Праздник Света
Шрифт:
– А на что им порядочные женщины? Что они могут дать такого, что нельзя получить от Золотых Дев? Как по мне, так намного проще иметь дело с ними. По крайней мере, не надо терять уйму времени, чтобы взять то, что можно получить за пару монет. Это намного более честно, чем запудривать мозг с той же целью. Мне они нравятся.
– Конечно, тебе они нравятся. Ты ведь и дома от них не вылазишь, – Тайп поморщилась, – у порядочной женщины, есть честь, её за монеты не купишь. Впрочем, тебе этого не понять. Ты считаешь порядочными тех служанок или жён, что затащил в постель, сравнивая их с Золотыми
– Твоё какое дело, Тайп, – возмутился Икстли,– это касается только меня.
– Такое, что ты мой брат, и мне хотелось дать тебе понять, хоть ты и непроходимо глуп, что честь мужчины не только в военных трофеях и победах. Но и в том, какая женщина рядом с ним, и как он к ней относится. А ходить к этим шлюхам, если хочешь знать, это всё равно что охотиться с копьём на паро, потому что боишься равнинного кота. Заполучить достойную женщину, не менее почётно, чем любая военная победа.
– Какие мудрые мысли, в такой юной головке, – Кармити удивлённо поглядела на неё, – не позавидую твоему мужу. Ты для него всяко будешь опаснее, чем равнинный кот.
– Брось, мама. Ну какому глупцу придёт в голову приударить за ней? С её характером, ей бы лучше в Дом Девственниц Света. Там полно правильных и достойных, – Икстли засмеялся.
Тайп вылетела с террасы внутрь, хлопнув дверью. Амару, помедлив, направился следом. Он нашёл её в большом зале, украшенном старинными барельефами и гобеленами на стенах. Тайп рассматривала один из них, на котором был изображён корабль, рассекающий бурное море.
Помявшись, Амару произнёс, просто чтобы нарушить молчание:
– Страшно, наверное, плавать в такую погоду.
– Наверное. А скажи, ты тоже считаешь, как мой братец, что все женщины одинаковы? – и Тайп прищурив глаза, испытывающе поглядела на него.
– Как же они могут быть одинаковы, Тайп? Возьмём, к примеру, твою мать и достопочтенную Тадеви. Из одной Тадеви, можно сделать три таких, как Кармити.
– Не увиливай! Ты понял, о чём я спросила!
– Не знаю, Тайп. Я не задумывался над этим.
– А я задумывалась. Вот ты упомянул Тадеви. Её муж проводит больше времени с Золотыми Девами, чем с ней. Если бы мой супруг променял меня на продажных шкур, я бы взяла нож поострее, и отрезала ему начисто всё ниже пояса.
Говоря это, она смотрела ему прямо в глаза, как показалось, Амару, с намёком. Он сглотнул слюну и заговорил:
– Это по-разному может быть.
– Что ещё значит по-разному?
– Понимаешь, Тадеви такая огромная, вдруг он просто боится идти ночью к ней в спальню? – сказал Амару, пытаясь скрыть улыбку.
Тайп расхохоталась.
– Ладно, может пойдём прогуляемся, как ты предложил?
– Давай, сейчас скажу Бойнеду.
– Да зачем? Неужели ты хочешь тащить с собой несколько Котов?
– Не хочу, но отец на него рассердится, если со мной что-то случится.
– А может ты просто трясёшься за свою драгоценную шкуру?
– А может я трясусь за твою шкуру, а Тайп? Какая же ты вредная. Если с тобой что-то случится, то Кармити меня убьёт.
– Ну хорошо, уговорил. Давай тогда возьмём с собой Воапа? От него толку больше, чем от всех Котов, вместе взятых. А то Бойнед скорее сам
– Хорошо. Тогда спускайся вниз, я тебя догоню.
Амару открыл дверь в свою комнату, взяв кожаный кошелек и, немного подумав, повесил на пояс кинжал в расшитых ножнах. Когда он спустился вниз, там уже стояли Тайп с Воапом. Они как можно незаметнее выскользнули через внутренний дворик, стараясь пройти так, чтобы не попасть в поле зрения, стоящих на террасе. Выйдя из ворот, Тайп взяла его под руку, и они отправились в город. Путь их лежал в квартал Цветочных Полей, где, как рассказывал Халиан, было множество интересных мест. Воап, настороженно глядя по сторонам, шагал следом.
Целый день они бродили по городу, заходя во всевозможные лавки, глазея на фокусников, слушая уличных музыкантов и разглядывая всё вокруг. Потом сидели в маленькой закусочной, смеялись и разговаривали. «Это был прекрасный день, – подумал Амару, – может быть даже лучший из всех». Ведь с ним была Тайп. Сегодня она, казалось, отбросила все свои шуточки и подначивания в его сторону, и стала самой собой. Ему было хорошо с ней. Легко и свободно. Они могли говорить обо всём. Время летело незаметно, и только, когда Воап осторожно тронул его за руку, указывая на небо, Амару заметил, что наступил вечер. Пора было возвращаться назад, но идти не хотелось, и Тайп предложила пойти другой дорогой. Более дальней, не через Цветочные Поля, а через квартал у Золотого моста.
Этот район был намного престижнее, чем предыдущий. Здесь не было мелких лавочников и бродячих фокусников. Жилые дома здесь были отделаны серебром, а некоторые и золотом. Подобной роскоши Амару даже не представлял. Они двигались мимо этих домов, некоторые из которых были расположены за оградами. Во многих двориках были шикарные клумбы и фонтаны, с красивыми скульптурами. Одна из них, изображала обнажённых мужчину и женщину, в недвусмысленной позе. Тайп, увидев её, покраснела и улыбнулась, и как показалось Амару, ещё крепче прижалась к нему. Далее по улице жилые дома переходили в лавки и заведения. Превосходно украшенные и оформленные. Одно из заведений окружала высокая колоннада. На улице уже было довольно темно, и прохожих в этом районе было немного, в отличие от Цветочных Полей. Оглянувшись, Амару увидел, что Воап немного отстал и таращится на побрякушки, выставленные в витрине одной из ювелирных лавок. Воспользовавшись моментом, он увлек Тайп за одну из колонн, и поцеловал. Она ответила на поцелуй, и они целовались и целовались без передышки. Потом, Тайп отпрянула и поправляя платье, заговорила:
– Я думала, что ты так и не решишься на это. Мне интересно, как ты столковался с Воапом, что он согласился не присматривать какое-то время за мной?
– Да никак. Он просто засмотрелся на побрякушки, я и воспользовался моментом.
– Воап на побрякушки? Да быть такого не может! Он к ним абсолютно равнодушен. Кроме ожерелья своего племени, ну того из верёвки, он вообще ничего не носит. Ты, наверное, ошибся, – и сказав это, она выглянула из-за колонны, – ой, и вправду он уставился на витрину! Ладно, пойдём к нему, пока он ничего не заметил.