Праздник Духов
Шрифт:
Несмотря на свою внешнюю неповоротливость, косматые твари оказались очень ловкими. Заклинатель едва успевал уворачиваться от липких комков зеленой слизи, которой они пытались зашвырять его. Колесница взлетала, припадала к земле, отпрыгивала в сторону, словно живое существо, а Рэй убивал духов. Только сейчас он в полной мере смог оценить подарок Нары. Копье поражало даже самых дальних сущностей и не давало им подобраться ближе, чтобы прицелиться лучше. Хотя пару раз на стрекозу шлепались зеленые комки клея, и слышалось злобное рычание
— Осторожно! За тобой! — послышался вопль Гризли. Рэй круто развернул повозку и сквозь щель в кружевных прутьях с размаху вонзил копье в брюхо подкравшегося почти вплотную гаюра. Дух исчез, и тут же стрекоза разрубила лезвиями крыльев еще одного. Подпрыгнула на месте, заклинатель поспешно огляделся, но перекресток оказался пуст. Только Гризли, пыхтя и отдуваясь, пытался встать на ноги.
Ученик магистра распахнул купол зашиты и спрыгнул на землю, заметив мельком, насколько выше и больше стала колесница, словно сила, поглощенная безликим, увеличивала и его вместилище.
— Рэй?! — воскликнул Гризли, увидев товарища и от нового приступа удивления прервав попытки встать, — Ты что здесь делаешь? Чья это колесница? У тебя же вроде была другая? Да ты вообще как сюда попал? Ты что, вернулся?!
Последний вопрос он произнес почти со священным ужасом, при этом еще больше вытаращив глаза.
— Вернулся, — нехотя ответил заклинатель, торопливо подходя к нему. Взял за воротник и с некоторым усилием помог подняться на ноги.
— Ты дошел до храма и повернул назад? — снова уточнил Гризли, как будто опасаясь, что его товарищ не в себе.
— Не шевелись, — велел ему Рэй, срезая острием копья уже успевшую затвердеть слюну гаюров.
— Но нам же велели действовать в одиночку, — продолжал недоумевать толстяк, пытаясь отодрать руку, прилипшую к телу. — Я никак не ожидал, что кто-то появится… Как тебе такое вообще пришло в голову…
— Ты был прав, — сказал Рэй, окинув взглядом улицу, но та пока была пуста, — Нам всем нужно было действовать вместе.
— Но учитель говорил…
— Забудь о том, что говорил учитель, — резко сказал заклинатель, и Гризли поспешно замолчал, услышав в голосе товарища непривычные жесткие интонации. Он наконец смог освободить склеенные руки и облегченно вздохнул:
— Наконец-то. Эти твари подкараулили меня, и если бы не ты… Спасибо, Рэй.
— Не за что, — ответил тот, заметив какое-то смутное движение в конце улицы, — Надо поторапливаться. Твоя колесница уцелела?
— Куда там! — махнул рукой Гризли и вздохнул с сожалением, подходя следом за Рэем к повозке. — Развалилась, как только эти твари набросились на меня со всех сторон. Но, я думаю, мы поместимся в твоей.
Рэй еще раз взглянул на стрекозу и с легким неприятным чувством понял, что она увеличилась едва ли не в два раза и стала выглядеть угрожающе.
— Где ты раздобыл такую тварь? — почти с восхищением осведомился Гризли, забираясь наверх и усаживаясь на сиденье.
— Одолжил, —
— Погоди, ты куда? — забеспокоился Гризли, вертя головой по сторонам. — Нам же в другую сторону.
— Сагюнаро тоже нужна помощь, — сухо отозвался заклинатель, давая нескольким обаками, рыщущим в конце улицы, пробежать мимо, не заметив людей. — Казуми сказал, что на него напали шиисаны.
— Шиисаны? — прозвучал вдруг прямо над ухом Рэя голос безликого, ставший гораздо громче и резче, чем прежде. — Ты сказал — шиисаны?
Гризли дернулся так, что заехал соседу локтем вбок, и воскликнул:
— Что это?!
— Ты собираешься сражаться с неизгоняемыми? — продолжил дух, не обращая внимания на второго человека.
— А в чем дело? — грубовато спросил Рэй, продолжая внимательно смотреть по сторонам. — Не все ли тебе равно, чью силу пить. Главное, найди Сагюнаро.
— Твой друг безумен, — сообщила потусторонняя сущность помрачневшему Гризли и замолчала.
— Это безликий, — объяснил Рэй товарищу.
— Я уже понял, — буркнул тот. — И, похоже, он прав. Ты действительно свихнулся. Сколько правил ты еще хочешь нарушить? Связался с запретным духом, вселил его в свою колесницу, собираешься драться с неизгоняемыми… может, в тебя самого кто-то вселился.
— Не хочешь ехать со мной — оставайся. — Рэй ударом копья послал заклинание в смутную серую тень, метнувшуюся к нему из-за угла высокого дома.
— Нет уж, — откликнулся Гризли, изгоняя вторую сущность, выползающую из-под крыльца. — Я с тобой.
— Налево, — велел безликий, и колесница тут же послушно нырнула под низкую арку, за которой начинались кварталы бедноты.
Эта часть города чаще всего подвергалась нападениям агрессивных духов в отличие от чистых, просторных улиц и площадей остального города. Темные, приземистые домишки здесь жались один к другому, слепо глядя на мир крошечными окнами, загороженными чем попало. За низкими, покосившимися заборами робко зеленели маленькие огородики. На веревках, натянутых между потемневшими от времени занозистыми палками, моталось мокрое серое белье.
И, словно в насмешку над человеческой бедностью, почти возле каждого дома пышно цвели золотые сильвы. Их кусты казались лишенными листьев, а тяжелые душистые грозди цветов свисали до самой земли. Над ними порхали стаи разноцветных бабочек и вились пчелы.
Волны густого, медового аромата неспешно плыли в неподвижном воздухе, и Рэй с наслаждением вдохнул его.
— И зачем Сагюнаро сюда понесло? — пробормотал Гризли, ни к кому конкретно не обращаясь, и громко чихнул, толкнув соседа.
Рэй заставил колесницу притормозите пропуская двух кошек, перебегающих дорогу. Еще одна сидела в пыли на другой стороне и, блаженно щурясь, смотрела на людей.