Предания севера

Коган Мстислав Константинович

Последним оплотом бедолаг стал небольшой храм, расположившийся аккурат посреди площади. Он же стал и их последним пристанищем...

Я смотрел, на творимый нами кошмар, а в голове вертелся один единственный: 'Зачем?'. Зачем Вольрад отдал приказ вырезать всех подчистую? Неужели эти люди виноваты в том, что их правитель принял решение начать кровопролитную войну? Разве они вероломно напали на наших воинов в битве при кровавых полях? Они устроили резню в Керсхольме и Реинграссе?

'Преподать урок всем, кто ещё остаётся верен этому узурпатору,

прячущемуся в Эвенфолле, словно крыса в норе, - так говорил Орстед нам перед боем, - чтоб после, ни одна шваль не смела усомнится в серьёзности намерений истинного короля!' Урок, стоивший бессчётного множества жизней...

Рассредоточится и обыскать дома. Всех, кого найдёте, - убейте на месте!
– хриплый окрик капитана вывел меня из липкого, тяжёлого оцепенения.
– Эльнор, Вельн, шевелите ногами. Нам нужно осмотреть ратушу и ещё полдюжины хижин неподалёку. Знаю - вам не по душе всё это, но приказ есть приказ. Да будет тверда ваша рука!

– Да будут милостивы к нам боги, после всего того, что мы сегодня сотворили, - дрогнувшим голосом ответил Вельн, покосившись на ухмыляющегося командира...

Тишина, разлившаяся по опустевшим комнатам, словно плотный утренний туман, неторопливо плескалась за слегка приоткрытой дверью старой ратуши. Казалось, ни вопли ужаса и отчаяния, ни громкие, отрывистые команды, ни стоны не могли потревожить временную владычицу этого места. Лишь сварливое потрескивание догорающих дров в старом камине отдавалось лёгкой рябью на его зыбкой поверхности.

– Так, парни, я иду первый. Вы - сразу за мной. Если кого увидите - сначала рубите, потом думайте. Эти сучьи отродья даже детям самострелы раздали, да по домам рассадили, так что не церемоньтесь с ними.

– Командир, а если пощады попросят, - подал голос, изрядно побледневший Вельн, - может ну их тогда? Зачем нам лишняя кровь на руках?

– Сынок, да у тебя они уже в ней, родимой, по самый локоть! Чего уж теперь бояться?
– усмехнулся Орстед, - К тому же приказы не обсуждаются! Сказано - всех под нож, значит - всех под нож. Ну что, готовы? Тогда вперёд!

Дверь медленно отворилась, тихо постанывая ржавыми петлями, и капитан окунулся в прохладную темноту пустующих комнат. Мы с Вельном недолго думая последовали за ним.

Внутри, естественно никого не оказалось. Лишь парочка перевёрнутых стульев, старый, потрескавшийся от времени, дубовый стол, да лестница, ведущая в гутую темноту второго этажа, хоть как-то скрашивали нищенское убранство общинного зала.

– Так, тут, судя по всему, ловить нам некого, - сказал Орстед, нервно поигрывая кинжалом.
– Ладно, парни, идём наверх. Порядок прежний: я - впереди, вы - прикрываете. Эхх, жаль, стены тут каменные. В нижнем то городе всё куда проще было: кинешь факел и все крысы, попрятавшиеся по углам, сами вылезут из своих нор... А если не вылезут, то сгорят заживо! Ну да ладно, и без огня как-нибудь сдюжим.

Страх... Его я испытывал много раз. В далёком детстве боялся

соседского пса, покусавшего меня однажды, в юности - оборотня, который якобы жил в лесу близ моей родной деревеньки, в армии - увечий. Но все это меркло перед ним - ужасом, пришедшим вместе с пониманием того, что капитан наслаждается... Наслаждается видом горящих людей, запахом крови и смерти, предвкушением новых убийств...

– Эй, вы чего там застряли!
– донёсся хриплый окрик капитана откуда-то из глубины второго этажа, - Давайте, шевелите ногами, а то мы так тут до рассвета провозимся!

Я украдкой глянул на Вельна. Парень нерешительно переминался с ноги на ногу, то и дело косясь на старую, поскрипывающую под лёгкими прикосновениями прохладного осеннего ветерка дверь.

Сбежать решил. Да уж, я его понимаю - видеть то, что будет творить этот зверь, зовущийся Орстедом, ежели найдёт выживших горожан, совсем не хочется. Вот только, если мы сейчас улизнём отсюда - сами окажемся на месте этих бедолаг...

Я ободряюще хлопнул парня по плечу, дескать, не раскисай - и не в таких передрягах бывали, поудобнее перехватил щит и начал подниматься по скрипучим ступенькам старой лесницы...

Второй этаж встретил нас тягучим запахом сырости, потихоньку просачивающимся сквозь широкие щели чердачных досок, стайками пылинок, то и дело норовящими пощекотать в носу, кромешной темнотой и кровожадной капитана.

– Я уж думал - вы штаны обмочили!
– с лёгкой издёвкой в голосе сказал он, - Ну раз нет, тогда давайте за мной. Нам даже не придётся никого искать!

– Это почему?
– недоумённо спросил Вельн, с опаской косясь на капитана, - Темно ведь, как у Дагора под мышкой, да и пылища эта...

– Потому, что всех, кого надо, я уже нашёл, - хмыкнул Орстед.

– И уже того?
– спросил Вельн дрогнувшим голосом.

– Ещё не успел, - ответил командир, направляясь куда-то вглубь коридора, - Всё, хватит лясы точить. За мной.

Тяжёлый грохот удара, треск ломающихся досок жалобный скрежет старых петель, и вот, пред нашими глазами предстало грязное, пахнущее плесенью нутро комнаты. Небольшой огонёк свечи, судорожно трепетал, пытаясь побороть внезапно налетевший порыв ветра. Его сил теперь еле хватало на то, чтоб не дать сомкнутся плотным, вязким щупальцам темноты над худощавой фигурой какой-то крестьянки, скорчившейся в дальнем углу.

Она исподлобья глядела на нас глазами загнанного в угол зверя, прижимая к груди тихо попискивающий от ужала небольшой свёрток...

– Так-так-так, что я вижу!
– хищно оскалился Орстед, поигрывая кинжалом, - Сбежали с площади, спрятались, надеялись отсидется?

В ответ женщина лишь смерила его презрительно - ненавидящим взглядом.

– Что смотришь? Думаешь, пощажу тебя и твоего отпрыска?
– распалялся тем временем капитан, - Ну уж нет, преисподняя уже давно ждёт вас, как и всех оставшихся жителей этого занюханного городка...