Предел
Шрифт:
Несмотря на все неудобства езды, Нэрнис даже не заметил, как быстро они добрались до Тасьвы. Где-то недалеко было то место, где плащеносцы оставили плоты. Но искать удобный брод было некогда. Ноги поднимали зря. Айшак ушел в воду почти по брюхо и поднял такой фонтан, что забрызгал седоков по самые уши. Аль Арвиль решил, что это купание было даже полезно. За всеми подробностями за-Предельной жизни Темных, он чуть не упустил главное:
— Даэр, так ты им ничего не сказал про лаз через дерево?
— С чего ты взял? Сказал, конечно. Знаешь, тебя следовало бы
— Но ты же им поклялся, что вернешься? А зачем ты им, если теперь они могут уйти?
— А они не хотят уходить. Нэрнис, если ты свой дом защищаешь восемьсот лет, ты его бросишь? У них на нижних уровнях есть Зал Стены. Что-то вроде Зала Совета у Амалироса. На самом деле это не зал, а пещера. И её почти пополам делит Предел. Жуткое место. Там, в такни Предела висят стрелы. На каждой стреле имя того, кто погиб. И стрел там много. Понял?
— А-а. Ну, если так, то конечно. Ну, а доказательства для Повелителя Амалироса?
— Самые внушительные. — Даэрос похлопал себя по бокам. — Видишь, как я похудел? Тарлы, золото, почти все украшения и все остальные мелочи, я оставил там. Зато у меня с собой для наших Правителей есть кое-что очень интересное. Ты думаешь, это я тут один рядом с Айшаком бегу? Нет, брат, вместе со мной бегут почти двадцать телег золота в нынешних ценах.
— У тебя с собой тарлы? Черные? Сколько? Дай хоть один посмотреть!
— Восемнадцать. Нэрьо, давай ты потом посмотришь, время еще будет. А здесь начинается пологий берег и можно бежать быстрее. Так что держись.
До самого заброшенного села Даэрос рассказывал про свой Заговор и постоянно перечислял Нэрнису, что надо знать Повелителю Амалиросу, а что — нет. От постоянных «Повтори, как ты это запомнил! А понимаешь зачем?» у Светлого гудела голова. Всё остальное: спина, руки и ноги гудеть перестало, но ныло, болело и грозило отвалиться. Роль, которую брат придумал ему в «Заговоре против всех», то пугала, то смущала, то заставляла гордиться. Аль Арвиль сомневался, что справится с такой задачей. Он и с собой-то уже с трудом справлялся. К тому же план Даэроса хоть и выглядел вполне разумно, но был какой-то не-Светлый.
— Даэр, я конечно, понимаю, что за Пределом должно обитать чудовище, которого все здесь будут бояться, как бы не выползло. Но почему этим чудовищем должен быть я? И зачем пугать еще и за-Предельных несчастных Темных?
— Темных? — Ар Ктэль перешел на шаг. Ломиться сквозь кустарник на опушке с налету не стоило. — Кто тебе сказал, что пугать надо Темных?
— Ты же говорил: для устрашения моих будущих подданных.
— Это я тебе потом объясню. При Выползне слово «подданные» вообще не говори. И не переживай. Говорить в основном буду я. Нэрьо, не надо в себе сомневаться. Кто из нас двоих лучше подходит на роль грозного врага? Ты, который может запросто порвать пару дубов на дрова, или я? И чем я могу их напугать? Написать на какой-нибудь горе нехорошее слово крупными рунами?
— Вот,
— Про кровососов — это человеческие сказки. А теперь сползай с Айшака и пойдем не торопясь. Если мы выскочим из леса слишком быстро, то первые напуганные у тебя сразу появятся — Сульс и Расти. Дымом тянет, чувствуешь? Похоже, у нас будет ужин, если его еще не съели.
Первым занервничал стреноженный Пегаш. Расти, который уже почти привык к диковинным лесным звукам, не на шутку встревожился. Раньше конь никакого беспокойства не проявлял.
— Дядька Сульс! — Проныра растолкал спавшего перед ночным дежурством Оружейника. — Идет кто-то! Пегаш злится!
Сульс даже не успел толком проморгаться. Раздался дикий, но уже знакомый ему рев, и дробный топот. Из темноты вылетел Айшак, толкнул Пегаша с разбегу в плечо, куснул Чалого и успокоился. Стреноженные жеребцы храпели и неловким перескоком удалялись на другой край небольшого луга к меринам. Айшак передернул ушами и принялся за траву.
— Похоже, что Господа Принцы возвращаются. — Сульс вышел к огню. — Расти, подкинь дров. И чем это так пахнет?
— Я зайца в петлю изловил. — Проныра подкинул в самодельный очаг кусок трухлявого бревна и поправил котелок.
Даэрос и Нэрнис поразились изменениям, которые произошли на стоянке за время их отсутствия. Помимо очага, сложенного пусть и насухо, но из кирпичей, в самом полуразрушенном доме и рядом с ним кучами громоздилось различное добро.
— И где же вы столько насобирали? — Нэрнис взял из ближайшей кучи позеленевший медный котел и стал его осматривать. — Даэр, тебе не кажется это странным?
— Кажется. — Полутемный вместо того, чтобы накинуться на еду, ворошил соседнюю кучу. — Расти, твоя работа?
— Его, чья ж еще! — Сульс не ожидал, что это ни на что не годное старье так заинтересует эльфов. — Шарил он тут от нечего делать. А очаг я сложил!
Даэрос принес к очагу старый сапог, почти истлевшую тряпку и котел, который бросил Нэрнис.
— Ну, разведчик, докладывай: что искал, где искал, как искал и как глубоко находил? — Полутемный уселся у очага и подозвал Расти.
Проныра пока держался от эльфа подальше. Он еще не знал, как оценят его поиски. Может, эти вещи тоже нельзя было трогать. Но, похоже, остроухий и не собирался сердиться. Выходило, что он все сделал правильно. Расти уселся рядом с Полутемным и принялся докладывать.