Право победителя
Шрифт:
— Ванюша. — Под одеялами было очень жарко, и Маша легла сверху, задумчиво разглядывая мужа. — А что мы дальше будем делать? Мы вернёмся назад? К Лужиным?
Иван руководствовался принципом «пар костей не ломит» и из-под одеяла не вылазил.
— Нет. Я много думал, чем же мне заняться таким, чтобы нас обеспечить…
Маша довольно замурлыкала.
— …теперь у нас есть лодка. Будем строиться на берегу. У нашего ручья. Спустим лодку на воду — поговорю с Надей насчёт строителей.
— Всегда мечтала жить на берегу моря!
— Открою тебе страшную тайну! Я тоже!
ГЛАВА 6,
в которой Иван идёт в гости
Кто
Календарь, который, как и всякая женщина, вела Мария, показывал примерно середину февраля, когда земляные работы были вчерне завершены. В самом начале января, когда зима загнала Маляренко в дом, в свой посёлок ушёл и Стас с рабочими. С собой они укатили очень тяжело нагруженную металлом тележку. Иван было сунулся предложить свою помощь (груз действительно выглядел неподъёмным), но Лужин вежливо отказался, заявив, что с этим они справятся и сами. Переждав холода в тепле и как следует отдохнув, Маляренко с удвоенной силой принялся за раскопки. Земля тут была не в пример легче той, что они рыли, доставая автомобиль, и за месяц, с помощью то Юры, то Саши, он подготовил относительно ровный и пологий склон. Несмотря на тяжёлый физический труд, Иван даже поправился — Мария кормила его «на убой», привозя каждое утро на велосипеде казан тушёной картошки с мясом и овощами. Юркин огород дал замечательный урожай, труды не пропали даром, и картофеля мужики накопали много. Непонятно только, насколько много, потому что привычных мешков у хуторян не было, а мерить большими плетёными корзинами, в которых клубни и хранили, они ещё не привыкли. Половину урожая Юра решил отложить на семена — планы на целинные степи парень строил просто грандиозные.
— Это ещё хорошо, что сильных дождей почти не было. — Юра неторопливо поднимался снизу, то и дело буксуя на влажной земле. — А то бы тут всё залило к чертям собачьим! Тьфу, мля! — Землекоп всё-таки поскользнулся и немного съехал вниз.
— Поднимайся давай. — Иван уже полностью собрался и был готов уходить к хутору, — до ночи успеть бы.
Хотя собак с прошлой зимы люди и не видели, но забывать об их существовании было никак нельзя, и мачете, и арбалет Иван теперь всегда держал под рукой.
На хуторе уставших от долгого пешего перехода мужчин встретили очень неприятными известиями. Снова обострилась болезнь Аллы. Женщине постепенно становилось всё хуже и хуже, и три дня тому назад, несмотря на всю заботу подруг и Саши, она окончательно слегла и больше не поднималась.
Ваня вяло похлебал горяченького, немного посидел в кресле, вытянув гудящие от ходьбы ноги и закрыв глаза. Потом поднялся и молча принялся собираться в путь.
— Я с тобой! — Марья решительно натягивала на себя походное обмундирование — сшитые из старых кусков брезента широченные штаны и грубую куртку с капюшоном. Поглядывала на мужа она при этом с вызовом, готовая немедленно дать отпор, если тот заартачится. У Ивана потеплело в груди. «Солнышко!» — Да. Ты — со мной.
Ночной заезд едва не закончился плачевно. Спускаясь с перевала на приличной скорости, Иван не заметил в темноте камень, лежащий на пути, и улетел кувырком с велосипеда. К счастью, ни ездок, ни велосипед сильно не пострадали, но скорость передвижения пришлось сильно сбавить.
Посёлок Ивана поразил. За три неполных месяца, что его тут не было, в этом… городке произошли грандиозные изменения. Во-первых, были полностью достроены все дома центральной части посёлка, и все они были соединены настоящей каменной стеной двухметровой высоты. Крыши всех этих домов
Маляренко протёр глаза.
