Православие
Шрифт:
Таким образом, всей своей деятельностью в годы первой русской революции и в последующий период православная церковь способствовала удушению революционного движения.
Русская православная церковь выступала не только против народных восстаний и революционного движения пролетариата, она была яростным противником всего передового. Православное духовенство прекрасно понимало, что развитие просвещения и передовой культуры подрывало влияние религии на народ. Поэтому церковь являлась гонителем и душителем культуры. Православное духовенство приняло активное участие в преследованиях величайших русских поэтов А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова, собиралось предать анафеме крупнейшего русского писателя Л. Н. Толстого. В Ленинграде, в Музее истории религии и атеизма, хранятся два интересных экспоната. Это фрагменты стенной росписи двух сельских церквей. Тема первого фрагмента — М. Ю. Лермонтов в аду, тема второго фрагмента — Л. Н. Толстой в «геенне огненной». Расписывая
Очень хорошо характеризует «прогрессивность» православия история с изданием книги И. И. Мечникова «Этюды о природе человека». Гордость русской и мировой науки И. И. Мечников с 1888 г., по существу, оказался политическим эмигрантом. Передовому ученому, отрицательно относящемуся к самодержавному строю, не нашлось места ни в научных, ни в учебных заведениях России. Однако с мировым авторитетом И И. Мечникова приходилось считаться, и когда в 1903 г. его книга «Этюды о природе человека» вышла в Париже, царская цензура оказалась в очень трудном положении.
С одной стороны, царская цензура должна была препятствовать выходу «произведений словесности, наук и искусств», если «в оных содержится что-либо, клонящееся к поколебанию учения православной церкви». Православная церковь прекрасно осознавала свои привилегии и ревниво оберегала свои интересы. В книге же И. И. Мечникова было достаточно много мест, разрушающих основы вероучения православия: автор страстно выступал против веры в загробную жизнь, отрицал религиозную концепцию бессмертия души. К тому же эта критика основ религиозного вероучения принадлежала перу талантливого ученого и была великолепно аргументирована. С другой стороны, царская цензура вынуждена была считаться с авторитетом И. И. Мечникова, который был общепризнанным главой школы микробиологов и иммунологов. Сначала цензура препятствовала распространению французского издания книги И. И. Мечникова, потом кромсала текст русского издания. После долгих проволочек книга все же вышла на русском языке в очень изуродованном виде. Тогда на нее набросилась церковная печать, которая подчеркивала, что, «ограничиваясь механическим взглядом на жизнь, г. Мечников лишает ее (книгу — В. Т.) всякого смысла». А один из церковных авторов, принимая позу человека, который ничего не знает о цензурных вычеркиваниях, утверждал, что «о роли души в жизни человеческой природы у него мало речи», и даже делал неожиданный вывод, о том, что у И. И. Мечникова имеются «точки сближения науки с религией».
Отношение православной церкви к Октябрьской социалистической революции
Выполняя в царской России эксплуататорскую функцию, церковь освящала строй частной собственности и сама была крупнейшим собственником. Секуляризация церковных имений, проведенная Екатериной II, не обездолила православную церковь, не лишила ее права приобретать богатства. В течение XIX в. церковь продолжала имущественное накопление и вскоре опять стала одним из крупнейших эксплуататоров, владела огромными земельными участками, промышленными предприятиями, торговыми заведениями. К 1905 г. только земельная собственность русской православной церкви составила 2 611 635 десятин земли. На каждого инока, «отрешившегося» от суеты мира земного, приходилось около 40 десятин. В собственности так называемого белого духовенства находилось более 2 миллионов десятин земли. Высшая православная иерархия могла соперничать своим богатством с самыми крупными землевладельцами царской России: 671 священнослужитель владел 48 тысячами десятин, т. е. более чем по 70 десятин на душу, 589 священнослужителей владели в среднем по 250 десятин надушу,26 представителей священнослужителей высшего сана — по 1840 десятин на душу. Бывший митрополит Н. Ф. Платонов в своем большом труде по истории православия писал, что многие священники к началу XX в. по образу жизни мало чем отличались от представителей правящих слоев царской России. Так, например, рядовой петербургский священник имел бесплатную квартиру в 5–7 комнат, его месячный оклад за преподавание закона божьего в школе составлял 200–300 рублей, кроме того, ежемесячно он получал до 300 рублей от кружечных сборов и до 100 рублей от разных «поручений». Общий годовой доход столичного священника составлял 9—10 тысяч рублей. Доходы провинциальных рядовых священнослужителей колебались от 2 тысяч до 4 тысяч рублей в год.
