Право выбора
Шрифт:
— А как? — заинтересовался я.
— А они подождали, пока он в отхожее место пойдет, чтобы о жизни подумать, и в самый, так сказать, разгар процесса его малым копьем ткнули не скажу куда — Тристан пакостно захихикал, манерно прикрывая рот ладошкой — Позору было, когда его из нужника выносили.... Это тут, на Севере, на это никто внимания не обратит, а там к таким вещам особое отношение, теперь ни один член семьи покойничка к дворцу султанскому на милю не подойдет. До пятого колена в обе стороны.
— Это наша работа,
— А это — Тристан снова повернулся к Миху, указательными пальцами раздвинул рот до невероятных пределов, высунул язык, выкатил глаза, да еще и завращал ими, что довело бедного брата Миха до икоты — Это наше призвание, тебе тоже не понять.
— Заканчивай — попросил я его, поднимая счетовода на ноги — Довел человека до судорог.
— Вижу — с удовлетворением сказал Тристан — Вот это я понимаю работа — чернеца перепугать. Высший пилотаж, филигранное умение.
— Когда здоровье поправлю — брат Мих был бледен, но вроде его отпустило — то тебя непременно найду.
— Пфе, напугал — пикси насмешливо сплюнул и внезапно заорал — Хррррр!
Мы все дружно вздрогнули от неожиданности, а пикси захихикал и гордо сообщил:
— Нет мне равных в искусстве пугания доверчивых ду...
— Кого именно? — уточнил Назир, запуская пальцы в пояс.
— Ду — Тристан видно понял, что перегнул палку и запел, изображая в воздухе что-то вроде 'лунной дорожки' — Ду-ду-ду-ду!
— Чего хотел-то? — я уже понял, что паршивец пожаловал по мою душу — Чего надо?
— Передать привет и поздравления с праздником! — Тристан покопался в сумке, висящей у него через плечо, достал оттуда медную помятую дудку, приложил ее к губам и выдавил несколько на редкость хриплых и мерзких звуков — Я рад принести тебе поздравления от... Ну, ты знаешь кого. Чтоб ты был здоровенький, толстенький, счастливенький! Чтобы вернулась в этот мир царица фей тетушка Маби и подарила тебе красоту, а великий чародей Гуд восстал из мертвых, сел на свой зеленый трон и насыпал тебе в обе ладошки мозгов! Чтобы...
— Мастер Хейген, я могу убить эту болтливую тварь? — голос Назира был на редкость благодушен, из чего я сделал вывод, что пикси и впрямь балансирует на грани жизни и смерти.
Ради правды — я бы с радостью сказал 'да', поскольку существо это было слишком назойливым даже для НПС. Но этого я делать не стал, помятуя о том, что Странник испытывает к нему привязанность и кончина этого болтливого поганца может серьезно испортить мои отношения с ним. Да и жизнь он мне тогда и впрямь спас, во глубине Сумакийских гор. Пусть глумливо, как у них заведено — но спас.
— Считай, что мы с тобой квиты — сообщил я пикси.
— Не понял? — удивился летучий стервец, кокетливо поправляя галстук-бабочку в горошек, который он невесть зачем надел на шею.
— Да тебе и не надо — махнул я рукой — Ты все сказал?
—
— Давай без трубадурства и болтовни — попросил я его — У меня дел еще полно, опять же ты мне чуть приятеля не добил. Он и так был плох, а теперь уж и не знаю — спасу я его или нет.
— Ты — может и нет — заявил Тристан — А вот пара запотевших литровых кружек холодного зимнего эля, нежного, бархатного, издающего терпкий аромат, янтарного, с легкой кислинкой и шапкой пены, которую так приятно сдувать...
— Убью!!!! — заревел брат Мих, подхватил какую-то оглоблю, которую невесть кто и невесть зачем оставил у стены, где мы стояли и помчался за пикси, который с хохотом и криками 'Не догонишь! Не попадешь!' закладывал лихие фигуры высшего пилотажа. Вдобавок еще он время от времени зверски рычал, изображая дракона, и издавал непристойные звуки губами, проносясь над головой счетовода.
— Тристан! — рявкнул я — Слушай, я все понимаю, но совесть имей.
— Имел и не раз — заверил меня пикси — А кабы ты ещё знал, в каких забавных позах!
Брат Мих потерял последние силы, прислонился к стене дома, тяжело дыша, хотел что-то сказать, но не смог. Все, на что хватило его сил — это многообещающе погрозить пикси пальцем.
— Боюсь-боюсь — заверил его Тристан — Не сомневайся!
После этого он сразу же начал корчить мне рожи, с многозначительным видом показывать пальцем на Назира и кивать подбородком.
— Я не доверяю ему, мастер Хейген — Назир все понял, но у него явно было на этот счет свое мнение — Пикси очень коварны.
— Кто???? — возмутился Тристан — Мыыыы? Да пикси самые милые и тихие существа в Раттермарке, если бы не вы все, то мы занимались бы наукой и искусством, разводили бы цветы и кроликов!
— Да ты что? — хмыкнул я.
— Ну да! — с горячностью влюбленного юноши заверил меня он — А так приходится разводить вас...
— Ладно — повернулся я к ассасину — Назир, отведи Миха вон, в кабак, купи ему эля. Я скоро буду. На, держи золотой.
— Как скажете — склонил голову ассасин, цапнул у меня с ладони монету, после же коротко глянул на Тристана — Я не предупреждаю, я просто ставлю тебя в известность — если с мастером Хейгеном что-то в мое отсутствие случится, винить в этом я буду тебя, и легкой смертью ты не умрешь. Клянусь в этом камнем Аль-Када и именем старца ибн Ладды.
— Да не случится с ним ничего — похоже, что эта клятва Тристана впечатлила — Тем более, что мы с ним старые знакомцы.
— Я сказал — ты услышал — безразлично ответил ему Назир, подошел к брату Миху, поднял его и повел к дверям стоящего неподалеку кабака с задорной вывеской, на которой бородатый северянин разрывает на две части оленя, на голове которого почему-то растет вишневое дерево. Интересно, что такое пил художник, когда ее малевал?