Праздник волка
Шрифт:
Инфорсер, похоже, меньше, чем кто-либо заинтересован в открытии этой двери. Однако Дрю оборотень, который получал то, что хотел. Он продолжит работать над этим.
— Восемь минут, — Би, улыбаясь, опустилась в кресло рядом с ним. Ее рыжие волосы собраны в пучок с прядями, спускающимися на щеки. Его пара, без сомнения, самая прекрасная женщина на свете. — Это что, какой-то рекорд для Райкера? Восемь минут разговора, прежде чем он бросает пиво и убегает, ты угрожал ему?
Дрю услышал лед в ее голосе, который звучал громче, чем она говорила. Его
Она простила ему все, но это не вернет время вспять.
И всякий раз, когда она говорила о Райкере, ее голос был напряжен.
Дрю коснулся ее руки, нежно проведя пальцами по родинке в форме сердца, которую он любил.
— Хочешь что-то сказать, Би?
— Нет, — она взяла его виски и сделала глоток, прежде чем скривилась и сильно сожмурила глаза. Би с силой стукнула стаканом о стол. — Ты сказал ему, что мы будем праздновать Рождество?
— Сказал.
Пара Дрю хотела поговорить о ее проблемах с Райкером. Только никто не заставлял Би делать то, чего она не хотела, потому они и уходили с целыми яйцами. Она говорила, когда хотела, всему свое время.
Иначе она бы не стала.
— Дрю, — голос Джи раздался по помещению, и он повернулся, чтобы увидеть медведя. — Ты нужен Райкеру снаружи.
Бармен возвышался над ним с высоты своего рост. Дрю кивнул и встал, прежде чем выйти за дверь. Би была позади него. Необходимость держать ее в безопасности боролась с желанием позволить Би быть Би. Она не хотела ждать в баре. Скорее всего, опасности не было. Джи говорил без предупреждения, а Райкер не бросился через дверь, чтобы встать между Дрю и миром.
Если Райкер и остальные доминантные мужчины будут делать все по-своему, Дрю, скорее всего, больше никогда не увидит разборок.
Инфорсер стоял в центре площади, где завтра стая будет ставить елку. Оборотни не праздновали праздник, как некоторые из их человеческих пар. И пара Райкера подумала, что они должны уважать изменения в стае, и попросить всех отпраздновать, а затем устроить забег стаи, который будет включать в себя людей, тем самым сплавляя все обычаи вместе. От дерева до песен и святочного костра — если кто-то хочет внести и свои обычаи. То всегда пожалуйста. Все должны быть счастливы.
Снег поглощал пустые места, падая на Райкера, покрывая белыми хлопьями его темные волосы. Другой мужчина держал в руке маленький предмет.
— Джи сказал, что я тебе нужен.
Он поднял маленький деревянный поезд к Дрю.
— Это лежало посередине площади.
— Детская игрушка. Поезд, — вмешалась Би. — Ты видел его раньше, не так ли, Райкер? Или все дети рождались несчастными и бесчувственными, когда ты был маленьким?
Дрю бросил на нее взгляд, чтобы предупредить, хотя сомневался, что она прислушается к нему, если он не сделает это приказом Альфы.
Вместо того, чтобы ответить на провокацию Би, Райкер передал ему деревянную игрушку. Если Райкер думал, что поезд заслуживает внимания, Дрю прислушается.
— Ты нашел его здесь? В центре площади, где поставят елку?
Инфорсер кивнул, а Дрю понюхал игрушку. Запах дерева и металла, из которого вырезали игрушку, доносился до него, но ничего подозрительного.
— Разве ты не помнишь? — Райкер мягко задал вопрос, прежде чем отвернулся.
— А я должен? — Дрю был мальчишкой, когда произошла большая часть того, с чем жил Райкер. Если он упустил часть информации, то как раз пришло время все разъяснить.
— Он подарил тебе один на десятый день рождения.
Рядом с ним Би ахнула.
— Стюарт.
Воспоминания нахлынули, все сразу, будто прорвалась плотина. Стюарт Лестер, или, как называл его Магнум, Простак Стю, был постоянным членом стаи Дрю всю жизнь, пока однажды не исчез, и больше о нем никто не слышал.
Магнум нашел причину обижаться на что-то, что сказал этот мужчина, и выгнал его с территории стаи. Так действовал их бывший Альфа. Или, по крайней мере, это то, что он сделал для некоторых счастливчиков. Остальные были убиты до того, как у них появился шанс сбежать.
Стюарт казался старым, когда Дрю был ребенком. Добрый с детьми, и немного странный, часто оставлял других в замешательстве, Стюарт забавлял Магнума, потому что был постоянным источником для его издевок.
— Я забыл, — стыд заставил его выпрямиться. Он должен исправиться. — Он здесь?
— Я не видел его два десятилетия, — ответил Райкер, качая головой. — Но это его подпись. Кто-то или положил это сюда, чтобы напомнить нам о нем, или он вернулся и положил это сам.
Дрю понюхал воздух.
— Я никого не чую.
Райкер покачал головой.
— Снег и направление ветра делают это затруднительным. Я хочу знать, кто подкинул этот поезд. Это либо указывает на то, что кто-то попал на землю стаи без моего ведома, или это послание. Нам нужно понять, что за послание.
— Это не кто-то, — перебила Би, положив руку ему на плече. — Стюарт — семья, он — стая. На самом деле, я думаю, что он может быть двоюродным братом моего отца.
— Он не явился и не дал присягу Дрю. Он не стая. Семейные отношения занимают второе место.
— С каких пор? — Если Би еще больше разозлится, то она обратится. Дрю не нужна драма, пока все праздновали.
— Ну, это вопрос времени, ребята, — Дрю обнял Би, надеясь охладить ее. — Единственный способ узнать, оставил ли Стюарт поезд — спросить его. Мы знаем, где он живет?
— Последнее, что я слышал, — ответил Райкер, — у него была хижина в ста милях от Пак-Лэнд на вершине горы Картер.
Дрю кивнул. Он знал, о какой горе говорил Райкер. Люди называли вещи по-другому. Дрю всегда знал оба названия.