Право быть человеком

Ханами Тая Владимировна

– Да знаю я, - отмахнулся от многовековой мудрости Антон.
– Все от адепта зависит, применит он ее во зло, или на благо обществу. Что, поворчать уже нельзя?

– А сссмыссссл?

– Великий, - привычно отрезала я.
– Что ты прицепился к человеку, замученному ведьмой? Может, он недовольство жизнью таким образом выражает.

Дракон смерил меня оценивающим взглядом.

"Ну все", - подумала я.
– "Сейчас начнет кульбиты выделывать"

Но ящер только подмигнул и отвернулся.

Так

мы летели и летели, а потом я почувствовала, что на сегодня мне хватает впечатлений. Да и по делу мы сюда прибыли, а не развлекаться. Больше того, я начала испытывать настоятельную потребность в возвращении. Я изо всех сил старалась не думать о своих потребностях - вдруг у дракона появится вкус к жизни во время полета?

"Не надейся", - услышала я в голос камикадзе.
– "Это не ты хочешь возвращаться. Просто ты каким-то образом почувствовала ту силу, что заставляет меня окунуться в Источник".

"Какой источник?" - не поняла я.

"Огненный", - услышала я в ответ.
– "Мы, драконы, дважды в него окунаемся. Один раз - чтобы стать огнедышащими, а второй, если раньше не погибнем, - чтобы помочь кому-то стать огнедышащим".

"Но с тобой же не будет молодежи", - возразила я.

"Жаль, но ничего не поделаешь", - вздохнул ящер.
– "Очень жаль".

"Ну и обычай", - поежилась я.
– "А по-другому нельзя?"

"Не мной это заведено", - отозвался ящер.
– "Не мной и окончится".

"А смысл?" - невольно подражая ему, спросила я.

"Великий", - с наслаждением ответил мне дракон. Но потом все же продолжил: - "Смысл в том, что мы возвращаем наш заимствованный огонь, а за это увековечиваемся в стихии. И, потом, иногда, мы получаем возможность начать жить в новом теле".

"Это как?" - не поняла я.

"Сложно объяснить", - ответил дракон.
– "Память сгорает, личность обновляется, тело молодеет. Но тебе этого не понять, ты ведь не дракон".

"Так ты не умрешь?" - обрадовалась я.

"Не надейся", - усмехнулся собеседник.
– "Я, как таковой, в любом случае исчезну. Вместо меня может появиться новый дракон или драконесса, но на моей памяти такого ни разу не случалось. А жил я немало, даже по нашим меркам".

"А вдруг?"

"Не надейся", - повторил ящер.
– "Кроме того, ты ведь дружишь с огнем?"

"Ну да".

"Может, навещу тебя в качестве элементала".

"Слабое утешение", - поморщилась я.
– "Все равно я никогда не узнаю, ты это, или нет".

"Какое уж есть", - философски ответил ящер.
– "И, потом, мы сможешь вспоминать обо мне всякий

раз, когда будешь смотреть на огонь".

Что-то мне напоминал этот разговор. Но я так и не смогла вспомнить, что именно, потому что перед моим мысленным взором, заслоняя все остальное, встал маленький, но очень горячий вулкан…

* * *

Дракон улетел. Мы стояли на узеньком крылечке дома, и смотрели ему вслед, пока он не скрылся из виду. Я смахнула непрошенную слезу, но она сменилась другой, третьей, четвертой…

Ко мне подошла хозяйка дома, дотронулась до моего плеча рукой в перчатке. Горячо! Только сейчас я вспомнила, что до этого она избегала тактильного контакта.

Перед крыльцом возник денебец, замер навытяжку - даже искры трепетать перестали.

– Штирлиц! Это ты?

"Да".

Потом разведчик "повернулся" к Илане, и выражение лица ветеранки начало меняться. Из спокойного оно сделалось изумленным, потом негодующим. Денебка оглянулась на нас:

– На дракона вашего напали. Неслыханное дело!

– Кто?

– Колдунья нашего мира.

Я вспомнила отталкивающий на вид домик, и пожелание дракона не смотреть на него. Неужели?

"Некромантов такой силы", - между тем "говорил" Штирлиц уже для всех.
– "У нас нет".

– Мы можем помочь?
– отреагировал металлист.

"Нет", - четко ответил разведчик.
– "Вы сгорите заживо".

– Совсем нет вариантов?
– начал допытываться друид.

– А, может, мы все-таки попробуем?
– вступила и я в обсуждение.
– У нас есть опыт борьбы с некромантами. И кстати, откуда взялся второй дракон?

– Вы сможете только посмотреть, - ответила Илана.
– На последние минуты жизни вашего друга. Если захотите, конечно. И это драконесса, судя по докладу, а не дракон.

"Мы сможем их прикрыть", - услышала я неуверенное возражение Штирлица.

"Это слишком рискованно", - отозвалась Илана.

– Дракона жалко, - вслух произнесла я.
– Может быть, стоит попробовать?

Денебцы, как по команде, уставились на меня.

– Ты хоть представляешь, о чем идет речь?
– спросила, наконец, Илана.

– Тушение пожара огнем?
– предположила я.

– Представляешь, значит, - неуверенно отозвалась денебка.
– Что скажешь,… (непередаваемое сочетание жутких звуков).

"Я думаю, попытаться стоит", - отчеканил Штирлиц.
– "Если, они, конечно, еще не передумали".

– Я все еще "за". А как вы, ребята?

Ребята не были против. По лицу Иланы снова прошла волна эмоций - от отчаяния до уважения.

– Я сейчас, - пропищала она.
– Защиту вам принесу, - выговорила она по слогам редко употребимое слово.
– Я мигом. Надо торопиться.