Предел совершенства
Шрифт:
– Всё будет хорошо, детка. Не бойся.
Она немного меня успокоила. Потом появились два человека в чёрном и вывели меня прочь из кабинета. Мистер Гудман блеснул доброжелательной улыбкой мне вслед.
Глава 2. Николас Миллер.
Главный редактор.
Окунаясь с головой в прошлое,
не забудь вовремя вернуться…
Мой последний рабочий день в неделе уже подходит к концу. Мне позвонила секретарша Майли и напомнила, что через несколько минут у меня запланирована встреча с молодым писателем. Я не хочу ни с кем разговаривать, кроме клиентов и коллег. Разговоры,
Вот уже в который раз за сегодня я открыл нижний ящик своего рабочего стола и достал серебристый ноутскрин, принадлежащий Мелоди. Я всё ещё безумно зол на неё, но не могу выкинуть из головы воспоминания о ней. От безысходности у меня опустились руки, остаётся только смотреть в безжизненный экран. Она редко пользовалась своим ноутскрином. Зато благодаря этой железке мы и познакомились поближе. Помню, когда Мелоди пришла устраиваться к нам в «Пефом Паблишинг» на работу примерно два с половиной года назад, я сразу увидел в ней потенциал. Она заняла должность журналистки в нашем издательстве. Позже я узнал, что девушка пишет стихи, и доверил ей вести колонку о новостях музыки и кино в одном из ведущих журналов страны. Она отлично справлялась с работой, совмещая её с учёбой в Академии Искусств, и стала известной журналисткой на весь город. Журнал начали покупать взрослые люди, раньше же он пользовался популярностью только среди детей и подростков. Мелоди – незаменимый работник, который знает своё дело и выкладывается по полной программе. Сейчас её не стало, и я закрыл к чертям журнал «Мелодия жизни». Он не должен существовать без её удивительных колонок. Читатели любили её.
После того, как закончилось наше короткое собеседование, Мелоди ушла, забыв у меня на столе свой ноутскрин. Так я узнал её номер телефона и даже адрес. Знаю, это подло, но я не мог ждать следующего рабочего дня, чтобы увидеть красивую незнакомку. С тех пор она забывала ноут постоянно: на работе, у меня дома и в студии. Ей были не по душе новые технологии, была б её воля, она бы пользовалась простым кнопочным телефоном. Их уже давно не выпускают, поэтому всегда при ней был планшетный компьютер, в котором хранились все её статьи и стихи. С тех пор мы никогда не расставались…
Пару секунд я покрутил ноутскрин в руках, протёр салфеткой экран и положил обратно в ящик. Пусть, как и я, ждёт возвращения нашей Мелоди. Несмотря ни на что, я всё ещё люблю её.
Мои мысли о Мелоди прервал тихий стук в дверь. На мой ноутскрин снова поступил звонок от Майли. Её голографическое лицо осветило мой тёмный кабинет.
– Николас, к вам пришёл тот писатель, о котором я говорила днём, - сказала она, как всегда улыбаясь.
– Спасибо, Майли, понял, - ответил я и отключился. Всегда пытаюсь избежать её избитой фразы: «Вам что-нибудь нужно?». «Да, - хочется ответить, - мне нужна моя девушка. Мне нужно повернуть время вспять!».
– Войдите, - крикнул я в сторону коричневой двери, сконструированной по новейшим технологиям, и включил в кабинете свет с помощью дистанционного пульта.
– Мистер Миллер, добрый вечер, - представился молодой человек. Я показал ему жестом на стул,
– Я помню. Называй меня просто Николас, - сказал я. Ненавижу, когда ко мне обращаются, как к владыке мира. Мой надменный отец приемлет только такое обращение в свой адрес, но я не перенял у него эту ужасную привычку.
– Да, мистер… Николас, - запинаясь, сказал Майк. Его руки спрятаны под столом. И чего он так боится? Или за эти месяцы я здорово пострашнел? Нужно прекращать заниматься самобичеванием, иначе превращусь в лохматое чудовище.
– Я прочитал твою книгу, признаться, всего за несколько часов, - может, эти слова успокоят юного писателя. У него есть будущее в мире литературы. Мне удалось его взбодрить, он по-детски заулыбался.
– Правда? И что вы скажете? – уже не заикаясь, спросил Майк.
– Скажу, что заявка принята. Ты в деле, поздравляю, - сказал я и протянул парню руку. Когда я читал его книгу под названием «Лучи солнечной системы», мне казалось, что автору около тридцати, а не девятнадцать, как Майку. Перед прочтением произведений я никогда не встречаюсь с писателями, чтобы не возникало симпатий или антипатий заранее. Я привык к непредвзятости и объективности.
– Ничего себе! Это, это… Небесно! – обрадовался Майк и без колебаний пожал мне руку в ответ. Ну и словечко! Небесно. Судя по его фантастическому роману, он и не такое сказать может. И я не возражаю, ведь своим мировоззрением он отличается от остальных авторов. Мне нравится читать что-то нестандартное, поэтому я и решил сотрудничать с Майком. Его книга – настоящий шедевр.
– Что ж, я отправил тебе на электронный адрес отредактированный текст. Прочти его, взгляни на ошибки, после чего мы их согласуем и приступим к печати.
– Спасибо вам! Я и не мечтал, что вы согласитесь, спасибо! – он готов повторять это снова и снова, я вижу по глазам. Этот мальчик далеко пойдёт, он искренен и честен со мной. Многие же другие псевдописатели (а по-другому их не назовёшь) готовы на всё ради славы и огромных счетов на карточке.
– Это моя работа, - сказал я, взглянув на настенные часы. Пора уже собираться домой и дальше умирать от скуки.
– Знаете, я слушал все ваши совместные песни с Мелоди, вы просто галактический дуэт! Как вы успеваете работать редактором и писать музыку? – Майк снова искренне улыбнулся. Галактический? Это комплимент, надеюсь? Всё это время я пытался выкинуть музыку из головы, но бесполезно. Как же мне всего этого не хватает…
– Николас? – позвал меня Майк. Видимо, я надолго задумался.
– Простите меня, что… Я забыл. Неба ради, простите.
Я понял, что он имеет в виду. Весь город в курсе событий и ужасного поступка Мелоди. Интересно, а по моему выражению лица слишком заметно, что я тоскую? Майк первый, кто напомнил мне о Мелоди. Всем остальным я запретил говорить о ней, но я не хочу, чтобы она умерла в их сердцах…
– Ничего, всё хорошо. Я сам не знаю, как успевал. Сейчас музыка в прошлом, - ответил я, заметив, что Майк снова занервничал. Он ведь ни в чём не виноват. Я только сейчас заметил, что у него фиолетовые волосы и татуировка в виде гитары на руке. Может, он тоже занимается музыкой, но спрашивать об этом не стал.
– Очень жаль… Я люблю ваши песни, - осторожно произнёс Майк, - мне, наверно, пора, уже поздно.
– Ты прав. Тогда приходи через пару дней с готовым материалом. Если какие-то исправления будут непонятны, скажешь мне, обсудим.