Правильный выбор
Шрифт:
— Видишь ли, наши отцы дружили со школьной скамьи. И они решили, что было бы здорово поженить своих отпрысков. — В голосе его звучало презрение. — Отцы умерли, но идея продолжает жить.
— Соболезную, — тихо сказала Стефани.
Нет, подумала она, Рей отнюдь не убит горем. Если у этого аристократа и есть сердце, то он очень хорошо скрывает его наличие. Да, пожалуй, он самый высокомерный мужчина из тех, которых ей доводилось встречать. Но это и облегчало ее задачу — во всяком случае, Стефани больше не чувствовала за собой никакой вины. Мистера
Тут Рей взглянул на мнимую Доминик и остановился. Его неподвижность, как оказалось, раздражала сильнее, чем беспокойное хождение по комнате.
— Недавние события, а именно смерть моего деда, кажется, вновь напомнили об этой идее.
— Подобное условие в завещании — довольно странная вещь, — сказала Стефани. — Лишать внука наследства, если он не женится в течение полугода со дня его смерти — тут что-то не так!..
Стефани хорошо знала об этом пункте завещания — Доминик рассказала о причине столь поспешной помолвки.
— Лишить наследства — слишком сильно сказано! Если я не выполню условия завещания, мне просто придется передать руководство компанией кому-нибудь другому или, по крайней мере, разделить с кем-то эти обязанности.
— Ужасно! — прошептала Стефани.
Рей буквально впился в нее глазами. Она же старательно изображала саму невинность. Ведь Доминик вела бы себя именно так.
— Конечно, я мог бы нарушить это условие, — продолжал Чедвик, опускаясь в кожаное кресло с высокой спинкой, но в таком случае пострадает компания. Семья растащит ее по кусочкам. Короче говоря, проще жениться на тебе, вероятно, это обойдется дешевле. Кстати, у меня есть проект брачного договора. Хочу, чтобы ты показала его своему адвокату, — сказал он и добавил, вероятно, заметив некоторую неприязнь на ее лице: — Условия щедрые.
— Не сомневаюсь, — ответила Стефани.
Хладнокровное высокомерие мужчины! Нет, ее сестра поступила очень мудро, сбежав от Рея Чедвика. Стефани сгорала от желания сказать этому типу, что именно она думает по поводу его поведения. Ничего, очень скоро у нее появится такая возможность!
— Так почему бы тебе не жениться на Карин? Почему ты выбрал меня? — решила она все-таки спросить.
— Уже слишком поздно что-либо менять! — Несмотря на его небрежную позу, было видно, что Рей насторожился.
— Иметь щедрого мужа, который обеспечит тебе будущее… — Стефани засмеялась. — Мне просто любопытно! Кажется, она обожает тебя. Не этого ли хочет каждый мужчина? Жену, которая боготворит своего мужа?
В комнате воцарилось молчание. Стефани взглянула на Чедвика и встретила холодный хищный взгляд. Человек, развлекающий надоедливого ребенка, исчез в мгновение ока.
— Любящая жена требует к себе огромного внимания. Кроме того, я слишком люблю Карин, чтобы жениться на ней.
Стефани моргнула, воспринимая очередную обиду с растущим негодованием.
— Как прикажешь понимать твои слова? Я тебе
— Неужели это имеет какое-то значение? Я знаю тебя, Доминик. Ты для меня идеальная жена, — сказал Рей устало и, подняв руку, длинными пальцами провел по своим золотистым волосам, как бы смахивая усталость.
А ведь он не так уж и молод, подумала в эту минуту Стефани. Их взгляды встретились, но она поспешно отвела глаза. Не хватало только, чтобы Рей заметил, как она рассматривала его. Тем не менее Стефани отметила необыкновенно изящные движения Рея. Рядом с ним девушка чувствовала себя неуклюжей.
— Чтобы узнать человека, требуется время. — Стефани вспомнила, что Доминик познакомилась с Чедвиком лишь месяц тому назад.
— Я знаю о тебе все, моя дорогая. Мне известны все твои секреты. Не пугайся! Меня не так-то просто удивить, и я к тому же не стремился найти невинную девочку. Мне нужна женщина, которая была бы гостеприимной и приветливой хозяйкой и одновременно повелительницей в моем доме. Ты можешь быть и той и другой. Ты умеешь одеваться, хорошо воспитана. Надеюсь, ты будешь благоразумна и в выборе… развлечений. Уверен, Доминик, что ты ничем не огорчишь меня. — Рей явно предупреждал ее, несмотря на ласковый тон.
— Вижу, ты хорошо все обдумал, — сказала Стефани. — Но не учел одного: а что, если ты влюбишься? — Она не могла не задать этот вопрос. Влюбишься в кого-нибудь еще, кроме себя, добавила она уже молча, а вслух подытожила. — Предпринимая столь серьезный шаг, нужно смотреть на вещи реально.
— Реальность… Маловероятно, что я влюблюсь в кого-нибудь, — уверенно заявил Рей. — Под словом «кого-нибудь» я имею в виду и тебя, Доминик. Насколько я тебя знаю, ты способна удовлетворить меня в любом смысле этого слова. Так что не забивай себе голову ненужными фантазиями. — И Рей саркастически поднял темные брови.
Вечером, размышляя над событиями, происшедшими за день, Стефани решила, что ее неприязнь перешла всякие разумные границы. Она совсем забыла о своей роли — а ведь Доминик всегда с легкостью выходила из неловких ситуаций, никогда не доводя дело до конфронтации…
— Мне еще не приходилось любить, — заявила ему Стефани, сжав зубы и вздернув подбородок. — Но если я когда-нибудь влюблюсь, то только в мужчину, который будет отличаться от тебя настолько, насколько это возможно! Так что возводить тебя на пьедестал и боготворить я не стану. Это так же невероятно, как и то, что ты когда-нибудь полюбишь!
Когда ее эмоциональный накал достиг предела, Стефани неожиданно вспомнила, что должна говорить от имени сестры, а вовсе не от своего, и ужаснулась: что, если произнесенная ею тирада разрушила план Доминик…
— Я хочу сказать, что мне еще не приходилось любить по-настоящему, — поспешно добавила она, стараясь исправить допущенную оплошность.
— И это после стольких попыток, — заметил Рей, не скрывая иронии.
Стефани покраснела. Оказывается, он знал о ее сестре гораздо больше, чем она сама.