Правильный пацан

Донской Сергей Георгиевич

– Его посадят? – быстро спросила Тамара и, сделав несколько шагов вперед, вцепилась в драную футболку мужа. – Если так, то и меня забирайте.

– Все равно его не брошу, потому что он хороший, – прокомментировал ухмыляющийся Неелов. – Ты, Роднина, как маленькая девочка, оберегающая любимую игрушку от нехороших дядь.

Находись перед ним и в самом деле маленькая девочка, она непременно взвизгнула бы и бросилась наутек. Слишком уж жутко смотрелась улыбка на распухшем нееловском лице. Но Тамара не двинулась с места. За последнее время ей довелось повидать вещи пострашнее,

чем оскал избитого эфэсбэшника.

– Если твой муж не нарушал Уголовный кодекс, то завтра к вечеру он будет дома, – сказал Ластовец. – Слово офицера.

Тактично отвернувшись от обнявшихся на прощание супругов, Неелов побарабанил пальцами по крыше автомобиля и окликнул Риту:

– Давай-ка сюда гранату, только осторожненько… осторожненько… Надоело мне с огнем играть, честное слово. Торчим тут, как на пороховой бочке…

– Я уже пальцев совсем не чувствую, – пискнула Рита, разминая занемевшие суставы.

– Теперь ты, ковбой, – Неелов требовательно уставился на Сергея.

Поколебавшись, тот достал из заднего кармана гранатную чеку и бросил ее эфэсбэшнику. Дождавшись, пока тот вставит ее на место, поинтересовался у полковника:

– Так вы нас отпускаете?

– Как волка ни корми, а он все равно в лес смотрит, – туманно ответил Ластовец.

– А поконкретней можно?

Ластовец сделал вид, что ничего не слышит и не замечает устремленных на него со всех сторон взглядов. Связавшись по рации с оцеплением, дал отбой, велел подогнать во двор еще один автомобиль.

Жильцы близлежащих домов, вот уже добрых полчаса наблюдающие за сценой во дворе, в очередной раз прильнули к своим окнам и разочарованно вздохнули. Ни тебе потасовок, ни выстрелов. Просто часть людей, собравшихся внизу, села в подъехавшую иномарку и укатила неведомо куда. Пятеро, правда, остались на месте, но пистолетами уже никто никому не угрожал, а граната, о которой так много говорили, так и не взорвалась. Скукота. Тоска зеленая.

Ластовец бросил взгляд на часы, потом на арку, из которой в любой момент могла появиться съемочная бригада телевизионных новостей, и распорядился:

– Нам тоже пора. Все в машину. Мы со старшим лейтенантом садимся впереди, остальные занимают места сзади. Вопросы есть? – Заглянув в глаза всем троим молодым людям поочередно, Ластовец удовлетворенно кивнул. – Вопросы, разумеется, есть, но ответы на них вы получите по пути.

– Значит, вы нас все-таки арестовываете? – пролепетала Рита. – Значит, вы нас обманули?

– Разве я вам что-то обещал? – удивился Ластовец. – Тебе… тебе… или тебе? – тыча пальцем в грудь Риты, Сергея и Тамары, он не забывал приподнимать брови. – Нет? Тогда поехали, молодые люди. И пожалуйста, – он многозначительно посмотрел на Сергея, – не надо устраивать никаких выпрыгиваний на ходу и прочих драматических жестов в этом роде. У нас тут не профсоюз каскадеров… Все, рассаживаемся по местам, скоренько, скоренько!

Ластовец захлопал было в ладоши, но тут же досадливо поморщился и опустил руки. Вылитый воспитатель детсада, зазывающий питомцев на прогулку. Стыд и срам.

4

«Волга»

несколько раз покачнулась, принимая внутрь пятерых пассажиров. Захлопали невпопад дверцы, зафырчал двигатель.

– Куда? – спросил Неелов, взявшись за руль. Он смотрел не на начальника, а прямо перед собой и уже не улыбался.

– Об этом у наших детишек надо бы спросить, – буркнул Ластовец. – Хотя правды они все равно не скажут. Молодогвардейцы хреновы выискались на мою голову.

Неелов недоуменно покосился на шефа, но промолчал.

Машина выехала из двора и запетляла по арбатским переулочкам, выхватывая фарами фрагменты ночного пейзажа. Чахлые кусты, вытоптанные газоны, обшарпанные стены. Ничего такого, чем можно было бы любоваться. Никто по сторонам и не глядел. Всеобщее внимание было по-прежнему сосредоточено на Ластовце.

Ощущая на своем затылке неотрывные взгляды троих пассажиров, он, не оборачиваясь, бросил через плечо:

– Никто вас на Лубянку не везет, расслабьтесь. Просто от прессы вас велено держать подальше, вот и все тайны мадридского двора.

Повеселевший Неелов прибавил газу так резко, что всех сидевших в машине швырнуло на спинки сидений.

– Домой пока больше не ходите, – продолжал инструктаж Ластовец. – Носа на улицу не высовывайте, а то, чего доброго, в милицию загребут, доставай потом вас оттуда… – Он озабоченно засопел. – Завтра я позвоню вам сам и скажу, что делать дальше. Продиктуй номер своего мобильника, Леднев.

Сергей, не колеблясь ни секунды, назвал требуемые цифры. Вид у него был слегка ошарашенный. Как будто его похитили инопланетяне, а потом вдруг решили отпустить на свободу.

– А зачем вы записываете? – удивилась Рита, просунувшая свою любопытную мордашку между спинками передних сидений. – Я слышала, что у сотрудников ФСБ все важные сведения хранятся в голове. Если вы не доверяете своей памяти, то ее нужно тренировать. Есть очень эффективные методики…

Ластовец даже крякнул от досады. Он давно отвык слушать критические замечания в свой адрес. А тут какая-то пигалица лезет с советами. Цирк, да и только, вот уж действительно. Причем бесплатный.

Но полковник ФСБ – не клоун, у него есть дела поважнее, чем развлекать юных зрителей. И Ластовец, сведя брови к переносице, распорядился:

– Притормози, лейтенант. Нам дальше не по пути.

Стало тихо, если не считать шума работающего на холостых оборотах двигателя и дыхания пятерых человек, не знающих, что еще сказать друг другу.

Первым нарушил молчание Сергей.

– И что дальше? – спросил он.

– Это не от меня зависит, – буркнул Ластовец. – Может, благодарность получу. А может, клубнику отправлюсь выращивать. Жаль, правда, дачи у меня пока нет. Не обзавелся. Кто знал, что мне такая веселая компания повстречается?.. – Вспомнив, что у него за спиной находятся люди, которым после выпавших на их долю испытаний не до веселья, полковник осекся и сказал совсем другим тоном: – Гм, в общем, пока свободны, ребята. Если в своем кресле усижу – помогу, чем смогу. Нет – не обессудьте.