Представитель
Шрифт:
— Да, уже включен.
Франклин кивнул и, протянув руку за пределы видимости телекамеры, произвел какие-то манипуляции.
Спустя несколько секунд вмонтированный в крышку кейса цифровой приемник пискнул и проиграл тоновый код. Тем не менее Карсон недоверчиво покосился на упаковку денег и достал из кармашка в кейсе магнитный датчик. Проведя им над пачками банкнот и посмотрев на показания крохотного экрана, он кивнул:
— Все в порядке, сэр. На этот раз получилось.
— Что значит «на этот раз»? У меня
— Это я просто так, сэр. Извините.
— Ох, и задница ты, Карсон. Ладно, давай работай и знай, что дело это очень серьезное.
— Да, сэр, конечно, — согласился Карсон и отключил связь, не дав боссу Франклину сказать заключительное слово.
Глава 25
Уже второй день половина банды «собак» находилась в городе, празднуя удачную сделку. Племенные туки, которых они забрали с фермы Нанта Каспара, принесли им полторы сотни тысяч — деньги, по меркам местных скотоводов, просто невиданные. Тем не менее перекупщики с юга заплатили, почти не торгуясь.
Раньше южане жили только своими скважинами, но теперь подземные запасы иссякали и накопленные на добыче кванзиновой жидкости капиталы вкладывались в новый бизнес. Юг спешно осваивал скотоводство и скупал все, что касалось производства мальзивы — второго золота планеты Малибу.
Впрочем, Дюка Лозмара эти тонкости мало интересовали. Он получил свои деньги и хотел приобрести за них максимально возможное влияние.
Сейчас он сидел в грязноватом номере третьесортного мотеля и курил дорогую сигару. В подслеповатое окно было видно, как Фагот и еще несколько «собак» выстраивают в ряд пришедших наниматься безработных.
Их оказалось не меньше двух сотен, дураков, которые поверили, что им будут платить по две тысячи в месяц.
Дюк надеялся отобрать около сотни человек и сделать из них настоящих «собак». Ему требовались новые бойцы, поскольку у него были далеко идущие планы.
«А и в самом деле, — размышлял он, — скоро скважины совсем опустеют и солдаты уйдут. Кто тогда останется здесь главной силой? Полиция, эти задницы? Вот уж нет. Хозяином города и окрестных холмов должен быть я — и никто другой».
— Рекруты прибыли и уже построены, адмирал! — доложил вошедший Фагот.
Не вынимая сигары изо рта, Дюк кивнул и, поднявшись со стула, направился к выходу. Уже в дверях он остановился и, указав на диван, произнес:
— Там, возле стены, у меня баба. Посмотри, живая она или нет.
— Моментом, адмирал!
Фагот подбежал к дивану и действительно обнаружил на полу у стены женское тело. Должно быть, это была какая-то наркоманка, потому что на ее руках были видны следы от уколов.
Фагот оглянулся и, увидев, что босса нет, протянул руку и стал лапать маленькую грудь. Затем подхватил безвольное тело и бросил на диван.
Девушка почти не шевелилась, лишь
Сделав это умозаключение, он выскочил следом за своим хозяином, и, как оказалось, вовремя. Лозмар посмотрел на Фагота долгим взглядом и сказал:
— А я уж думал, ты заигрался.
— Да нет, просто положил ее на диван. На полу холодно.
— Да, на полу холодно, а в могиле еще холоднее, — двусмысленно заметил Дюк и, затянувшись крепкой сигарой, шагнул к построенным в длинную шеренгу искателям бандитского счастья.
Здесь были разные люди, и разные причины привели их сюда. Одним было нечем кормить своих детей, другие решили стать грабителями, третьи просто запутались в жизни и считали себя искателями приключений.
Однако все они втягивали головы в плечи, когда Дюк окидывал их оценивающим взглядом.
Проезжавшие по дороге машины притормаживали, и любопытные открывали окна, чтобы посмотреть, что происходит возле мотеля. Однако, заметив знаки бандитской группировки, они тотчас уезжали, предоставляя любоваться этим сборищем только нескольким полицейским, которые по такому случаю были вооружены до зубов.
По закону любой принадлежавший к преступной группе человек подлежал немедленному аресту, однако ситуация давно изменилась, и без поддержки военных полиция опасалась проявлять инициативу. Все ограничивалось пассивным наблюдением да подчеркнуто чрезмерным вооружением патрульных постовых.
Впрочем, бандиты, и в особенности «собаки», их уже не боялись и в открытую ходили по городу со своими отличительными знаками, что расценивалось как полный контроль над территорией.
— Как тебя зовут, бородатый? — спросил Дюк у одного из рекрутов.
— Поллак, сэр, — ответил тот.
— Был военным, Поллак?
— Нет, сэр, служил в полиции.
Услышав признание рекрута, все вокруг возмущенно загудели, а некоторые из «собак» позволили себе оскорбительные высказывания, однако Поллак никак на это не отреагировал, глядя только на Лозмара.
— Ты молодец, Поллак. Отходи в сторону — ты принят.
Новый член банды вышел из строя, а Дюк двинулся дальше, довольный тем, как он подмял мнение остальных «собак». Пусть знают, что он самолично принимает решения и, если взял бывшего полицейского, значит, разглядел в нем что-то такое, о чем не догадываются рядовые «собаки».
— Ты кто? — спросил Дюк очередного соискателя, субъекта с широкими скулами и перебитым носом.
— Аэртон, сэр, — ответил тот сиплым голосом. И, скосив глаза в сторону полицейских, добавил тише: — Беглый я. Из Кьола-Синг… Возьмите меня, сэр, не пожалеете.