Предательство или судьба
Шрифт:
В мужчине я сразу узнал лучшего друга, который с удовольствием вонзил бы мне нож в спину, желая занять мое место.
Самое интересное было в том, что Аурика обвинила меня в том, что я ее не люблю и уделяю ей мало внимания! И это я стал виновником того, что жена пошла налево.
Увы, разводы в нашем мире были запрещены. Каждый брак считался священным союзом, священники с детства проповедовали нам, что у каждой семейной пары есть свой жизненный путь, раз бог свел пару, не нам, смертным, оспаривать его
Желая избавиться от ненавистного брака и жизни, я вызвал предателя на поединок. Дату и время бывший друг выбирал сам, выбрав самый скверный день для дуэли.
Дождь, чертов дождь, старая рана каждый раз противно ноет, заставляя отвлекаться и делать неверные движения.
Когда мужчина уложил меня на лопатки, подло воспользовавшись своим преимуществом, в моей голове внезапно появилась мысль о побеге. Если я не могу разорвать этот брак, пусть лучше я для всех умру.
— Кайсон, ты ведь хотел стать генералом? Еще хочешь? Если ты меня сейчас убьешь — то не видать тебе погонов как своих ушей.
Заинтересовавшийся мужчина убрал от моего горла шпагу и с предвкушением слушал мой план.
Через два часа мы закрепляли кровный договор, нарушение которого каралось мгновенной смертью. Я оставил поддельное распоряжение, датированное прошлым годом, которое гласило, что в случае непредвиденных обстоятельств Кайсон Пертивальстон должен будет стать на мое место, именно он и никто другой подходит на это место лучше всего.
С его стороны должно быть все улажено с моими похоронами, ведь как честный дворянин, он был обязан взять на себя все заботы, после расправы над противником. Так же, я четко прописал его молчание. Стоит ему только открыть рот или хотя бы попытаться намекнуть на то, что я жив — он умрет.
Я был более чем доволен происходящим. Аурика, оставшись вдовой, уже никогда не сможет выйти замуж, все будут считать, что это она виновница моей погибели, и просто побояться привести в свой дом несчастье.
Меня не должны были искать, но, на всякий случай, каждый год я варил это зелье.
— Мэтры и сьерры, я прошу вашего внимания, — прозвучало совсем рядом, заставляя меня вынырнуть из своих воспоминаний.
Подняв глаза на говорившую, узнал в ней декана огневиков и по совместительству куратора первых курсов.
— Я не могу связаться со своей адепткой, она уже второй день пропускает занятия, а на мои стуки просто не открывает, да и вообще никому не открывает, — проговорила Цианея.
— Так, а мы тут причем? Выламывай дверь, — подкинул идею мэтр Град.
— Иди к ректору, — произнесла сьерра Северина.
— Мм, видите ли, на двери адептки установлено сильнейшее заклинание, у меня не получилось его расплести, а ректор тут разведет руками, это землянка, у них особые привилегии, так что отчислить он не сможет.
— И что же надо от нас? —
— Я хотела, чтобы вы дали своих учениц, — произнесла Цианея, по очереди глядя на меня и декана воздушников, — может своим подругам она откроет дверь?
— А вы уверены, что студентка точно там? — с сомнением спросил воздушник, не желая отвлекать студентку от занятий.
Многие преподаватели тут же скривились, предпочитая именовать детей «адептами», как это было раньше, до прихода первых попаданцев.
— Да, ее браслет указывает именно на это.
Я согласился, не задумываясь, и тут же вызвался пойти с ними, мне было интересно посмотреть на это плетение, которое не смогла разрушить лучшая огневичка столицы.
Облегченно выдохнув, сьерра Цианея взмахнула рукой, создавая конверты с указанием места и времени встречи. Получив на одном из них мою подпись, а на втором — воздушника, Цианея вновь взмахнула рукой и конверты тот час же опустились перед землянками.
Что ж, как говорится дела потом, а сейчас нужно подкрепиться, день предстоит долгий.
Я согласился не задумываясь, и тут же вызвался пойти с ними, мне было интересно посмотреть на это плетение, которое не смогла разрушить лучшая огневичка столицы.
Облегченно выдохнув сьерра Цианея, взмахнула рукой создавая конверты, с указанием места и времени встречи, получив на одном из них мою подпись а на втором — воздушника, Цианея вновь взмахнула рукой и конверты тот час же опустились перед землянками.
Что ж, как говорится дела потом, а сейчас нужно подкрепиться, день бещает быть долгим.
Глава 9
Габриэлла была обеспокоена больше всех, коря себя за то, что не заметила каких либо изменений в сестре. А что, если она серьезно больна или короткий роман с ректором закончился плачевно?
Я, как могла, успокаивала девушку, пока мы шли по территории огневиков, а когда на очередном этаже показалась небольшая лестница, ведущая на чердак, все ощутимо напряглись. Это было сложно объяснить, как будто все ощутили одни и те же негативные эмоции. И что самое страшное, исходили они из комнаты подруги.
Эль взбежала по крутой лестнице и изо всей силы забарабанила по двери.
— Сьюзи! — кричала Гэбби, чуть ли не плача. — Сью, открой!
Я не спешила помочь подруге, интуитивно боясь подойти к двери. Не так давно я читала о магии огневиков, если хозяин того пожелает, никто не сможет войти в его обитель, он просто сгорит дотла при попытке проникнуть внутрь.
Внезапно меня осенила мысль, заставляющая сжать кулаки от оправданной злости. Они не могли не знать этого, а значит понадеялись, что заклинание пропустит родственную кровь. Они позволили моему Эльчонку рискнуть своей жизнью.