Праймзона
Шрифт:
— Следует предположить, что таких как ты в этом городе было немало… И потому руин инсул, подобных этой, я лично видел несколько десятков, — вздохнул Иманд. — Увы, лишь этот дом пережил Катаклизм и остался целехонек. Ведь, не забывай, во время Катаклизма весь город провалился на несколько метров вниз! Он один и устоял под натиском невзгод и времени…
— Выходит, время его не победило, — усмехнулась Фрида. И тут же вскинулась:
— Постой! Я сказала “не победило”? Значит, этот дом — он и есть “непобедимый”?!
— И
— Выходит так! — глаза Иманда загорелись. — А что если Предиктор и впрямь имел в виду эту инсулу?
В этот миг в вестибюле появился Буджум.
Его одежда и лицо были покрыты слоем жутко исторической пыли — было видно, что в подвалах он обшарил каждый угол.
В каждой руке Буджум сжимал по глиняной бутыли.
— Поглядите-ка, что я нашел! — басовито провозгласил он и эхо тотчас подхватило его слова. — Я не я буду, если это не вино Старой Империи!
— А что если это яд Старой Империи? — в шутку предположил Рутгер.
— А меня, сказать по правде, интересует совсем другой вопрос, — заметил Иманд. — Не видел ли ты, Буджум, в подвале Голубой Шар?
Буджум замер на месте.
— Голубой Шар? Но откуда ему там взяться?
Иманд объяснил. Однако ответ Буджума всех разочаровал.
— Я обшарил все подвалы. Но ничего похожего на Шар не увидел… Поэтому предлагаю выпить за наше чудесное избавление от мерзостных эмпуз того чудесного напитка, что уж сотню лет как заточен в этих пыльных сосудах!
С этими словами Буджум раскупорил одну из бутылок и, придирчиво обнюхав горлышко, смело отхлебнул из нее.
— Это игристое вино! — провозвестил он торжественно. — Полусладкое! Из винограда сорта шардоне! Людвиг! Шелти! Будете?
— Ну разве если по глоточку… — осторожно сказал Людвиг.
— Да подожди ты со своим вином! — отмахнулся Шелти. — Я вот о чем думаю: а почему мы считаем, что ценный артефакт обязательно должен лежать в каком-нибудь мрачном подземелье? Ведь это же инсула! У нее семь этажей! Может быть, Голубой Шар следует поискать где-то под крышей дома? Может он, как наша Фрида, любит жить повыше?
— Мы бы и не против поискать под крышей, — вяло заметил Иманд. — Да только все выходы наверх я тоже залепил “черными парусами”, чтобы до нас не добрались эмпузы, залетевшие в дом через окна верхних этажей!
— А что если на улице уже вышло солнце? И эмпузы, ослепленные его лучами, в испуге разлетелись по своим гнездам?! Неужели мы, вместо того, чтобы как следует обшарить инсулу, будем сидеть тут и тихо напиваться?!
— Кто сказал “напиваться”? — обиженно прогундосил Буджум. — Я предлагал “по глоточку”!
Здравый смысл подсказывал героям, что Буджум прав. Они с радостью набросились
На глазах повеселев и взбодрившись, миляга Шелти предложил поглядеть, не разлетелись ли эмпузы, проделав небольшую дыру в одном из “черных парусов”.
Для этой цели выбрали самый маленький “парус” в небольшом оконце на лестнице, ведущей из вестибюля наверх.
Рутгер, Иманд и Шелти приблизились к нему и больше минуты прислушивались.
С улицы не доносилось ни звука.
Возможно, эмпузы просто улетели?
Наконец любопытство пересилило страх.
Иманд извлек на свет особый стеклянный нож — только такой и мог справиться с активированным артефактом “черный парус” — и осторожно продырявил прочнейшую пленку.
Поглядел наружу. Сперва невооруженным взглядом, а затем при помощи своей трубы с перископической приставкой.
И тихо сказал:
— Зеленую ртуть мне в ухо! Да их там тысячи! Расселись рядами перед домом! Явно ждут вечера, чтобы с нами расправиться!
— А солнце?
— Нет и намека, — упавшим голосом сказал Иманд.
— Дай-ка поглядеть, — попросил Рутгер.
— Гляди, мне не жаль.
Стоило Рутгеру приблизить глаза к отверстию как… над колонией эмпуз хищно засвистели стрелы!
В первое же мгновение они сразили множество тварей.
А поскольку арбалетчики были превосходно подготовлены, поток стрел не иссякал и даже, казалось, становился более плотным!
Эмпузы принялись в замешательстве метаться вдоль фасада инсулы. Кое-кто из них сумел укрыться в оконных нишах инсулы, а кое-кто — под крышей.
— Ничего себе! — радостно воскликнул Рутгер. — Интересно, кто это их так?!
— Не спеши радоваться, — мрачно заметил Иманд. — Что-то мне подсказывает, что такую великолепную стрелковую подготовку имеют только гвардейцы Особого Корпуса… И, думаю, они пришли сюда отнюдь не за эмпузами!
Предположение Иманда очень скоро подтвердилось.
Из-за портика со статуями-аллегориями двенадцати месяцев, твердо печатая шаг, вышла сомкнутая “коробка” пикинеров.
Эти молодцы производили впечатление!
Их лица скрывали начищенные до блеска железные маски. Таких бойцов Рутгер не видел даже на парадах в столице!
Их затылки кудрявились плюмажами.
На груди пикинеров блестели кирасы с прихотливой чеканкой. А на руках похрустывали многосуставчатые железные рукавицы.
Каждый гвардеец держал наперевес четырехметровую пику. А на мечевой перевязи покачивался катцбальгер — монструозный тесак со специальным кишкодером на тыльной стороне лезвия.
Подчиняясь свистку лейтенанта, пикинеры перешли на бег и ворвались в гущу роящихся эмпуз перед входом в инсулу.