Право вредности

Щедрина Алла Вячеславовна

Жорот расположился в гостиной, у незажженного камина. С их последней встречи прошло почти шесть лет, но по колдуну это не было заметно — совсем. Та же повязка на глазах, те же длинные волосы, собранные в хвост и привычная черная хламида. Рядом стоял низкий столик с вином и фруктами, а с другой его стороны располагалось пустое кресло. Жорот, встав, церемонно поклонился женщине.

— Как самочувствие?

— Все нормально, спасибо, — мрачновато ответила она, чувствуя себя неотесанной деревенщиной.

Жорот, усадив женщину в кресло, сел напротив:

— Вина?

Она

критически взглянула на стол:

— С удовольствием, если вы предложите что-нибудь более сытное.

— Пожалуйста.

Колдун, вероятно, как-то отдал приказ, так как через несколько минут слуга принес поднос с едой.

— Прошу прощения, я почему-то решил, что вы уже отобедали.

— Ничего страшного, при наличии столь вышколенных слуг смерть от голода мне не грозит.

Жорот, дождавшись пока Арика опустошила тарелку, усмехнулся:

— Кстати, о слугах. Вы прекрасно выглядите. Похоже, Роджер способен не только на вульгарное насилие.

Арика чуть не поперхнулась вином:

— О чем вы? Что он такого сделал?

Колдун, откинувшийся с насмешливой улыбкой в своем кресле, небрежно ответил:

— Ничего особенного. Для начала он чуть ли не с боем прорвался ко мне в кабинет, правда, не причинив никому из слуг серьезного вреда. Я проводил магический эксперимент, подготовку к которому вел несколько лет, а он его прервал.

Арика покачала головой:

— Представляю, как вы разозлились.

— Было дело. Впрочем, любой человек, нарушивший столько магических потоков, сколько нарушил ваш Роджер, умер бы почти сразу. Поэтому сначала я решил, что он сам себя наказал. Но он не собирался умирать, и требовал от меня помощи, настаивая на том, что вы в ней нуждаетесь, а больше никто ее оказать не в состоянии.

— Извините, что прерываю вас. Я приказала ему ПОПРОСИТЬ вас о помощи и ни в коем случае не настаивать, если вы откажете. Прошу прощения, если он превысил свои полномочия.

Жорот невозмутимо кивнул:

— Превысил. Но ни о каких извинениях не может быть речи: он действовал как преданный слуга, борющийся за жизнь своей госпожи. Правда, в тот момент я не был столь беспристрастен, и мы с ним серьезно поспорили: я, естественно, не имел горячего желания помогать ему в чем бы то ни было. Скорее наоборот, — колдун усмехнулся. — Но, как оказалось, магия на Роджера не действует, а физически он меня гораздо сильней.

Арика вконец растерялась:

— Простите… Я бы ни за что не обратилась к нему, если бы могла допустить, что он способен на подобные вещи.

— Ничего страшного он мне не сделал. Пострадало лишь мое самолюбие.

Почувствовав, что краснеет, женщина все же попыталась взять себя в руки и неловко заметила:

— Ничего не понимаю. Судя по его отцу, да и по моему опыту, Роджер очень деликатен в контактах с людьми. А тут…

Жорот рассмеялся:

— Успокойтесь, пожалуйста. В том-то и дело, что деликатность в данном случае не помогла бы. То есть он мог бы, конечно, подождать неделю-другую, пока я закончу свой эксперимент. Но у него, а точнее, у вас, не было времени, и он это знал. Как бы то ни было, в конце концов, мы договорились.

Арика виновато пожала плечами и перевела

разговор в более интересующее ее русло:

— А что со мной произошло? И вообще, что такое этот Свиток?

— Вы должны понимать, что версия, которую я сейчас вам предложу, основана лишь на моих догадках. Правда подтвержденных, насколько это возможно, фактами, но не более. Я определяю Свиток как бога. Нерожденного бога. Вероятней всего, это удачный (или случайный, побочный) продукт деятельности какого-нибудь мага древности. Кого именно, за давностью лет мы, конечно же, не узнаем. Условие рождения этого бога — соединение всех трех частей Свитка — это вы, вероятно, уже поняли. Причем рождение бога такой силы равноценно уничтожению нашей вселенной, либо какой-нибудь вселенной, перпендикулярной нашей, либо просто общими нарушениями из-за внедрения в устоявшееся пространство-время нового объекта… ибо создание нового возможно только на месте чего-то уже существующего. Вероятно, маг понял, что он создал. Но уничтожить Свиток уже не смог — или не захотел — кто его знает, из каких соображений. Он разбросал части Свитка как можно дальше, но Свиток, даже разделенный, обладал силой.

— Еще и сознанием, — мрачно заметила Арика. — По крайней мере, когда я его прощупывала Умением, мне так показалось.

— Вполне вероятно. Итак, он мог воздействовать на людей. И через несколько тысяч лет две части сумели соединиться. При этом они убили своих носителей — Нааля и Ольга, используя их как вспомогательный материал для воссоединения.

— Это вы с чего взяли?

— Я осматривал дом Нааля. Увы, внутрь меня не пустили, но, судя по следами, находящимся за пределами дома, в нем было совершено жертвоприношение, причем выделившаяся в результате энергия была полностью «съедена». Итак, Свиток един на две трети. И тут появляетесь вы — некстати.

— Или наоборот кстати. Нааль вызвал меня звонком. Возможно, Свиток уже управлял им, и я ему понадобилась в качестве «ног».

Легкая заминка, поднятие бровей и кивок прервали размеренно текущую речь. Впрочем, ненадолго.

— Запросто. Свиток подавляет ваше сознание и с помощью захваченного тела пытается добраться до храма на одной из отдаленных планет, где лежит его третья часть. Мы с Роджером, кстати, потеряли вас еще на нашей планете и вынуждены были сами искать сведения о местонахождении последней части Свитка, что оказалось делом нелегким. Когда Роджер, наконец, раскопал необходимую информацию, вы были почти у цели. Остановить вас мы не успевали. Можно было предупредить монахов, у которых хранилась третья часть, но в этом случае ваша жизнь оказалась бы под угрозой.

— Так одна моя, а так…

— Только не надо про вселенную, хорошо? — ехидно усмехнулся Жорот. И уже серьезно продолжил: — Собственно, дело было не только в вас. К сожалению, мы не были уверены, что монахи, хранящие третью часть, ПРОТИВ рождения нового бога. То есть, что никто из них не попал под влияние Свитка. В общем, рисковать было нельзя. Еще во время нашей первой встречи, а точнее, когда Леся вас выхаживала, я старался собрать о вас все доступные сведения. Таким образом, я узнал о вашем отце.