Праймзона
Шрифт:
— Идея превосходная, но мы, пожалуй, прибережем ее для другого раза, — несмотря на серьезность ситуации, Иманд не терял присутствия духа и способности шутить. — К счастью, мы не обязаны прямо сейчас что-либо предпринимать. У меня тут поблизости есть подземный схрон.
— Схрон? Что это?
— Землянка с тщательно замаскированным лазом. Вы можете стоять в двух шагах от входа и не подозревать, что у вас под каблуками таятся люди. Мы, охотники, обустраиваем такие при всяком удобном случае. Ведь хождение в Праймзону удел терпеливых. Иногда приходится ожидать благоприятной погоды, безлунной ночи, встречи с особым клиентом
Не успел Иманд закончить, как ворота форта распахнулись
Из них выехали рысью четыре всадника: знаменосец, трубач и два рыцаря, которые, судя по имперским геральдическим знакам, состояли на государственной службе.
Один рыцарь был молод и длинноволос, другой на вид — не моложе сорока.
Лошадь старшего рыцаря покрывала черная попона, парчовый чехол кирасы тоже был чернее ночи.
“Кто это? Ну допустим, первый может быть комендантом форта. А второй? Второй, наверное, командир присланного отряда? — подумал Рутгер, вглядываясь в вооружение и богатое убранство черного рыцаря. — Не-ет, для командира роты слишком хорош, мерзавец. Вероятно, кто-то из высоких чинов Особого Корпуса.”
Выехав за ворота, четверка всадников отнюдь не остановилась, но резво поскакала прямо к опушке леса!
Иманд и весь отряд Рутгера вжались в землю и затаили дыхание.
К счастью, на полпути, достигнув края обильно вытоптанного лошадями луга, всадники круто развернулись и загарцевали на месте.
При этом они переговаривались так громко, что затаившиеся члены отряда Рутгера слышали почти весь их разговор.
— Играй общее построение! — крикнул черный рыцарь трубачу.
— Слушаюсь, господин Шталь!
“Шталь? Интересно… Ведь я что-то слыхал о нем… — подумал Рутгер. — Но что и когда?”
Шталь был чернокнижником в третьем поколении и рыцарем в двенадцатом, человеком беспринципным, энергичным и крайне опасным. Его стихией были эксперименты со сложными магическими машинами.
В ранней молодости Шталь, тогда еще более тощий и сутулый, просил именовать себя некромантом, ему нравилось, когда люди его боятся…
Впрочем, теперь Шталь остепенился и приосанился. Теперь он предпочитал именоваться “идеальным воином Запредельного”, “магическим специалистом в нетрадиционных науках”, а также “добрейшей души человеком”. Однако многие, кто знал Шталя — особенно из числа его недоброжелателей — вовсе не считали его “добрейшей души человеком”. Враги также знали за Шталем одну слабость: он слишком — даже для докта — верил в науку, в расчет, в разум, а заодно в свою непогрешимость и непобедимость. Именно поэтому он каждый второй раз попадал впросак. Так погибли две экспедиции в подземные пещеры Праймзоны, так он лишился своего городского особняка, именно из-за этого, в конце концов, от Шталя ушла жена…
Шталь также занимал должность помощника командира Особого Корпуса, того самого, что, в соответствии с повелением Императора, оберегал Праймзону от незаконных проникновений контрабандистов и охотников. То есть был персоной влиятельной и облеченной наивысшими полномочиями…
Ожидая появления из ворот своих поднятых по тревоге гвардейцев, рыцари вновь предались беседе.
— Вы, мой друг, — Шталь обратился к молодому рыцарю, — возьмите с собой пятерых в качестве сопровождения и галопом скачите в Ставку Корпуса. Что доложить —
— Охотно выслушаю от вас еще раз. Мне пока не достает опыта в деле разумного преломления противоречивых фактов. Как вы изволили изящно выразиться на прошлой неделе.
Рыцари заговорщически переглянулись и рассмеялись. Довольно мерзким смехом.
— Ну что же, Корсольт, тогда внемлите, — начал Шталь, резко оборвав смех и сделавшись зверски серьезным. — Первое: вчерашнее донесение подтвердилось, захвачен летающий корабль контрабандистов. В ходе захвата убиты пятеро контрабандистов…
— Пятеро? — молодой рыцарь заломил бровь. — Ой ли?
— Слушайте и не перебивайте! Пятеро убиты, их тела изуродованы до неузнаваемости. Еще шестеро, предположительно раненые, скрываются в лесах вдоль границы Праймзоны. Один пленен и содержится под стражей в форте “Красная Утка”. Захваченный корабль стоит там же, в форте. Проникнуть на борт корабля пока что не удалось, потому что контрабандистами была выставлена мощная магическая защита. Пленник, вероятно, знает как снимается защита, но пока что упорно молчит. За неимением специалистов-дознавателей не считаю целесообразным проведение допроса третьей степени, поскольку это может привести к преждевременной смерти контрабандиста. Корабль можно было бы сжечь или взорвать, но я, капитан Шталь, считаю это нецелесообразным. Транспортировку корабля в Ставку также считаю нецелесообразной. Корабль надо изучить на месте, в форте “Красная Утка”, доскональнейшим образом. Устройство этой уникальной машины должно быть проанализировано нашими инженерами. После чего летающий корабль следует всесторонне улучшить и поставить на службу отечеству!
— Здесь я полностью с вами согласен, господин Шталь! — горячо воскликнул молодой рыцарь. — Какие перспективы открываются! Дух захватывает! Если бы мы смогли изучить эту контрабандистскую поделку и поставить производство летающих кораблей на поток!
Шталь терпеливо выслушал своего молодого коллегу по Особому Корпусу и продолжил:
— Итого. Прошу прислать специалистов-дознавателей и трех толковых ученых-праймологов. Прошу также прислать еще одну роту на усиление охраны форта “Красная Утка”. Желательно — конных арбалетчиков. Сам же приступаю к поискам бежавших членов экипажа корабля.
Когда Шталь закончил, из форта уже выбежали и построились в идеальном порядке сто двадцать солдат: три “коробки” по тридцать шесть человек (алебардисты, пикинеры и арбалетчики), отдельно — восемь мастеров боя на двуручных мечах, и четыре командира-сержанта.
Шталь, Корсольт, трубач и знаменосец легкой рысью двинулись к строю, и тогда Иманд прошептал:
— А теперь, друзья мои, ползем в мой схрон. Все за мной. Проворно, но тихо.
Иманд оказался совершенно прав: далеко уйти им не дали бы! По крайней мере — уйти незамеченными…
Гвардейцы Особого Корпуса были невероятно прытки и проворны.
Развертывание пикинеры и арбалетчики проводили бегом, так что уже через пять минут после сигнала горна лес наполнился хрустом веток, звяканьем амуниции, тяжелым солдатским дыханием и топотом сапог.
Но благодаря близости предусмотрительно вырытого схрона с превосходно замаскированным входом, Иманду, Рутгеру и его героям удалось вовремя спрятаться и затаиться.
Полчаса провели они в абсолютной тьме и полном безмолвии.