Предложение

Хейл Карина

Потирая глаза, у двери в спальню стоит Ава, она выглядит заспанной. К счастью, с того места она не могла увидеть много.

— Привет милая, — говорю я ей, пытаясь отдышаться.

Она вглядывается в меня и Брэма.

— Что вы делаете? У тебя волосы в разные стороны.

— Просто собираем диван, — слишком широко улыбаясь, говорю я. — Вот Брэм к нам заскочил.

— Привет, Брэм. — Она зевает, а затем плетется через гостиную и садится на диван. Нормальный диван. Не тот диван, который практически заставил двух соседей заняться сексом.

Я смотрю на

него, он с улыбкой приглаживает волосы. Что, черт возьми, это было? Я все еще чертовски возбуждена, грудь ноет от желания, клитор пульсирует там, где только что был его большой палец. Господи, он нужен мне для продолжения.

Но может быть хорошо, что мы все ж остановились. Увлечься было бы плохой идеей.

Правильно? Я понимаю, что спрашиваю об этом себя, а ответов у меня нет. Я просто хочу трахнуться с шотландским богом секса, который стоит рядом со мной.

— Ну, — прочищая горло, говорю я Брэму. — Спасибо за помощь.

Он кивает и медленно встает на ноги, поднимая меня на мои.

— Конечно. Но знаешь, я не особо то помог. Я только начал.

Я знаю, о чем он, и как бы я не хотела попросить больше, я не знаю, как это сделать, и нужно ли это.

— Что ж, спасибо за ту помощь, которую уже оказал. Ну ты понимаешь, с диваном.

Он посылает мне дерзкую улыбку, а затем проводит пальцами – теми же самыми пальцами, которые несколько минут назад были во мне – под носом и вдыхает.

— Я вернусь за большим, — глухо говорит он.

Затем поворачивается и уходит, а я стою рядом с почти собранным куском дурацкого дивана, задаваясь вопросом, перестанут ли мои ноги когда-нибудь дрожать.

Глава 12

НИКОЛА

В тот день Брэма я больше не видела. Когда я просыпаюсь утром, мое тело все еще уставшее от похмелья, а внутри все болит от того, что какая-то часть Брэма, пусть и недолго, была внутри меня. Все это похоже на сон, хороший эротический сон, за исключением того, что у меня не было шанса кончить и теперь мало того, что мне неловко, так еще я чувствую себя сексуально неудовлетворенной.

Боже, те вещи, что он сказал, были такими ужасно сексуальными, не думаю, что, если бы любой другой парень был настолько же откровенен, мы бы так же быстро перешли к делу. Хотела бы я посмотреть, где еще оказался этот грязный рот – в прямом и в переносном смысле. Я хотела, чтоб он вернулся «за большим».

Но жизнь продолжается. Я застряла с одним почти собранным диваном, а другой все так и лежит в коробке. Даже не представлять, как его собирать. Я настолько близка к тому, чтобы взять самый большой тупой предмет, который у меня есть – вероятно вибратор – и выбить все дерьмо из обоих. Чертова IKEA! На самом деле это не вина магазина (не совсем), это моя вина. Я так быстро помешалась на Брэме. Одно маленькое прикосновение, один раз узнав его вкус, я готова дать ему больше. Но я бы не сказала, что его прикосновение

или его вкус был маленьким. У него сильный и длинный язык, а его пальцы еще больше.

Несмотря на то, что сегодня вторник, Лиза прийти не может, а мне надо к трем на работу. Но к счастью, приедет мама. Я начинаю чувствовать себя ужасно, вытаскивая ее сюда все чаще и чаще. Посменная работа не так предсказуема, как моя прошлая, но мама молодец, и она любит как можно больше времени проводить с внучкой.

— Привет, дорогая, — входя в квартиру, говорит она мне. Она останавливается и сразу же видит новый дерьмовый диванчик в углу. Потом машет Аве, которая, уткнувшись в подушки, лежит на старом диване, и бездумно смотрит телевизор.

Она едва машет в ответ, будто у нее не хватает сил. Обычно я бы заволновалась что с ней что-то не так, но я только что измерила ее уровень сахара, он идеален. Она просто немного хандрит – видимо подцепила это от мамы.

И тут мама говорит мне.

— Ты хорошо выглядишь, — будто это сюрприз какой-то, и обычно я выгляжу как кусок дерьма. Мда уж. А может это и так.

— О, спасибо, — отвечаю я. Я всего лишь одела свою обычную форму для бара, белая майка с низким вырезом и джинсы, но она вглядывается в меня так, словно я что-то скрываю.

— Нет, правда, — говорит она, ущипнув меня за щеку. Когда я была маленькой, она никогда так не делала. — Что бы ты ни делала, так держать. Не забывай, ты все еще молода, ну ты знаешь, независимо от того, насколько старше заставляет тебя чувствовать этот маленький нарушитель спокойствия. — Она указывает пальцем на Аву, которая не обращает на нас внимания.

— Да, да, — отвечаю я. Хватаю кожаную куртку, она у меня уже лет сто. На этой неделе город решил вести себя как настоящий мудак, и температура сейчас около минус миллиона. Я почти выхожу за дверь, как мама говорит.

— Ждать ли мне визита Брэма?

Несмотря на то, что я уже взялась за ручку двери, я отпускаю ее и шагаю назад, поворачиваясь к маме лицом.

— Мам, послушай, — говорю я ей. — Брэм очень хороший парень.

— Джентльмен, — с таинственной, хитрой улыбкой произносит она.

— Конечно, — отвечаю я. — Имею в виду, он на самом деле хороший парень. А также, не…в общем суть в том, что меня не волнует, принес он тебе чайник или тебе кажется что он проявляет ко мне интерес, он просто мой сосед. Он никогда не станет чем-то большим.

— О, Никола…— начинает она, опустив руки по бокам.

Я хватаю ее за руку.

— Я знаю, что это практически первый парень, с которым ты встретилась с тех пор, как я была с Филом. Если не считать Бена, но он недолго околачивался вокруг. Но на самом деле…Брэм и я? Мы просто друзья. Не знаю, что будет дальше, но сейчас он оказывает мне услугу, и я пытаюсь сделать это для него проще. — Я делаю паузу. — Ты понимаешь, о чем я? И не надо делать что-то из своих мамских вещей и вмешиваться во все это. Это не сработает, хорошо? Это может поставить под угрозу наши отношения, отношения между арендодателем и арендатором.