Предсказанное. Том 2
Шрифт:
— Это тебе папа сказал?
— Это я так думаю. Однако такие вопросы, дорогая моя, надо было задавать раньше, а теперь поздно, мы уже в стакане. Предлагаю выработать стратегию поиска хозяев Шершня и контакта с ними. Они могут еще и не согласиться помочь нам в благородном деле войны с Мантоптерами.
— Проще всего выйти в космос в потоке «триай», — сказала Дарья, — и позвать разумников. Кто-нибудь да откликнется… если ваш стакан-вселенная не пустышка.
— Твое мнение? — посмотрел на правнука Железовский.
— Давайте спросим Шершня, — предложил застигнутый
— Логично. Попробуй.
Дар заговорил с инком, обрисовал ситуацию, объяснил цель.
«Нет ничего проще, — отозвался Шершень. — Я ощущаю изменения, происшедшие здесь с момента моего рождения, но координаты реперных энергоисточников не изменились. Мы можем достичь родины моих хозяев за два транса. В земном времяисчислении это всего один час сорок две минуты».
— Можем отправляться, — сказал молодой человек, высовываясь из пилотской ячеи.
— Мы все слышали, — заявила Дарья; она уже вылезла из своей «кельи» и с любопытством озиралась. — Можете мне объяснить, почему рубка приобрела другую форму?
— Мерность… — заикнулся Дар.
— Молодец, догадался, — посмотрел на него Железовский благожелательно, также выбираясь из ячеи. — Пространство внутри стакана имеет другую размерность, а для каждого континуума размерность — закон, диктующий пропорции геометрии и характер физических взаимодействий. Не удивлюсь, если мы увидим любопытные эффекты.
— Почему же мы сами не изменились? Во всяком случае, я лично вижу вас прежними.
— Во-первых, мы подчиняемся физическим законам своего мира, которые действуют внутри нас. Во-вторых, мы скорее всего тоже изменились, но вместе с нашим обликом изменилось и восприятие вещей. Так что все как бы осталось по-прежнему. Я лично чувствую, что здесь существенно труднее дышать, а это означает, что у меня сократился объем легких и сердца. Ну, и так далее.
Дар и Дарья переглянулись.
— Пожалуй, в этом что-то есть, — задумчиво проговорила девушка. — Мне тоже трудновато дышать. И сердце колотится сильнее. Хотя я думала, что это все результат давно не проветриваемого помещения.
— Шершень обновляет воздух ежечасно, — буркнул Дар. — Предлагаю возвращаться.
— Вот еще! — вскинула голову Дарья. — Толком не осмотрелись — и уже возвращаться! Сделаем дело, вернемся.
— Он в чем-то прав, — кряхтя, сказал Аристарх. — Не стоит здесь особо задерживаться. А то вернемся какими-нибудь динозаврами… или осами. Я не знаю, с какой целью и кто свернул мир Галиктов в стакан, но, возможно, он сделал это не с благими намерениями. Десять минут на туалет, еще пять на ужин, и за дело!
«Осиный» корабль достиг цели — планеты разумных ос — за полтора часа.
Его экипаж не сильно удивился, увидев, что солнце планетной системы имеет форму двояковыпуклого диска, испускающего призрачный голубоватый свет — как земная Луна в полночь. А сами планеты — в количестве четырех — похожи на сильно сплющенные груши, повернутые к светилу более острым концом.
— Опоздали, — сказала с сожалением ошеломленная таким оборотом дела Дарья. — Куда они подевались?
«Нет данных», — ответил опечаленный не меньше ее Шершень, по простоте душевной воспринимавший такие вопросы на свой счет.
— Прошли миллионы лет, — проговорил тихонько Дар. — Цивилизации не живут вечно…
— Может быть, всех Галиктов уничтожили Мантоптеры?
— Тогда была бы уничтожена и планета-матка.
— И никакой инфраструктуры: ни спутников, ни станций, ни оранжерей, ни энергокомплексов на орбите, ни дорог на поверхности, сплошные дыры и норы…
— Этого и я, честно говоря, не ожидал, — поскреб затылок Железовский. — Был уверен, что мы найдем здесь если и не друзей, то соратников. Пока мы играли в свои игры с черными людьми и гадали, глядя на стакан, что это такое, он «протух».
— Дядя Аристарх, но это же лотерея, — решила поддержать Железовского Дарья. — Мы вообще могли не иметь стакана или не смогли бы в него протиснуться. Что же делать? Не вешаться же? Проверили идею, убедились, что она ложная, но жизнь-то продолжается.
— Да? — с интересом посмотрел на нее человек-гора. — Продолжается, говоришь? — Он повесил нос. — Дожил, называется. Уже и девчонки утешают, место в транспорте уступают. Спасибо на добром слове. Конечно, это лотерея, наиболее точный способ учета количества оптимистов, между прочим. И все же я надеялся…
— Галикты должны были иметь большой флот, — вмешался в разговор Дар. — Иначе они не смогли бы на равных воевать с Мантоптерами. Спросим Шершня, может быть, он знает места дислокации флота?
Дарья и Аристарх обменялись взглядами.
— Я же говорила, что он очень умный, — сказала девушка. — Только строптивый.
— У него мои гены, — авторитетно пробасил Железовский.
Дар не выдержал и засмеялся. Он уже привык к манере разговора предка и всех, кто дружил с ним. Они вполне понимали юмор и друг друга.
— Шершень, где располагаются базы космофлота твоих хозяев?
«За орбитой Содержателя находятся три форпоста».
— Как это понимать?
— Содержатель — это, наверное, планета Галиктов, ближайшая к светилу, — предположила Дарья. — Но в таком случае планеты за ее орбитой и есть базы? Форпосты?
— Проверим, — сказал Железовский. — По местам стоять, с якоря сниматься. Шершень — курс на ближайший форпост.
Корабль-нож устремился прочь от родной планеты своих создателей. При этом проявился интересный эффект: по мере удаления корабля солнце системы светило то ярче, то слабее, в зависимости от того, каким боком поворачивался к наблюдателям его диск.