Предсказанное. Том 2
Шрифт:
— Спецгруппа не поможет.
— Что ты предлагаешь?
— Давайте по порядку. Какой-то невеликий запас времени у нас есть. Надо разбить проблему на уровни и решать их поэтапно и разными силами. Предлагаю следующее. Вам, Савва, Игнат и Джума, надлежит сосредоточиться на уровне социума, спасти Сопротивление от полного разгрома и не дать Ордену уничтожить интрасенсов.
— Нейтрализовать предателей и шпионов Службы, — добавил Хан.
— Нейтрализация предателей — тактика, а не стратегия. Разумеется, с этого придется начинать. Моей дочери и ее другу Дару
— Я могу слетать к ним! — вскинулся Маттер, сбрасывая флегму.
— Тебе отводится другая задача, Герхард, стратегического плана.
— Эфанализ, что ли? — поморщился ксенопсихолог.
— Выход на иных. Кроме Блэкхоул, в космосе живут и работают другие носители разума: кубоиды, Очень Большие Социосистемы с распределенными базами, «струнные системы», объекты типа гравастаров и эйнсофов. Если нам удастся выйти на них и договориться о взаимодействии, Блэкхоул перестанет нас терроризировать. Не уверен, что эта задача по плечу кому-либо из нас, но попытаться стоит.
— Я займусь! — загорелся Маттер. — Это действительно интересно.
— К Дашке могу полететь я, — пробасил Железовский.
— Именно на тебя я и рассчитывал.
— Ну, а ты? — деликатно поинтересовался Джума Хан. — Какие у тебя планы?
Мальгин улыбнулся, понимая смысл вопроса: бывший врач «Скорой помощи» имел в виду, останется ли Мальгин с ними до конца или опять нырнет в пространство ради своих целей, чтобы изредка возвращаться и давать советы.
— В координаторы я не гожусь, хотя обязуюсь помогать советом и делом. Думаю, Савва справится с обязанностями главы Сопротивления и главного координатора наших планов. С вашего разрешения я хотел бы заняться Даном Шаламовым. На всех наших проблемах лежит его тень.
— Ты думаешь… это он… командует парадом? — вопросительно выгнул бровь Ромашин.
— Нет, лично он такими делами заниматься не станет. Но Дан явно стоит за всем… парадом, как ты изволишь выражаться. Пока он на другой стороне, нам нельзя рассчитывать на победу. К тому же он продолжает контактировать с кем-то из Живущих-за-Пределами. Стоит попытаться через него выйти на этого носителя иной логики и этических конструкций.
— Почему ты думаешь, что он встречается с Живущими? — с любопытством спросил Маттер. — И разве ты сам не знаком с ними? С тем же Паломником, к примеру.
— Паломник — бывший гуманоид, его логика мало чем отличается от человеческой. С ним не возникает напряга при общении. Но среди Живущих-за-Пределами встречаются и негуманы, причем абсолютно далекие от человеческих оценок и ценностных ориентаций. Для них нет и не может быть ничего святого в человеческом понимании. Во всяком случае, свои подарки-артефакты Дан получил именно от такого существа. Паломник никогда не позволил бы себе подобной промашки.
Мужчины переглянулись. Все они знали историю Шаламова-псинеура и были настроены скептически к идее Мальгина переманить Даниила на свою сторону.
— Он не
— Не получилось, — согласился Мальгин. — К сожалению, я не бог и даже не Вершитель, хотя и могу выполнять кое-какие его функции. У Дана был запущен в гиппокампе черный нейрогенез — рождение новых нейронов, не связанных с нервной системой, — так называемые «черные клады» чужой информации. Я не смог заставить делиться его собственные мультипотентные стволовые клетки в головном мозге, они остались блокированными.
— Надо было снять блокаду, — сказал Джума.
— Чем?
— Стимулируя нейрогенез на уровне эмпатий и воспоминаний детства.
— Мне удалось лишь сбросить часть криптогнозы, засевшей в мозгу Дана, и передвинуть уровни влияния наших генетических предков с древнейших структур на промежуточные лимбические. То есть снять фиксацию поведения динозавров на звериные инстинкты. Но подчинить все «черные клады» чужеродной информации в мозгу Даниила сознанию человека, чтобы он мог контролировать непосредственные реакции и инстинкты, я не сумел. Шанс, что Живущий-за-Пределами согласится помочь в этом вопросе, мал, но он есть. Я уверен.
Помолчали.
— Да, — пророкотал Железовский с непонятной интонацией. — Эволюция налицо.
Все посмотрели на него с недоумением. Лишь Мальгин, уловивший мысль математика, кивнул, соглашаясь.
— Поясни, что ты имел в виду, — сказал Джума. — О какой эволюции речь?
— В древности говорили: скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты. В начале двадцать первого века поговорка изменилась, стали говорить: скажи мне, что ты ищешь в Интернете, и я скажу, идиот ты или нормальный человек. В наши времена надо говорить: скажи мне, что ты ищешь в человеке…
— …и я скажу, стоит ли тебя лечить, — закончил Джума Хан под общий смех.
— Прямо как дети, — покачал головой мрачный Карл Золотько, единственный из всей компании, кто не разделял оптимизма соратников.
— И все же я… — начала Забава.
В кают-компанию заглянула Аума, дочь Власты, поманила ее за собой. Забава быстро направилась к выходу, понимая, что требуется ее помощь: на время совещания она оставила сына на попечение сестры. Однако у двери задержалась:
— Все же я направила бы к Даше и Дару не одного человека, а группу. Ребята еще молоды, опыта у них мало.
— Мы обсудим этот вопрос, — пообещал Мальгин, искоса глянув на Железовского.
Женщина вышла.
Аристарх шевельнул уголком губ, обозначая улыбку.
— За меня беспокоится. Не надо посылать туда группу, мы справимся.
— Итак, друзья, на чем мы остановились? Стратегия принимается?
— Я — за, — поднял руку Джума.
— Я тоже, — кивнул Ромашин.
— Все за, — пробормотал Маттер. — Где тут у вас машина? И какого класса?
Он имел в виду компьютер.
— Не ахти чего, всего лишь стандартный «мастер», — сказал Карл Золотько извиняющимся тоном.