Право выбора
Шрифт:
– Это у тебя что-то случилось с трубами, - констатировала я. А когда мы прошли в ванну, сдержанно добавила: - Да ты воду забыл закрыть!
– Я не мог такого сделать!
– зло процедил он и снова пристально посмотрел на меня.
– Тогда у вас в доме есть барабашка, - закрывая кран, ответила я, а потом, выдержав паузу, с обидой спросила: - Или ты думаешь, что это я сделала?
После чего неодобрительно посмотрела на него и с гордо поднятой головой направилась к выходу, изображая оскорблённую невинность. Но уже через секунду он меня догнал и с извинением
– Анна, конечно, я так не думаю. Возможно, я действительно забыл закрыть воду, а тут ещё и какой-то засор в трубах, потому что она не уходит.
– Ладно, проехали, - смилостивилась я.
– Надо срочно всё убирать. Ковры на террасу вытащим, пусть сохнут, а здесь будем вычерпывать воду. Надо шевелиться, пока полы не разбухли.
– Да, - согласился он и, вздохнув, осмотрелся вокруг.
– Работка нам предстоит адова. Главное, в ванну больше ничего не лить. Пойду за тряпками и вёдрами.
"Беги, милок, беги! Ты ещё про унитаз не знаешь!" - мстительно подумала я, представляя его лицо, когда и там засор обнаружится.
А через пятнадцать минут испытала невыразимое удовлетворение, когда вычерпанная вода перестала уходить в унитазе. Дантэ густо покраснел, когда я с жалостью тихо пробормотала: "Бедненький, это как ты замучился с расстройством желудка, что даже унитаз не выдержал", и предложил мне убирать воду на первом этаже, заверив, что в комнате справится сам.
Хихикая, я вышла из комнаты и, спустившись на первый этаж, принялась там вытирать воду тряпками, думая о том, чтобы ещё такого сделать завтра, если до парня не дойдёт, что надо меня отсюда увозить.
С уборкой мы закончили, когда на часах было три часа ночи. Мокрые, уставшие и естественно уже не думающие о сексе, мы разбрелись по комнатам. Надеясь, что следующую ночь уже проведу на родине, я сразу заснула.
Утром пришлось расплачиваться за свою шалость. После бесконечных приседаний, отжиманий тряпки и ползаний на коленях, тело ломило так, что сползая с кровати, я кряхтела и стонала. "Сейчас бы под тёплый душ, чтобы мышцы разогрелись, но как-то совсем не улыбается прямо с утра снова ползать рачком с тряпкой. Чуть позже обрадую Дантэ, что и у меня засорились трубы", - решила я и, быстро умывшись над раковиной, начала расчёсываться.
В дверь раздался стук, а потом вошёл Дантэ и, пожелав мне доброго утра, деликатно поинтересовался:
– Можно я у тебя душ приму.
– Да-да, конечно. Пользуйся. У меня после вчерашнего на воду аллергия, и пока не хочу даже её включать, - добродушно ответила я, уже представляя, как он через пару минут и здесь начнёт плавать.
А когда спустя несколько минут из ванной комнаты донёсся отборный мат, прыснула от смеха и выбежала из комнаты, чтобы вволю насмеяться.
Спрятавшись на кухне, я отдышалась, а когда на лестнице раздались шаги, принялась готовить завтрак, а чтобы меня ни в чём не заподозрили, громко крикнула:
– Дантэ, с лёгким паром! Что тебе на завтрак приготовить?
– Пока ничего, - приоткрыв дверь, зло сказал он и, повернувшись, я снова чуть
Парень стоял с обёрнутым вокруг бёдер полотенцем, а на голове виднелась пена.
– У тебя тоже засор в трубах. Найду продавца этого грёбанного дома и вздёрну его на главной балке, - процедил он.
– Тут всю канализацию, наверное, надо менять. Пойду, попробую домыться в спальне для прислуги, здесь на первом этаже.
– Бедненький. Конечно, иди туда, - ответила я, а потом нахмурилась. "Капец, а про эту ванную комнату я забыла. Ладно, буду надеяться, что пока и этого хватит. Дантэ должен понимать, что постоянно бегать по этажам, чтобы умыться или сходить в туалет, радости мало. Да и плюс в этом есть - сама приму душ", - решила я, включая кофеварку.
Однако через два часа я сильно пожалела о рабочей ванне и готова была проклинать весь свет.
Приняв душ и набросив халат, а голову обернув полотенцем, я вышла из ванной комнаты и, решив себе сделать чай, прошла на кухню. Включив чайник, я достала чашку, и в этот момент меня обняли сзади.
– С лёгким паром, - пробормотал Дантэ и нырнул рукой в вырез халата.
– Надеюсь, ты согласишься наверстать упущенное за последние двое суток прямо сейчас, пока ещё чего-нибудь не случилось.
– Но я не готова сейчас, - промямлила я, ежась от его прикосновений.
– А готовиться и не надо, - ответил он и, повернув меня к себе, пристально посмотрел в глаза.
– Или ты не хочешь меня?
– Хочу, - выдавила я, поняв, что если сейчас откажусь, то прахом пойдут все мои усилия по заверению Дантэ чуть ли не в вечной любви.
– Просто так неожиданно... да и светло сейчас...
– Люблю неожиданности, - прищурившись, сказал он, продолжая внимательно следить за моей реакцией, и развязал пояс халата.
"Гадость какая! Ненавижу!" - хотелось кричать, когда он начал целовать меня и водить руками по телу. Но рациональная часть требовала терпеть. "Закрой глаза и постарайся представить кого-нибудь другого на месте этого ублюдка! Если ты выдашь себя, то никогда не попадёшь в Россию. Терпи! И не вздумай расплакаться! Желаешь хоть как-то выплеснуть эмоции, застони, он воспримет это как удовольствие от ласк. А хочешь, расцарапай ему спину. Пусть этому скоту тоже будет хоть каплю неприятно", - увещевал внутренний голос и, закрыв глаза, я сжалась, понимая, что другого выхода у меня нет.
"Господи, пусть хотя бы всё это быстрее произойдёт", - взмолилась я, когда он усадил меня на край стола и, продолжая целовать, просунул руку между ног. "Если он будет тянуть, меня точно вырвет! Хотя, наверное, и так вырвет, когда он перейдёт к основной части", - подумала я и постаралась абстрагироваться от происходящего.
Но меня не вырвало. Когда всё было закончено, и Дантэ, довольно улыбаясь, убрал руки и сделал шаг назад, я даже выдавила улыбку. А потом соскользнула со стола и снова пошла в ванную. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой грязной, и хотелось быстрее смыть с себя следы его прикосновений и свидетельства произошедшего.