Правосудие
Шрифт:
Джеймс (видя, что Коксон выходит из комнаты Фолдера). Надо спросить у него. Подойдите сюда, Коксон, и напрягите немножко свою память. В пятницу, на позапрошлой неделе, вы получали по чеку для мистера Уолтера? Это было в тот день, когда он ездил к Трентону.
Коксон. Д-да. Восемь фунтов.
Джеймс. Взгляните-ка. (Протягивает ему чек.)
Коксон. Нет! Тот чек был на восемь фунтов. Мне как раз принесли завтрак, и, понятно, я хотел съесть его, пока он не остыл. Я дал чек Дэвису и велел ему сбегать в банк. Он принес всю сумму в банкнотах,
Уолтер. Боюсь, что тот самый.
Коксон (убедившись лично). Странно!
Джеймс. Вы дали чек Дэвису, а Дэвис в понедельник отплыл в Австралию. Скверное дело, Коксон!
Коксон (недоумевающий и взволнованный). Ведь это же был бы подлог! Нет, нет, тут какая-то ошибка!
Джеймс. Надеюсь!
Коксон. За двадцать девять лет, что я служу в конторе, у нас не случалось ничего подобного.
Джеймс (рассматривая чек и корешок). Чистая работа! Это урок тебе, Уолтер, не оставлять свободного места после суммы,
Уолтер (с досадой). Да, я знаю, но я страшно торопился в тот день.
Коксон (внезапно). Я расстроен.
Джеймс. Корешок тоже подделан. Хорошо обдуманное мошенничество. На каком пароходе отплыл Дэвис?
Уолтер. "Сити оф Рангун".
Джеймс. Надо будет телеграфировать в Неаполь, чтобы Дэвиса арестовали, он еще не мог добраться туда.
Коксон. Жаль его молодую жену! Да и его самого я любил: такой славный юноша. Боже мой, боже мой! У нас в конторе!
Уолтер. Может быть, мне сходить в банк и расспросить кассира?
Джеймс (мрачно). Приведи его сюда. И позвони в полицию.
Уолтер. Даже так?! (Уходит через приемную.)
Джеймс шагает взад и вперед по комнате. Потом останавливается и смотрит на
Коксона, который огорченно трет себе колени.
Джеймс. Ну, Коксон, доброе имя что-нибудь да значит, а?
Коксон (глядя на него поверх очков). Я не совсем понимаю вас, сэр.
Джеймс. Ваш рассказ показался бы чертовски подозрительным всякому, кто недостаточно хорошо вас знает.
Коксон. Д-да! (Смеется. Затем с внезапной серьезностью.) Мне жаль юношу. У меня такое чувство, точно это мой родной сын, мистер Джеймс!
Джеймс. Скверная история.
Коксон. Как тут не расстроиться! Все идет по заведенному, и вдруг случается такая вещь. Мне сегодня кусок в горло не полезет!
Джеймс. Стоит ли так волноваться, Коксон?
Коксон. Тут задумаешься. (Доверительно.) Наверное, он подвергся искушению.
Джеймс. Не торопитесь. Мы еще не уличили его.
Коксон. Я бы отдал свое месячное жалованье, сэр, чтобы только этого не было. (Задумывается.)
Джеймс. Надеюсь, кассир не заставит себя ждать.
Коксон (заступаясь за кассира). Тут всего полквартала, мистер Джеймс. Он будет здесь через минуту.
Джеймс. Подумать только! Такой бесчестный
Суидл (тихо входит и шепотом говорит Коксону). Опять ее сюда принесло, сэр. Забыла сказать что-то Фолдеру.
Коксон (пробудившись от своей задумчивости). А? Нельзя! Пусть уходит!
Джеймс. Что там?
Коксон. Ничего, мистер Джеймс, частное дело. Погоди, я пойду сам. (Выходит в приемную, в то время как Джеймс удаляется в кабинет.) Ну, право же, так нельзя! Мы никого сейчас не можем принять.
Руфь. Даже на одну минутку, сэр?
Коксон. Нельзя, нельзя, я не могу этого позволить! Если он вам нужен, подождите на улице. Он сейчас пойдет завтракать.
Руфь. Хорошо, сэр.
Уолтер и кассир входят и встречаются с Руфью, когда она выходит из приемной.
Коксон (кассиру, который похож на отставного драгуна). Доброе утро. (Уолтеру.) Ваш отец у себя.
Уолтер направляется в кабинет владельцев фирмы.
Скверное, неприятное дело, хотя, в сущности, пустяк, мистер Каули. Мне, право, совестно, что мы побеспокоили вас.
Каули. Я очень хорошо помню этот чек. (С кислым выражением лица.) Он казался в полном порядке.
Коксон. Присядьте, пожалуйста! Вообще я человек спокойный, но такое происшествие здесь, у нас в конторе!.. Неприятно! Я люблю, чтобы между людьми все шло честно и открыто.
Каули. Совершенно правильно.
Коксон (беря его за пуговицу и бросая быстрый взгляд в сторону кабинета). Конечно, мистер Уолтер еще очень молод. Сколько раз я ему говорил, чтобы он не оставлял свободного места после суммы, но он делает по-своему.
Каули. Я легко узнаю того, кто получал по чеку, - совсем мальчишка.
Коксон. Собственно говоря, мы навряд ли можем показать его вам сейчас.
Джеймс и Уолтер выходят из кабинета.
Джеймс. Доброе утро, мистер Каули. Вы уже видели моего сына и меня самого, видели мистера Коксона, а также Суидла, конторского мальчика. Получателем по чеку не был никто из нас, не так ли?
Кассир с улыбкой отрицательно качает головой.
Будьте любезны сесть вот сюда, Коксон, займите, пожалуйста, мистера Каули разговором! (Подходит к двери Фолдера.)
Коксон. Можно вас на два слова, мистер Джеймс!
Джеймс. Слушаю вас.
Коксон. Может быть, не стоит напрасно волновать молодого человека? Он такой нервный.
Джеймс. Все это надо выяснить как следует, Коксон, ради доброго имени Фолдера, не говоря уж о вашем собственном.
Коксон (с достоинством). Мое имя само за себя постоит, сэр. А у молодого человека уже были неприятности этим утром. Мне не хотелось бы, чтобы его опять волновали.
Джеймс. Это простая формальность. Но всякая чрезмерная деликатность неуместна, когда речь идет о таком деле, - оно слишком серьезно. Поговорите пока с мистером Каули. (Открывает дверь в комнату Фолдера.)