Правило Рори
Шрифт:
Инч поднял глаза и увидел напротив Найджела Сэйерса, свет падал тому в лицо, волосы на висках, тонкие и завивающиеся, и жесткие в темную медь волосы бороды, казалось, не могли принадлежать одному человеку; профиль Сэйерса достаточно зловещий – мефистофельский: крючковатый нос и выдвинутый вперед подбородок, но Рори не пришло бы в голову такое сравнение, он подумал только, что многое знал о Сэйерсе, но не представлял, как звучит его речь, а голос Найджела оказался неожиданно низким, не вяжущимся с худобой и тонкими чертами лица.
– Что вам нужно? – повторил
– Я ужинаю, – миролюбиво ответил Рори; тембр собственного голоса ему нравился, при габаритах Инча он имел право рокотать на самых низких нотах, не то что этот человек, будто вырезанный тонким резцом из слоновой кости.
– Не делайте вид, что не знаете меня. – Усталость и разочарование сквозили в каждом жесте Сэйерса, в каждом движении, усталостью полнились не только, глаза, но даже коло, вяло опущенные углы губ, съежившиеся веки, иссеченные морщинами, – все свидетельствовало о стойком недуге, о нервах, долго натянутых до предела.
– Я и не делаю вид… Найджел Сэйерс… – Рори окончательно пришел в себя, скользнул взглядом по тени трубача на голубоватом плакате и, как признак полнейшего владения собой, отметил, что ему снова хочется есть.
– Кто вы? – Сэйерс впился двумя пальцами в кон чик бороды, напоминающий хорошо промытую, высушенную колонковую кисточку.
– Неважно, – Рори заглянул в усталые глаза. – Смит, если вам угодно… или Джонс… или…
Сэйерс прервал протестующим жестом:
– Вас прислал Сидней?
– Впервые слышу, – Рори не лгал.
Сэйерс оглянулся – вошла пара подростков, пробравшись по узкому проходу меж столов, уселась в дальнем конце зала. Найджел припомнил этого толстяка и его машину – алый «бронко», заглохший прямо под окнами дома Сэйерса. «Ну и клешни у этого парня – будто отлиты из бронзы, лапищи!» Тонкая кисть самого Сэйерса лежала на скатерти, почти касаясь кулака детины, и от этой близости казалась еще более беззащитной, кричаще детской.
Инч разглядывал Сэйерса не таясь, в упор: Рори-то чего стесняться? Такие мальчики, как Сэйерс, жили вдалеке от загаженных кварталов; такие мальчики видели женщин вроде Джипси Гэммл только по телевизору, да и то думали: этих девиц, чтобы пощекотать нервы зрителям, выдумали продюсеры; такие мальчики проживали совсем другую жизнь, и Рори не винил их, не ненавидел и не симпатизировал, они были безразличны ему, как безразличны жители дальних стран, которых никогда не увидишь!
– Что вам поручил Сидней? – Сэйерс оттащил руку от кулака Инча, именно оттащил, будто рука и не принадлежала Найджелу.
– Бросьте! – Рори пожал плечами. – Не знаю ни какого Сиднея… здесь мясо отменное, вот что я вам скажу.
«Прикидывается идиотом, – Сэйерс откинулся на спинку стула, – не худшая тактика, да и я хорош – вцепился в детину, как несмышленыш в сласти, ясно, что тот не признается… Сидней – не Сидней… может, Сидней действует через подставных лиц?»
– Вы следите за мной?
Рори кивнул.
– Зачем? – Сэйерс понимал, как наивно, если не глупо звучит его вопрос.
– Так надо. – Рори щелкнул пальцами, подзывая женщину
Сэйерсу показалось, что над ним издеваются.
– Вы с ума сошли! Какое к чертям мясо?!
– А что такого? – удивился Рори. – За свое мясо заплатите сами, всех дел-то.
Сэйерс ковырнул мясо и никак не мог ответить себе, зачем выследил Рори и пришел сюда: хотел же задать громиле какие-то вопросы, что-то прояснить, нащупать…
– А если я вызову полицию?
Вместо ответа Рори обильно полил мясо соусом, время от времени макая в соусницу куски хлеба.
– Полицию! Полицию! Вы меня понимаете? – злоба захлестнула Сэйерса при виде этих мерно пережевывающих челюстей.
Инч отложил вилку, нож, сцепил пальцы в корзиночку, упер подбородок в мощные суставы:
– Вызовете полицию?.. Это интересно. И что же скажете?.. Что я ужинаю? Или что? Поясните.
Сэйерс устало улыбнулся. Глупо все безмерно, но и его можно понять, с его прошлым любой бы задергался, убедившись в слежке.
– Кто вас прислал?
– Какая разница?
«Он прав. – Найджел попробовал так же, как человек напротив, обмакнуть хлеб в соус. – И правда вкусно. Он прав, какая разница, кто прислал?»
– Вы хотите убить меня? – Сэйерс проговорил это спокойно, с въедливостью, которая, как он надеялся, досадит громиле.
– Бросьте, – Рори умял еще кусок мяса, – все помешались на убиениях. Это вот я сейчас позвоню в полицию скажу, что какой-то псих без разрешения плюхнулся за мой стол и несет околесицу. Вы же уселись за мой стол… я вас не звал, вон та подтвердит, – Рори кивнул на женщину с подносом, – вот вас-то и заберут.
Сэйерс не мог не согласиться: все верно, на всякий случай спросил:
– И что же дальше вы намерены делать?
– Ничего.
– Будете следить за мной?
– Не знаю.
– А кто знает?
– Не знаю, – Рори вытер тарелку хлебным мякишем, смачно прожевал и только тогда продолжил: – Да отвяжитесь вы от меня!
Сэйерс не хотел говорить, но не сдержался:
– Я не мальчик и смогу постоять за себя.
– Рад за вас, – кивнул Рори, сожалея, что еще одна порция не полезет. И еще Рори подумал о Сандре и о том, как редко выпадает счастье возвращаться в дом, где тебя ждут…
Сэйерс исподлобья изучал Рори Инча: «Наверное, такой может придушить голыми руками без труда, безо всякой подушки или петли, просто сломает шейные позвонки, и делу конец. Неужели рядом с таким есть женщина? Неужели она не понимает, что ей досталось животное, грубое и жестокое? А может, как раз это ее и устраивает более всего? Женщины любят, когда партнер надежен, крепок, и готовы поступиться многим ради этого… Почему костолом не уходит? Ждет, чтобы первым покинул кабак я? Или прикидывает, что мне сказать? Или ему вообще на меня плевать, он и думать забыл обо мне… Даст же бог такую рыжую проволоку вместо волос и щеки, будто надутые изнутри, а на руки лучше не смотреть».