Предсказанный муж

– Да кому она нужна с её-то прыщами? – звонкий, иногда срывавшийся на визг голос Дашки доносился с кухни.

Впрочем, это уже не удивляло: где ж ещё в нашей двухкомнатной квартире им с матерью меня обсуждать.

– Так и помрёт старой девой да к тому же прыщавой! Хоть бы какой-нибудь урод её замуж взял! – продолжала изливаться ненаглядная сестрица.

Давно привыкнув к ее истеричным крикам подобного рода, я лишь равнодушно пожала плечами и потянулась за очередным любовным романом, взятым сегодня в библиотеке на неделю.

Да, с прыщами, вернее, с комедонами. Обычная, дешёвая, уходовая косметика мне не помогала, а на дорогую у матери денег не было. У Дашки снега зимой не допросишься, а меня из-за нестандартной внешности и легкой хромоты – последствия родовой травмы – в полные двадцать пять никто на работу не брал. Некоторые работодатели открыто говорили: подлечись, мол, потом мы подумаем. Так что приходилось перебиваться случайными заработками через Интернет. Половину дохода я честно отдавала в общий котел на оплату счетов и покупку различный вещей для дома. Оставались обычно сущие копейки. На них питалась и изредка покупала новую одежду взамен пришедшей в полную негодность старой.

На людях я бывать не любила. Те два раза в неделю, что приходилось бывать в местной библиотеке, чтобы обменять книжки, или недолгие походы в супермаркет за продуктами оборачивались для меня настоящим испытанием. Мне постоянно казалось, что народ гадко хихикает за моей спиной, показывает пальцами и перешёптывается. Я как-то заикнулась матери о скоростном Интернете, чтобы скачивать романы, не выходя из дома, и смотреть фильмы он-лайн, но в ответ получила вполне ожидаемый ответ: «Вот заработай, тогда и подключим». Как заработать, уточнено не было.

На людях я появляться не любила. Те два раза в неделю, что приходилось появляться в местной библиотеке, чтобы обменять книжки, или недолгие походы в супермаркет за продуктами оборачивались для меня настоящим испытанием: постоянно казалось, что народ за спиной гадко хихикает, показывает пальцами в спину и перешёптывается. Я как-то заикнулась матери о скоростном Интернете, чтобы качать романы библиотеками, не выходя из дома, и смотреть фильмы он-лайн, но в ответ получила вполне ожидаемый ответ: «Вот заработай, тогда и подключим». Как заработай, уточнено не было.

Мою нестандартную внешность любимые родичи обсуждали с завидной частотой, особенно Дашка, которой некуда было водить кавалеров. Так что я, пропустив мимо ушей это обсуждение, просто открыла новую книгу с полуобнажённым мачо на обложке и с удовольствием погрузилась в мир настоящей любви.

Уснула я поздно: текст оказался напичканным уймой подробностей и немалым количеством авторской лексики, несколько раз надо было возвращаться к уже прочитанным страницам, чтобы понять, о чем именно говорит писатель, а потом вникать в продолжение книги, так что полночи точно не спала.

– Эй, девка, вставай, мужа проспишь, – ехидный старческий голос заставил проснуться. Открыла глаза: лежу на обычной деревянной лавке у мраморного фонтана, рядом – незнакомый дед невысокого роста, с седой бородой и густой шевелюрой того же цвета, вокруг снуют странно одетые люди, почему-то в упор не замечая нас.

– Вы кто? –

не собираясь вставать, не особо вежливо спросила я.

– Бог я, – нахально ухмыльнулся беловолосый старик. – Местный. Замуж хочешь?

– Хочу, – ответила я честно, а у самой в голове крутилось: «Ну вот и санитары приехали. Интересно, что мне вкололи?»

– Ну так вставай, что лежишь? Смотри, мужа уведут, – и снова ухмыляется.

Плохо понимая, что происходит и куда ввязываюсь, я медленно встала с лавки, пару раз нагнулась в разные стороны, разминая затёкшее тело. О, а вещи не мои. Заснула я в лёгкой ситцевой ночнушке с забавной собачьей рожицей на груди, а сейчас одета в элегантный коричневый брючный костюм, чем-то похожий на те, в которых раньше охотились благородные господа: брюки чуть ли не в облипочку, приталенная кофта, сверху – широкий плащ на завязках. И всё – коричневого цвета.

– Иди уже, что встала? Потом налюбуешься, – обладатель ехидного голоса и не думал исчезать.

Сильное, похоже, лекарство мне дали. Ладно, пошла.

– В другую сторону, дуреха, – хмыкнул мой неизвестный сопровождающий.

Я послушно повернулась, сделала десяток шагов и практически сразу уперлась в кованую железную ограду с необычным орнаментом в виде переплетённых между собой тел животных и птиц.

– Калитка слева, – послышался за спиной тяжелый вздох. А санитары не дремлют.

– Сама ты санитар, – проворчали недовольно, – только время теряем. Открывай давай. И так на свадьбу опаздываем.

Даже не удивившись прочитанным мыслям, мало ли что во сне бывает, я послушно повернулась налево. Действительно, калитка, тоже железная, кованая, с кольцом, торчавшим из пасти лохматого льва, вместо ручки. Потянула на себя: Сим-сим открылся, и я зашла внутрь.

Дом за оградой был высоким и каменным и производил впечатление здания, построенного один раз и на века. Казалось, в нем родились, выросли и умерли несколько поколений жильцов, и еще стольким же уготован этот скорбный удел.

– Госпожа, наконец-то! Вы здесь, – деревянная дверь, и так полураскрытая, распахнулась, на ступеньки метеором вылетела высокая плотная женщина средних лет в длинном сером платье, переднике и чепце.

Служанка?

– Прошу, только вас и ждем! Церемония уже должна начаться!

Какой-то сумасшедший сон. Рядом раздался привычный смешок, а затем тихое:

– Иди, наконец.

Служанка летела по длинным узким коридорам, я с трудом поспевала за ней. Вот откуда, скажите на милость, в этой крупной женщине столько энергии? И чем она питается, чтобы развивать такую скорость?

Затормозив возле одной из многочисленных дверей, моя проводница потянула за ручку в форме орлиной головы и почтительно поклонилась, когда дверь открылась:

– Прошу, госпожа.

Я вошла в украшенный цветами и горевшими свечами просторный зал. Впереди – алтарь, возле него – двое мужчин, один повыше и в плечах пошире, другой, наоборот, чуть пониже, весь какой-то утонченный. Стоят спиной к входу, чего-то ждут.

– Кого-то, – все тот же тихий смешок. – Ты ведь хотела замуж. Выбирай.