Право на месть
Шрифт:
И Ласковин прыгнул.
Ему терять было нечего!
Андрей выбросил тело вверх, толкнувшись буквально одними руками, и из совершенно невероятного положения ухитрился достать ногой. Пистолет вылетел из ладони Корвета и ударился о стену.
Ласковин ударился бедром об угол стола, но приземлился на ноги. С противоположной стороны – Корвет.
– Прекрасно!
Рыжий был доволен. Значит, все-таки розыгрыш? Нет.
– Прекрасный удар. Жаль. Я хотел убить тебя быстро. А теперь быстро
Он медленно двинулся в обход стола. Ласковин начал отступать к двери.
– Лучше бы тебе не убегать,– спокойно предупредил лидер «тобольцев».
Он был уверен в своем превосходстве.
– Я убил Хана,– напомнил Ласковин.– Хочешь, чтобы я убил и тебя?
– Не получится.– Корвет покачал головой.– Я не Хан.
И молниеносным движением выхватил нож.
Ласковин опять не успел засечь, откуда появилось оружие.
Отполированное лезвие зеркалом блестело в электрическом свете. Недлинный широкий обоюдоострый клинок.
– Я не Хан,– опять повторил Корвет.
И, шагнув вперед, сделал пробный выпад. Он не спешил.
Ласковин уклонился. Противник был хорош. Но между ножом и пистолетом – немалая разница. Пришло время испытать урок Зимородинского.
Еще один высверк стали. Ласковин отпрянул в сторону, сосредоточился и на третьей атаке выбросил вперед сложенные щепотью пальцы.
Удар получился совсем слабый. На лице Корвета промелькнуло удивление, но четвертый удар последовал незамедлительно. Снизу вверх, вспарывающий в живот. Ласковин выгнулся назад – нож промелькнул у самого лица – ушел в низкую стойку…
Нож выпал из руки лидера «тобольцев». Глаза его выкатились из орбит, пальцы впились в рубашку, разрывая ее на груди…
Ласковин «вытянул» остатки энергии. Ему даже не пришлось воспользоваться образами. Все вышло на удивление легко.
Андрей поднял нож и положил в ящик стола. А пистолет, поколебавшись, взял за ствол и аккуратно положил в карман куртки. Китайский дешевый ствол. «Одноразовый». Сделал дело и выбросил. Теперь он не сомневался, что Корвет не пугал, а действительно хотел его застрелить.
Рыжий еще стоял. Он мужественно боролся со смертью, но силы были неравны.
Ласковин посмотрел на него, понял, что конец вот-вот наступит, и открыл дверь в коридор.
– Эй! – позвал он.– Кто-нибудь, сюда! Из соседней комнаты выглянула круглая стриженая голова.
– Ну чего?
– Сюда,– изображая растерянность, крикнул Ласковин.– Быстрее!
«Тоболец», сообразив, что зовут не куда-нибудь, а к начальнику, медлить не стал. Ласковин посторонился… и «боец» замер с открытым ртом.
Корвет все еще стоял. Невероятно могучий организм. Но пальцы его уже не рвали одежду, а глаза ослепли…
«Тоболец» тупо глядел на своего начальника, потом
– Что ты ему сделал, сука? – завопил он, хватаясь за пистолет.
– Я? Ничего.
Всем своим видом Ласковин демонстрировал растерянность и непонимание.
– Может, сердце у него схватило. Только попрощались… и вот.
Ласковин недоуменно пожал плечами.
И бандит купился на эту маску. Потому что не кто-нибудь, а сам Спортсмен. Тот, что ни хрена не боится и самолично шлепнул Крепленого с корешем при раскладе три к одному.
Корвет стоял. Ласковин уже начал беспокоиться: вдруг лидер «тобольцев» окажется сильнее, чем секретный удар тайной школы. Вдруг ухитрится выжить?
И тут он рухнул.
– А? Что?
Отпихнув бандита, в комнату ворвался некачкового вида мужчина в белой рубашке.
Ласковин уже видел его здесь однажды. Бухгалтер?
– Да вот,– пробормотал «бык» растерянно.– Вот упал…
Мужчина бросил взгляд на посиневшее лицо Корвета, потом – на Ласковина.
Тот развел руками.
Из коридора уже заглядывали еще трое.
Бухгалтер (Ласковин решил называть его именно так) повел себя не по-бухгалтерски решительно.
– Врача сюда, мудозвоны! – гаркнул он.– Быстрей, мать вашу! – И, уставившись на Ласковина: – Ты с ним был? Ты?!
– Я его не трогал,– ледяным голосом произнес Андрей.
Но приготовился рвать когти. Если этот знает о сделке с «очень хорошей ценой», начнется новый круг неприятностей.
Ласковин даже пожалел, что не ушел, пока была возможность. Если уж все равно придется снова стать объектом мафиозной охоты…
– Никуда не уходи! – распорядился Бухгалтер.
И бросился к телефону.
Но звонил он не врачу (того уже вызвали), а «наверх».
Ласковин взглянул на часы: запас времени у него оставался. Так что он решил пока ничего не предпринимать, поглядеть, как развернутся события.
Врач появился минут через десять. Вполне достаточно для того, чтобы клиническая смерть превратилась в необратимую.
Ласковин сел на стул в уголке. Никто за ним не присматривал.
Врач пощупал пульс, приложил ухо к груди Корвета, заглянул в глаза…
– Ну? – нетерпеливо спросил белорубашечный.– Что?
– Надо же… – врач удивленно покачал головой.
– Что с ним? – буквально взвизгнул Бухгалтер.
– Сердце,– пробормотал врач.– Надо же…
– Что сердце?!
– Сердце остановилось.
– Ну так делай же что-нибудь, делай, придурок! За что тебе деньги платят?
– Да что тут сделаешь? – Врач тоже повысил голос: – Умер он,– понимаете? Нет? Умер!
– Давай работай, гад! Массаж ему сделай, электрошок! Реанимируй его, сволочь!