«Это с недосыпу глюки. Не может быть!»
— Вань! — Маша тоже тёрла глаза. — Ты это видишь? Откуда?
Во-вторых, дорожки вокруг «кремля» были полностью замощены плоскими каменными плитами. Да так аккуратно и гладко уложенными, что Маляренко от удивления едва не позабыл, зачем они сюда приехали.
Ну а в-третьих, прямо посреди посёлка, у дома Лужина-старшего, стояла громадная смотровая вышка, сделанная из сосновых брёвен. На высоте двенадцати метров, наверху, была площадка, огороженная перилами и накрытая кровлей из веток. На краю площадки, болтая свесившимися ногами, сидел знакомый Ивану «кожаный» паренёк и приветливо улыбался.
— Здрасьте, дядь Вань! Как дела?
— Привет, — «дядь Вань» автоматом кивнул. — Док где?
— Дома. — Часовой указал вовсе не на тот дом, который ожидал Иван, а на небольшой, но очень аккуратный каменный домик, стоявший немного в стороне.
— Он там теперь живёт.
— А тут? — Маляренко кивнул на достроенный терем в «кремле».
«Серый!»
Предчувствия его не обманули.
— А тут дядь Серёжа теперь живёт.
Ксения, гордо выставляя напоказ свой округлившийся животик, наконец накрыла на стол и пригласила замаявшихся Маляренок завтракать. Дом Звонарёва впечатлял. Четыре комнаты, большая печь в центре, кое-какая самодельная мебель и… белёные стены! Иван только языком цокнул.
«Ну, блин! Цивилизация».
Да и сам хозяин как-то резко округлился, раздобрел и стал… ухоженным каким-то… домашним.
— Во-о-о-от, Иван Андреич, такие у нас дела. — Было видно, что Звонарёв изо всех сил напрашивается на похвалу от такого уважаемого человека. Уважаемый человек, хоть и выглядел совершенно непрезентабельно, хозяина не подвёл и, разведя в стороны руки, уважительно покачал головой.
— Силён, ты, Серый. Молодец! Поздравляю. — У Вани слипались глаза, но поспать после завтрака из настоящей яичницы-глазуньи ему так и не удалось. Маша, под стать мужу, тоже устала так, что не смогла даже подивиться, глядя на такое чудо — яичницу.
«А жизнь-то — налаживается!»
Оказалось, что Звонарёв как-то успел распорядиться насчёт баньки, и, пока путники завтракали, дежурные успели её растопить. Помывшись с дороги, супруги вернулись в дом и совсем уж было собрались завалиться спать, как следом ввалилась целая делегация. Сама «железная леди» с мужем, Стас и Олег с Семёнычем в придачу. «Ой, ё!»
— Ребята, я — спать.
И, не обращая внимания на обиженные лица, Маляренко упал на лавку.
Вечером пришлось всё-таки извиняться. Совесть, в лице Марии, его совершенно замучила, да и просто отношения портить с такими нужными людьми не хотелось. Но нужные люди и слышать про извинения не захотели, а совсем даже наоборот — накрыли в доме Надежды Фридриховны и Георгия Александровича праздничный стол по случаю приезда столь дорогих гостей.
— С Доком я своего парня отправил, вооружённого. — Язык у Стаса порядком заплетался. — Они уже там должны быть. А вот…
Что «а вот», Иван не узнал, потому что с очередным тостом «за встречу» и за здоровье Аллы поднялся Семёныч, и все дружно выпили. Настойка была хороша! Юркина бражка ни в какое сравнение с ней не шла.
— А сахару где взяли?
— А вот… — Слово взял донельзя собой довольный Звонарёв: — Слушай.
Дальше было шоу. Маша, приосанившись, гордо сидела рядом с мужем, которому все присутствующие, включая деда, поочерёдно делали доклады!