вот именно. Обычно не спрашивают почему. Нужно просто пойти в кабинет и постараться не расплакаться, — Ник рассмеялся над озадаченным выражением лица парнишки. — Добро пожаловать в Св. Ричардс — обитель неспособных научиться чтению и просто буйно помешанных. 114 кабинет — лаборатория биологии. Вниз по коридору, потом направо, рядом с туалетом, напротив 130 кабинета. Потому что зачем кому-то что-то понимать.
Он приподнял бровь.
— Ага… не задавай вопросов. Логика и разум давным-давно помахали этому месту ручкой. Как думаешь, почему это место называют «заведением»?
Нейтан рассмеялся.
— Ясно. Спасибо.
— Да без проблем.
Он протянул руку Нику.
— Кстати, я Нейтан.
— Ник, — немного поколебавшись, он пожал ему руку. Сейчас, рядом с этим парнем он не понимал, почему раньше чувствовал себя так странно. Нейтан вроде ничего, если не считать, что тот был одного роста с Ником, который предпочитал возвышаться над людьми.
У него было такое маленькое эго, что это была единственная вещь, которой он мог нормально гордиться и которую не мог отнять никто, кроме Ашерона, Ксева и папы-медведя Пельтье. И по сравнению с Ашероном и Папой-медведем, он был коротышкой-каджуном. Эти двое были гигантами современного мира со своими семью футами роста.
Ник покосился на Нейтана и не заметил рогов в густых темно-русых волосах. Когда их кожа соприкоснулась, он не почувствовал никаких предупреждающих сигналов. У него были обычные ясные голубые глаза. Умные, но не демонические, без зрачков в форме бриллиантов.
Блин, да у него даже прыщей не было.
И конечно же, зараза был одет лучше. Хотя, это относилось ко всем. Чирайз Готье считала, что эти гадкие бесформенные гавайские рубашки престарелых туристов могли уберечь ее сына от неприятностей. И они были лучшим средством контроля рождаемости, потому что не одна особа женского пола не смотрела на него с мыслью — так и съела бы. Так что Ник носил их со всей гордостью, на которую был способен.
Кстати, гордости там было на волосок.
Опустив руку, Нейтан заметил за плечом у Ника ожидавших его Коди и Калеба.
— Коди сказала мне, что ты ее парень. Прости, что разозлил тебя. Я не знал и надо было понять, что такая хорошенькая девушка уж точно занята. Но надежда умирает последней.
Нику стало чуть полегче от того, что Нейтан не прошелся многозначительным взглядом по его сверкающей в полумраке ярко-оранжевой рубашке. Но он был настоящим мужчиной, чтобы пережить и такое. Если в школе выключат электричество, рубашка может здорово помочь.
И кто тогда будет дураком?
— Прости, что так остро отреагировал.