Правитель Чакаля
Шрифт:
– Ахав Читам отправился в страну предков! Да милостиво встретит его Змей Всевидения!
Глава 3
Вдоль главной, самой широкой улицы Чакаля, выложенной светлыми каменными плитами, стояли все жители этого большого города и его окрестностей. Они пришли сюда, чтобы проводить своего правителя Читама, отправлявшегося в подземный мир. В знак скорби головы всех были посыпаны пеплом и перевязаны белыми повязками. Умершего правителя предстояло перенести из дворца в приготовленную для него гробницу, сооружать которую начали еще при его жизни. Строительство гробниц для самих себя
Бат и его мать стояли перед легкими деревянными носилками, на которых лежал умерший. Читам был обряжен в самую пышную одежду – на нем была длинная холщовая рубаха, расшитая разноцветными нитками и бисером из драгоценных камней.
На правителе, которому предстояло пройти свой последний путь в земной жизни, ведущий к его гробнице, было множество украшений. В ушах отливали зеленым круглые серьги, его запястья и щиколотки были украшены круглыми бусинами из зеленого камня – нефрита, считавшегося у народа майя самым драгоценным.
Лицо Читама покрывала маска из тонких нефритовых пластин.
Маска полностью передавала черты лица правителя, в ней были даже сделаны глаза из белых раковин со зрачками из черного вулканического стекла.
Бесшумно в покои вошли воины в расшитых набедренных повязках и головных украшениях из перьев. Несколько человек, встав вокруг носилок, легко подняли их над своими головами – так они и несли их до самой гробницы.
Когда носилки с телом Читама воины вынесли из дворца, началось торжественное похоронное шествие. Сразу же за носилками шли Ичхако и Бат, а за ними – вся именитая знать Чакаля. Люди, стоящие по обе стороны улицы, хранили полное молчание. Шествие постепенно приближалось к гробнице – кубическому строению из широких каменных плит, в одной из стен которого был широкий проход с ведущими вниз ступенями.
Когда похоронная процессия поравнялась с Главным храмом, воинов, несших носилки, сменили жрецы. Они донесли тело Читама до самой гробницы, где переложили его в большой каменный ящик, стенки и крышка которого были покрыты выбитыми рисунками и письменами, повествующими о жизни Читама Балама, великого правителя Чакаля.
Мидатль зажег пому в широком глиняном сосуде, поставленном у входа в гробницу. В правую ладонь Читама жрец вложил нефритовый кубик и сказал, повернувшись к собравшимся вокруг людям:
– Это поможет ему занять высокое положение, достойное его, в царстве мертвых – он подарит его одному из Болон-ти-ку – правителей девяти подземных миров.
Затем Мидатль положил на левую ладонь умершего зеленый каменный шарик.
– А это покажет предкам, что Читам был великим правителем и мужественным воином, – произнес жрец.
Мидатль склонился над головой умершего и вложил в рот маски, покрывающей лицо правителя, нефритовую бусину.
– Отдав ее Первой Матери, давшей жизнь всем людям и богам, он сможет купить себе еду в подземном мире, – объяснил жрец.
После этого в ноги Читаму положили несколько бус из красивейших камней и раковин,
По обычаю, теперь, когда правителя достойно проводили в подземный мир, его подданные могли предаться горю. Как только плита с глухим стуком опустилась, воздух наполнился отчаянными воплями и криками. Ичхако, ни слова не проронившая на протяжении всей похоронной церемонии, пошатнулась и повернувшись к стоящему чуть позади нее Бату, попросила:
– Помоги мне уйти!
Юноша молча взял мать под локоть, и они направились в обратную сторону. Бат и Ичхако не говорили друг другу слов утешения и не высказывали своей печали и душевной боли – они прекрасно понимали друг друга без слов. Читам совершил много жестоких поступков, но, несмотря на свой суровый нрав, он никогда не позволил себе оскорбить ни жену, ни сына, и они знали, что он всегда любил их и относился к ним бережно, хотя обычно и не считал нужным показывать это, чтобы не выглядеть слабым в глазах подданных.
* * *
Когда они вернулись во дворец, Ичхако заперлась в своих покоях и никого не хотела видеть. Бат, не находя себе места, бродил по верхним ярусам дворца, переходя из одного узкого зала в другой. Сам не заметив как, он оказался в комнате отца. Сел на ступеньку у ниши в стене, у которой стояли сосуды-курительницы с зажженной помой. В нише стояла статуя бога земли – страшного чудовища, похожего на змею. Жрецы говорили: «Все живое выходит из земли, а после смерти в нее возвращается. Бог земли ведает кругом жизни и смерти.»
Из соседних покоев послышались шаги, и на пороге появился главный военачальник Чакаля, которого звали Зак-Куу-Мо – Парящий Голубой Попугай. Свое имя военачальник получил за хитрость и доблесть в сражениях с врагами Чакаля: кетцаля – попугая, майя считали птицей умной, хитрой и отважной.
– Бат Балам, завтра тебя перед народом, собравшимся перед дворцом, объявят новым ахавом – правителем Чакаля! – сообщил Зак-Куу-Мо.
– Уже завтра? – безучастно отозвался Бат, продолжая сидеть на ступеньке у статуи бога земли.
– Да, – кивнул Зак-Куу-Мо, и длинные зеленые перья на его головном украшении мелко задрожали. – Народу Чакаля нужен правитель!
Бату совсем не хотелось думать о своем получении титула правителя Чакаля. Он чувствовал невыносимую тяжесть в груди и был не в силах преодолеть охватившее его безразличие ко всему. Юноша думал о том, что ему никогда не стать таким же великим правителем, как его отец – Великий Читам Балам, который правил сорок солнечных лет и сумел внушить уважение и даже страх перед собой не только своим подданным, но и народам других земель и городов. Несколько раз враги приближались к Чакалю, но воины, предводительствуемые Читамом, всегда отражали нападения. Читам и сам водил своих воинов в другие земли и даже захватил два соседних города, заставив тамошних правителей платить Чакалю дань.