Вполне естественно, что верные слуги эксплуататорских классов весьма болезненно восприняли свержение частнособственнического строя и враждебно встретили Великую Октябрьскую социалистическую революцию.
Один из первых декретов Советской власти — «Декрет о земле» (26 октября 1917 г.), объявив все земли, в том числе церковные
В царской России православная церковь выполняла целый ряд чисто государственных функций, ей принадлежало право регистрации актов гражданского состояния своих приверженцев (рождения, браки и т. д.). Декреты Советской власти «О гражданском браке, о детях и ведении книг актов состояния» (18 декабря 1917 г.) и «О расторжении брака» (19 декабря 1917 г.) изъяли из рук церкви выполнение этих важных функций. В январе 1918 г. были упразднены ведомства придворного духовенства, управление духовного ведомства армии, прекращена выдача государственных средств на содержание священнослужителей и религиозных учреждений.
Существенным образом Октябрьская революция изменила взаимоотношение школы и церкви. В царской России православная церковь, пользуясь своим господствующим положением, по существу, подчинила себе все дело народного просвещения. В учебных заведениях в обязательном порядке преподавался закон божий, ученики и преподаватели обязаны были в праздничные дни посещать церковные богослужения. Около 40 % всех начальных школ находилось в непосредственном ведении православной церкви. Чему учили в этих школах? В «Правилах о церковноприходских школах», изданных в 1884 г., говорилось: «Приходские школы нераздельно с церковью должны внушать детям любовь к церкви и богослужению, дабы посещение церкви и участие в богослужении сделалось навыком и потребностью сердца учащихся». В церковноприходских школах, где училось более 2 миллионов детей, священники усердно прививали любовь к монарху, церкви и богослужению. После революции школа была отделена от церкви, тем самым навсегда было покончено с положением, когда детям с малых лет навязывали религиозные убеждения, когда насиловалась свобода совести людей, когда не имелось возможности сознательно и свободно определить свое отношение к религии, науке, атеизму.
Деятельность Советского государства, направленную на раскрепощение трудящихся от гнета религии, подытожил декрет «Об отделении церкви от государства и школы от церкви». Декрет начинался словами: «Церковь отделяется от государства». Тем самым обеспечивалось главное условие осуществления права свободы совести: отныне государство не вмешивалось в дела церкви, а церковь — в дела государства. Согласно декрету религия объявлялась частным делом каждого гражданина по отношению к государству. Из всех официальных актов устранялось какое-либо указание на религиозную принадлежность или не принадлежность граждан. Действия государственных и иных публично-правовых общественных установлений перестали сопровождаться религиозными обрядами и церемониями. Регистрация актов гражданского состояния передавалась гражданским властям.
Школа отделялась от церкви, запрещалось преподавание религиозных дисциплин в учебных заведениях, где преподаются общеобразовательные предметы. Обучать и обучаться религии разрешалось только частным образом. Граждане Советской России получили возможность сознательно и свободно определять свое отношение к религии.
Декрет обеспечил все условия осуществления права свободы совести. Во втором пункте (параграфе) декрета говорится о том, что «в пределах Республики запрещается издавать какие-либо местные законы или постановления, которые бы стесняли или ограничивали свободу совести или устанавливали какие бы то ни было преимущества или привилегии на основании вероисповедной принадлежности граждан». Каждый гражданин получил право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой. Впервые в истории России атеистам было гарантировано право свободы убеждений.
Все имущество церковных и религиозных обществ в России было объявлено всенародным достоянием. Декрет предусматривал передачу зданий и предметов, предназначенных специально для богослужебных целей, по особым постановлениям местной или центральной государственной власти в бесплатное пользование соответствующих религиозных обществ. Этим было гарантировано верующим гражданам право свободного и беспрепятственного выполнения религиозных обрядов. В декрете указывалось, что «свободное исполнение религиозных обрядов обеспечивается постольку, поскольку они не нарушают общественного порядка и не сопровождаются посягательствами на права граждан Советской Республики». Местные органы власти наделялись правом принимать все необходимые меры для обеспечения в этих случаях общественного порядка и безопасности. Декрет подчеркивал, что «никто не может, ссылаясь на свои религиозные воззрения, уклоняться от исполнения своих гражданских обязанностей».