Предел Айдерса
Шрифт:
Оскар стремительно метнулся к студенту, который с любопытством ощупывал Вандэйшен Тул, но было уже поздно: рука Роджера надавила на серебристую кнопку в центре устройства.
Поток ярко-синего света хлынул со всех сторон из прибора. Раздалась оглушительная вибрация, которая словно сканировала невидимыми лучами пространство. Оскар быстро нажал на выключатель, и работа устройства прекратилась.
– Вау! Что это было? Оно будто бы пронзило меня насквозь! – Роджер интенсивно ощупывал тело, такого он ещё никогда не испытывал, – Это что, такой вид рентгена?
Смельчак потянулся, чтобы вновь дотронуться до загадочной кнопки.
– Нет! – вскричал Оскар, – Живо убирайтесь и больше не беспокойте меня!
– Ладно-ладно, – Роджер начал догадываться, что слегка перегибает палку, – Так что, как тогда насчёт того, чтобы обсудить мою бакалаврскую работу? У меня имеются просто гениальные идеи на тему квантовой запу…
– Вы что не слышали, что я сказал!? – прервал его, совсем потеряв хладнокровие, Оскар, – Убирайтесь! Кыш!
– Спокойно, приятель! – попятился Роджер, – Уже ухожу.
Студент направился было к двери, но в друг задержался около доски с чертежами и уравнениями.
– У Вас, мистер Ньюэлл, здесь, между прочим, ошибка, – Роджер небрежно ткнул пальцем в одно из уравнений, аккуратно выведенное каллиграфическим почерком, – Подумал, Вам не помешает узнать.
С этими словами студент удалился, оставив Оскара с мыслью, что что ему не помешает, так это медитация для снятия стресса.
Надо же! Мало того, что этот наглец заявился без стука и приглашения, чуть не сломал величайшее изобретение всех времён, так ещё и ошибки в, выверенной годами, работе находит! Конечно, неадекватность невежи может быть оправдана незавершённым развитием его префронтальной коры, но разве был он, Оскар, в его годы таким простофилей? Нет! И с чего вообще этот юнец взял, что он такой гениальный? Ладно, не стоит расходовать на эти помыслы драгоценное время, лучше выдохнуть и пройтись за чашечкой зелёного, умиротворяющего чая…
Купив любимый напиток в небольшом университетском кафе, ученый решил неспешно прогуляться по кампусу. День выдался ясным. Свежий воздух, легкий ветер и мягко шуршащая листва под ногами – навевали релакс. Уже вскоре Оскар вновь был с собою в ладу, а значит, пришло время вернуться к работе.
Когда аспирант направился к зданию своего факультета, толпа шумных студентов хлынула навстречу ему. Молодежь энергично шагала по своим дальнейшим делам, суетилась, куда-то спешила. До Оскара доносились обрывки самых разных речей: от научных дебатов до бесед о насущном.
«И тут эта штуковина как вспыхнет, я думал у меня барабанные перепонки лопнут!» – вдруг услышал аспирант знакомый голос.
– А этот сияющий синий свет – это вообще что-то паранормальное! – Роджер увлеченно повествовал группе студентов о, пережитом в кабинете Оскара, опыте.
Паранормальное!? Не хватало ещё, чтобы о его изобретении пошли такие нелепые слухи, подумал взволнованно Оскар.
– Так что, из-за этой мистики ты и с этим доцентом не поладил? – поинтересовалась короткостриженая девушка в одежде оверсайз.
– Не-е, дело не в этом, – протянул Роджер,
– А ведь профессор Эйтчисон был крайне высокого мнения об этой твоей гипотезе, – задумчиво вставил высокий парень в круглых очках.
– Вот именно, – сказал Роджер, – Профессор утверждал, что этот Ньюэлл, возможно, поймет мои амбиции, но не тут-то было. Не зря Эшли и Бен предупреждали, что с ним непросто иметь дело.
Эшли и Бенджамин – бывшие ученики Оскара, ни один из которых не добился значимых успехов, мелькнули в уме аспиранта. Несмотря на его терпеливое содействие и внимательные наставления, от этих двоих не было толку. «А из этого Роджера не выйдет ничего и подавно», – подумал Оскар и, вздохнув, поспешил к себе в кабинет.
Солнце уже давно зашло, когда учёный в последний раз удовлетворённо осматривал результаты своей блестящей работы. Уже на днях настанет черед ее демонстрации.
Будучи в приподнятом настроении, Оскар насвистывал веселую мелодию, раскладывая папки и бумаги по своим местам. Он предвкушал возвращение домой и заслуженное чтение любимой книги за кружкой горячего шоколада.
Наводя на рабочем месте порядок, Оскар добрался до доски с чертежами, и ему вспомнился его сегодняшний непрошенный гость. «У Вас, мистер Ньюэлл, здесь, между прочим, ошибка» – прозвучали слова Роджера в голове аспиранта. Оскар самодовольно ухмыльнулся, в очередной раз оглядывая замысловатые уравнения, являющие собой основу его многолетних трудов. Вновь и вновь глаза его пожирали эти буквы и цифры. Дойдя до последнего символа, он раз за разом возвращался к началу, словно не мог насытиться ощущением своей правоты.
Внезапно глаза Оскара прекратили движение, и взгляд его засквозил пустотой. Детали некого пазла возникали в уме молодого ученого, становясь постепенно все чётче. То был изнуряющий, мучительный опыт, но вспять его было не повернуть. Наконец, общая картина была сформирована, и серые глаза Оскара широко распахнулись. Неизбежная, леденящая душу догадка пронзила разум искателя истины: он не был прав. Он допустил ошибку.
ГЛАВА
IX
НАСТАВЛЕНИЯ
ВАРТХАУ
Временами Вартхау ненавязчиво интересовался о продвижениях миссии у своего протеже. Несомненно, наставник гидов был рад, что Айдерс остаётся мотивирован и оптимистичен: нередко новички испытывают сомнения с примесью излишней осторожности. Порой подобная неуверенность говорит об осознании всей полноты ответственности, однако и Айдерс доказал, что способен добросовестно справляться со своей работой. Как никак, он был одним из немногих начинающих гидов, который курировал сразу троих. И все же, Вартхау полагалось увериться, что процесс идёт по задумке.