Правильный пацан

Донской Сергей Георгиевич

Женя угрюмо промолчал, но на всякий случай бросил взгляд вниз и даже потрогал рукой промежность под халатом.

В этот момент его скулу и достал кулак Виталия – не то чтобы сильно или точно, но достаточно хлестко.

– Оставь эти дворянские замашки, – оттолкнул свояка Сергей. – Не по-мужски как-то – пленных мордовать.

– А жен чужих трахать? – запальчиво спросил Виталий.

– Вот это, к сожалению, наипервейшее мужское занятие, – буркнул Сергей. – Так что не бери дурного в голову, родственник. Ты тоже когда-нибудь на чьей-нибудь ненаглядной

отыграешься.

– Пусть только попробует, – произнесла Тамара многообещающим тоном. Прекратив сокрушаться по поводу своего промокшего платья, она сверкнула глазами на брата, посмевшего давать столь сомнительные советы ее мужу.

– О… – слабо простонал Клим, лежавший в луже воды на полу. Она была лишь слегка розоватой – крепкая бандитская голова уцелела, и кровь сочилась лишь из небольших порезов, причиненных осколками. Водоросли облепили череп Клима, как парик не лучшего качества, но зато весьма экстравагантного цвета.

– С ними дядька Черномор, – продекламировал Сергей.

– Подох, кажется, – заметил Виталий, осторожно трогая ногой валяющегося вверх пузом тритона.

– Такие гады сами почему-то не подыхают. Их сначала обязательно убить надо.

– К гадам всякие там змеи относятся, а это всего лишь безобидное земноводное. – Покопавшись в памяти, Виталий добавил: – Семейство саламандр.

– Ты о нашем ворошиловском стрелке? – изумился Сергей.

– На него мне как раз начхать. Тритона жалко…

Тамара, незаметно выскользнувшая из комнаты, возвратилась из ванной с заметно повеселевшим лицом и неожиданным предложением:

– Скажи им, пусть расписку отдадут, братик. Я, между прочим, за ней и явилась.

– Слышал? – оживившийся Сергей направил пистолет на Женю и предупредил: – Оружие ваше, жилплощадь – тоже. Прихлопнем обоих и смоемся. Милиционеры спишут случившееся на последствия пьянки. Обычная бытовуха. Собутыльники не поделили водку и начали выяснять отношения. Такое сейчас кругом происходит.

– Размечтался, – проворчал хозяин квартиры. – У Клима, если хочешь знать, родной дядька сам мент, замначальника оперативного отдела. Тамара с ним знакома. Шумихин его фамилия. Так что ничего, кроме неприятностей, вам тут не обломится. Зря стараетесь.

– Гони расписку, – потребовал Сергей, скрывая охватившую его растерянность. Устраивать пальбу в квартире, после того как все соседи слышали доносящийся отсюда шум, было равносильно самоубийству. Самые бдительные жильцы уже наверняка заняли свои наблюдательные посты у дверных «глазков», возле окон, на балконах. Очень может быть, что и блюстителей правопорядка успели вызвать. В таком случае Сергею и его спутникам можно будет много чего предъявить: насильственное проникновение в чужую квартиру, избиение ее хозяев, вымогательство и даже покушение на убийство. С таким букетом обвинений недолго гулять на свободе, особенно если за дело возьмутся менты, опекающие бригаду.

Женя словно прочитал мысли Сергея. Еще не отваживаясь высокомерно улыбаться, но уже с нотками превосходства в голосе он заявил:

– Расписка

находится в милиции, там же, где дело гражданки Родниной. – Он покосился на Тамару. – Остальное сами додумаете, не маленькие. Говорю же, влипли вы окончательно, искатели приключений. Долг ваш удваивается, а с сегодняшнего дня включается счетчик. Вот так-то.

– Ну-ка, выматывайтесь, – велел Сергей своим притихшим спутникам. – Во дворе задержитесь и станьте так, чтобы вас отовсюду было хорошо видно, когда прозвучат выстрелы.

– Зачем? – насторожился Виталий.

– Алиби себе обеспечите, вот зачем. Ну, ступайте, живо!

– Что ты задумал? – всполошилась Тамара.

– Я собираюсь пристрелить этого поганца, – просто ответил Сергей. – Еще не хватало, чтобы мне диктовал условия какой-то альфонс в мокрых трусах!

Тамара, которой вообще пришлось тайком избавиться от этой детали туалета, слегка покраснела, но решительно топнула ногой:

– Тебя же посадят, глупый! Ты хочешь попасть за решетку за убийство какого-то подонка?

– Ну не за убийство же порядочного человека!

Всмотревшись в глаза противника, Женя не увидел там ни малейшего намека на блеф или неуверенность. Злобы и ярости во взгляде Сергея тоже не наблюдалось. Только ледяное спокойствие.

Женя и сам не заметил, как подогнулись его ноги. Просто еще секунду назад он стоял перед противником во весь рост, а теперь рухнул на колени и говорил, говорил, говорил, спеша опередить пулю, готовую вылететь из направленного на него ствола:

– Ты что!.. Не надо!.. Я не при делах, всем Шумихин с Березюком заправляют… С ними надо вопросы решать, не со мной…

– Заткнись, ты! Не язык, а помело!.. Тьфу!

Презрительная реплика принадлежала Климу, который тяжело завозился на мокром полу, припоминая, как следует действовать конечностями, когда хочешь встать или хотя бы сесть. Он сплюнул комок водорослей. По всему было заметно, что трюк с аквариумом произвел на него гораздо более сильное впечатление, чем летающая бутылка. Неизгладимое.

– Кончайте эти терки, – попросил он, на ощупь знакомясь с изменившимся рельефом собственного черепа. – Проехали. Будем считать, что квиты.

– Значит, долг списывается? – уточнил Сергей.

– Ну ты фантазер, в натуре! С каких таких делов тебе кто-то тридцать две штуки баксов прощать станет?

Клим снова сплюнул, и опять его слюна оказалась грязно-зеленой, как будто он не от обморока очнулся, а вынырнул из трясины.

Вот уж болото так болото! Он проклинал тот день и час, когда решил расслабиться у Жени на хате, поставив себя на одну доску с этим трусливым фраерком. Дядя у Клима был еще более строгих правил, чем тот, пушкинский, который не в шутку занемог. Стоит Шумихину с Березюком прознать, как их подопечные порезвились на пару, и последствия могут оказаться самыми неожиданными. Вплоть до строгого выговора с занесением во внутренние органы. Посмертно. Последствия, не совместимые с жизнью, образно выражаясь.