Предатель крови
Шрифт:
– Это ты мне брось, - строго сказал Том. Он походил на человека после тяжелой болезни, казался бледным и худым, хоть он и был всего лишь призраком. Видимо, так выглядело истощение душевных сил.
– Лучше потренируйся сопротивляться, как брат, а то тебя любой паршивым Империо что угодно делать заставит.
– Меня?!
– возмутилась сестра.
– Империо?
– не понял я.
– Да, я тебя, вообще-то, им приложил, - фыркнул Том, - но как-то безрезультатно, ты все равно отбивался, пусть и бессознательно. Видимо, я переоценил свои силы -- в этом гнусном
Я невольно сглотнул: если Риддл в таком "гнусном состоянии" способен брать людей под Империо (мало ли, у меня, может, врожденная сопротивляемость внушению, я о таком читал) и вытворять все то, что недавно проделывал со мной, то каковы пределы его возможностям?
– Я еще не выяснил, - скромно сказал Том, явно прочитав мои мысли.
– Но, надеюсь, скоро продолжу испытывать себя на прочность.
– Это ты о чем?
– заинтересовался Невилл.
– Не могу больше существовать в этом аду, - Риддл обвел рукой Выручай-комнату.
– Пора наружу. Нет, не сию секунду, конечно, я еще не восстановился. Но если ничего непредвиденного не случится, а вы продолжите заниматься с прежним усердием, к лету я уже смогу выбраться отсюда.
– А что потом?
– тихо спросила Джинни, даже не поинтересовавшись, как именно Том намерен освободиться из своей темницы.
– Потом я намерен закончить Хогвартс, - улыбнулся он.
– Видимо, придется снова скучать на пятом курсе. Но это и к лучшему, вы будете у меня под присмотром!
– Том, но у тебя же ни документов, ни палочки, ни денег...
– осторожно сказал я.
– Добыть деньги -- не проблема, - ответил он, - а с деньгами можно разжиться документами и палочкой.
– А ты не боишься, что Дамблдор тебя узнает?
– спросил Невилл.
– Может, тебе будет проще поступить в Шармбаттон или тот же Дурмштранг?
– Не проще, - покачал головой Том.
– Не говоря уж о том, что программа там отличается, а вдобавок я плоховато знаю иностранные языки. Ну а волшебный переводчик стоит дорого... И потом, как я вас-то оставлю?
– Вот именно!
– воскликнула Джинни.
– А если что пойдет не так, тут есть Выручай-комната, да и мы всегда поможем, правда, Рон?
– Конечно, - сказал я.
– Да и вообще, мне кажется, если Том переоденется и пострижется по-другому, его вряд ли кто-то узнает. Все-таки пятьдесят лет прошло...
– Вот и я думаю, что меня вряд ли узнают, - кивнул Риддл.
– Мало ли похожих людей. Добуду себе документы, хотя бы и маггловские, солгу, что приехал из Восточной Европы...
– Не надо!
– остановил я.
– Дамблдор те края хорошо знает, он там с Гриндевальдом воевал. И он сразу заинтересуется, что это тебя понесло в Хогвартс, а не в Дурмштранг. А если ты скажешь, что там и учился, что ему мешает запрос для подтверждения отправить?
– Твоя правда...
– Том почесал в затылке.
– Ну да ладно, время еще есть, придумаю что-нибудь верибельное. А пока давайте-ка к делу... Кстати, как там поживает Локхарт?
– О!
– выразительно сказала
– Завтра ведь день Святого Валентина!
– Он приготовил что-то невероятное, - добавила Луна.
– Правда, боюсь, это не всем понравится. Но мы тоже приготовили ему сюрприз. Коробку шоколадных конфет с ликером, его любимых. А ты спрашивала, зачем тебе знать, что он любит?
– Была неправа, признаю, - фыркнула сестра и кровожадно улыбнулась.
– Главное, чтобы он не угостил ими кого-нибудь, - добавил я.
– А то так весь преподавательский состав поляжет.
– Не угостит, он жадный. В любом случае, сперва сам попробует. А какую я ему открытку выбрала!
– Джинни снова заулыбалась.
– Какое стихотворение сочинила, с посвящением!
Я с содроганием вспомнил два дня непрекращающегося мозгового штурма, результатом которого стали три четверостишия с вызывающими зубную боль рифмами вроде "кровь-любовь" и воспеванием златых кудрей Локхарта, а также грубой лестью в виде признания его вейлой. (Мы знали, что вейл-мужчин не бывает, но решили, что кашу маслом не испортишь. Пусть думает, что его кто-то впрямь считает неотразимым уникумом.)
– Жестокие дети, - грустно сказал Том и исподтишка врезал по нам Таранталлегрой. Чтобы, стало быть, не расслаблялись...
К слову сказать, это у него ловко получалось -- бить заклинанием не прицельно, а по площадям, как бы выразились магглы. И то, если идет драка стенка на стенку, пока ты сколько-то раз махнешь палочкой по числу противников, тебя самого уже размажут. А тут накрыл сразу нескольких чем-то обездвиживающим, например, а потом уже со вкусом расстреливаешь по одному... Главное, чтобы тебя самого так не накрыло!
Жаль, непростительные так не действовали. Вернее, обмолвился Том, теоретически - действовали, но тут нужен был очень сильный волшебник или связка из нескольких. Тогда, возможно, и получилось бы накрыть квадрат Империо и брать противника тепленьким... Надо ли говорить, что Джинни очень вдохновила эта идея? В итоге вместо защиты мы учились работать в связке. Ну что ж ты будешь делать, а?!
День Святого Валентина мы запомнили надолго. Если я доживу до старости, мне и то будут сниться в кошмарах наряженные купидонами гномы с золочеными крылышками и арфами, на которых они, страшно фальшивя, аккомпанировали музыкальным поздравлениям. Профессура наша, по-моему, не знала, куда деваться, один только Локхарт сиял и радовался...
По счастью, мне досталась только одна валентинка -- от Миллисенты, разумеется. Ну а ей -- от меня, так что мы улыбнулись друг другу и на этом успокоились. Так же обменялись открытками Невилл с Луной, Драко, я видел, завалили сердечками, а бедному Поттеру досталось как раз музыкальное поздравление от неизвестного. Хотя почему неизвестного, судя по словам, это постарались близнецы. У нас семейная неспособность к стихосложению, если что, поэтому мне заранее стало жаль Локхарта. С другой стороны, если человек любит сиреневые мантии и завивает волосы, вдруг ему и наш стишок понравится?