Правильный выбор
Шрифт:
— Нет, его здесь нет, — нарочито удивленно сказала она. — Ума не приложу, куда он делся!
— Если тебе очень хочется быть с ним, можешь себе это позволить. — На лице Рея было написано полное безразличие. Пыль и песок, покрывавшие его, делали Рея похожим на каменную статую.
— Ты приехал сюда, чтобы сказать мне это? — спросила Стефани. Ему даже не хочется отвоевывать жену, подумала она. Для него это слишком хлопотно! — Как ты великодушен!
— Да, я великодушен. Ты сама сказала, что ненавидишь меня… Пола
— Н-не понимаю, — сказала Стефани, запинаясь. — Почему убежала Пола? Она ведь любила тебя! — Голова ее шла кругом.
— Да, вначале так и было, — согласился Рей. — Я женился на ней, потому что мне льстило ее обожание. К тому же я хотел угодить семье. Я ведь ни разу не сделал ничего, что бы они одобрили. Я всегда был отщепенцем. — Он усмехнулся. — Но женитьба была ошибкой. Пола относилась ко мне гораздо лучше, чем я к ней, она любила меня, а я ее — нет. Со временем она стала все больше и больше раздражать меня и в конце концов вызвала откровенную неприязнь, — признался он. — Пола изо всех сил старалась поддерживать семейную жизнь, но я был ей слишком плохим помощником. Когда она окончательно поняла, насколько непрочен наш брак, ей захотелось обзавестись детьми. Она умоляла меня. Она была убеждена, что они помирят нас. Но даже этого я ей не дал! — Голос его был мрачен. — Я сказал ей, что дети не помогут скрепить шаткие основы нашего союза.
Стефани смотрела на Рея с состраданием. Он открылся ей, доверил свои самые сокровенные мысли!
— Но хуже всего было то, что я остался безразличен к ней даже тогда, когда она стала искать любовь на стороне. Я почувствовал даже некоторое облегчение. Но когда она попросила меня о разводе, я отказал ей. Я расценил это как поражение, что для меня абсолютно неприемлемо. Я не признаю поражений. Хотя готовился к подобной минуте и ожидал, что рано или поздно мне придется капитулировать, но… — Его голос затих.
В глазах Стефани заблестели слезы.
— …Произошла авиакатастрофа…
Рей кивнул.
— Она была с любовником. Они оба погибли. — Он резким движением остановил Стефани, когда она сделала шаг к нему.
— Но, Рей, это была не твоя вина!
— Вся история человечества доказывает, что люди не способны учиться на своих ошибках. И мое поведение — тому подтверждение. Я женился на тебе из своих собственных, эгоистичных побуждений, а теперь заставляю
— Не лучше ли было бы вначале спросить меня, хочу ли я быть с ним? — спросила она серьезно. — Или хочет ли он быть со мной?
— Конечно, хочет, — резко ответил Рей с видом человека, уже пожалевшего о своей щедрости.
— А ты не хочешь…
— Я сказал: ты можешь выбирать!
Да, она сделает свой выбор!
— Ты заявил, что я могу остаться с Эрихом. Но я никогда не говорила, что стремлюсь к этому.
Он застыл, не сводя с нее глаз.
— Ты говоришь, что не хочешь его?
— Видишь ли, он женат.
Напряжение Рея достигло предела, и он выругался.
— Ты знала, что он женат? Может, он обещал, что разведется, и ты поверила ему? — Его глаза лихорадочно блестели на побледневшем, осунувшемся лице. — Я убью его. Если он еще раз подойдет к тебе, я… Как ты могла тратить пыл своей души на подобного человека!
— Моей матери не понравится, если ты убьешь Эриха.
— Какого черта! При чем здесь твоя мать?
— Ей не идет черный цвет, и, если ты заставишь ее надеть траур, она никогда не простит тебе этого.
— О чем ты говоришь? — Рей схватил Стефани за руки, но она лишь слабо улыбнулась и продолжила:
— Видишь ли, мама считает, что он придает ей болезненный вид.
В глазах Рея горело нетерпение, когда он встряхнул Стефани.
— Какое отношение твоя мать имеет к Стокману? И прошу тебя, оставь свои загадки.
Он мог бы этого и не говорить. Она действительно зашла слишком далеко.
— В начале недели Стокман женился на матери. Теперь он мой отчим.
Рей выпустил ее из рук, как будто обжегся.
— Правда?!
— Зачем мне тебя обманывать?
— Почему же ты мне сразу не сказала?! — взорвался он. — Ты можешь себе представить, что я почувствовал, когда вошел… — Он провел рукой по своему лицу, как будто стирая из памяти сцену, стоявшую перед его мысленным взором.
— А зачем мне было говорить? Ты с радостью осудил меня, ты вообще не хотел меня слушать. — Стефани вдруг перешла на шепот: — Что случилось, Рей? Ты огорчен, что от меня не так-то просто отделаться?
— Так почему же ты тогда убежала, если не было никакого любовника?
Она отвела глаза от его слишком взволнованного лица.
— Карин… Ты провел с ней ночь.
— И ты ей поверила?
— Хочешь сказать, что все это неправда? — спросила она, вглядываясь в его лицо.
Ей так хотелось верить Рею, хотелось верить, что она не ослышалась. Но она боялась, что принимает желаемое за действительное.
— Карин — ребенок. Я знаю, ты не очень высокого мнения о моей совести, но…