Правила

Кейд Стэйси

Я нажала быстрый набор номера отца, не обращая внимания на громкий звук недовольства Дженны, и повернулась спиной к ней и технику из «GTX».

Пока на другом конце звонил телефон, я заставила себя сфокусироваться и сложить части вместе. Камеры означали наблюдение. Мой отец сказал, что они активизировали мои поиски. Тот факт, что они установили камеры тут, в моей школе… это означает, что они взяли это место за точку отсчета. Это плохо. Несказанно плохо. Я почти могла почувствовать, как доктор Джейкобс

смотрит на меня. Но они не знали, кого они ищут; они не могли знать, или иначе бы, они не возились с камерами. Они бы просто прислали команду, чтобы забрать меня.

Я опустила свою защиту и сфокусировалась на мыслях техника, в пятнадцати футах позади себя. Он не казался заинтересованным во мне….и не был.

Боже, эта еда воняет.

Интересно, что Мариелла выбрала.

Вспышка — улыбающаяся темноволосая женщина, с коричневым пакетом для обеда в ее руке.

Не думаю, что мне удастся поесть в ближайшее время.

Следующая вспышка, на этот раз кусок бумаги со словами СРОЧНО, ПОРЯДОК ОЧЕРЕДНОСТИ напечатано поперек нее.

Еще десять камер после нее.

Им не следовало записывать всех на один и тот же день.

Мне все равно, кто подписал приказ.

— Ариана? — голос моего отца в телефоне, вытянул меня из мыслей техника.

— Привет, пап. — Слова прозвучали натянуто и неестественно. — Звоню, как ты и просил. — Это было выдумкой, но лучше чем позволить кому-то, кто мог, наблюдая подумать, что у меня есть другая причина для звонка.

За собой, я услышала раздраженный фыркающий звук Дженны, и когда я посмотрела на нее, она уже исчезла через двойные двери столовой. Очевидно, для нее уйти в одиночку было лучше, чем опоздать.

— Все в порядке? — Он звучал встревоженно, но осторожно.

— Конечно, все в порядке. Ох, кажется, мы получили новую систему безопасности здесь, камеры повсюду. Ты знал об этом?

Молчание повисло на другом конце телефона, и мой живот резко наполнился тяжестью. Он не знал.

— У меня сегодня назначена встреча с зубным врачом? — настояла я. Поход к зубному было кодом для того, чтобы немедленно уходить. Телефонные разговоры было слишком легко отследить.

— Нет, — наконец говорит он. — Я так не думаю. Если только… твой зуб беспокоит тебя.

У меня ушла секунда, чтобы понять, что он имеет в виду. Беги — если чувствуешь угрозу. Ну что ж, легче сказать, чем сделать. Я всегда чувствовала, на некотором уровне угрозу, и присутствие «GTX» в моем ближайшем окружении абсолютно не помогло.

— Не сейчас, — сказала я.

— Позволь мне проверить запись у зубного, и подожди, пока

я снова не свяжусь с тобой. Если я не перезвоню, продолжай все как задумала.

Я поморщилась. Даже я знала, что это не похоже на то, как «обычно» разговаривал отец.

Он помолчал.

— Я имею в виду, приходи домой и делай уроки.

— Понятно, хорошо.

Он повесил трубку прежде, чем я успела сказать «пока», и хоть, обычно разговор с ним успокаивал меня, на этот раз тут было слишком много пробелов, слишком много пауз.

Он должен был знать, что здесь происходит. У него были источники в «GTX» для такого рода ситуаций. Если только «GTX» не скрывали вещи больше обычного. Это могло означать, что они думали, что были близки ко мне. Или, может быть кто-то, наконец, догадался, что у нас был там свой человек. Мой отец мог быть под подозрением.

Я не могла стряхнуть ощущения страха, ползущего по мне. «GTX» наступали мне на пятки. Единственный вопрос заключался в том, сколько у них уйдет времени, чтобы выследить меня.

Взглянув на камеру за собой и на техника, суетящегося с ней, я должна была догадаться, что это ненадолго.

Неотложность пульсировала во мне. Я должна найти способ остановить свои небольшие вспышки силы и вернуть контроль. У моего отца была теория, что терпение и практика, в конце концов, сработают. Но я не могла больше ждать.

Мне нужно придумать что-то еще. Но что? Если бы у меня были другие идеи, я бы уже давно испробовала их.

Я могла почувствовать, как отчаяние распухает в моей груди, угрожая остановить дыхание.

Звонок, ознаменовавший официальный конец ланча, напугал меня. Я заставила себя медленно втянуть воздух.

Думай, просто думай. Но шум из столовой — и в ушах, и в голове — делает это невозможным. Стоять здесь в коридоре, обдумывая все это, прямо в потоке движения, в десяти футах от сотрудника из «GTX» было не очень умно. Лучше догнать Дженну, взять еду и спрятаться с ней в библиотеке, где я смогу слышать собственные мысли.

Я засунула свой телефон в карман, и направилась в столовую, но прежде, чем я прошла половину расстояния, громкий треск послышался изнутри, следом за ним пронзительный визг.

Дженна.

Я побежала к дверям. Ее отчаяние чувствовалось громко и отчетливо, но ее мысли были слишком спутаны, и я не могла увидеть ясную картину произошедшего.

Я остановилась на пороге, и сцена замерла передо мной, как своего рода живописная картина или диорама, озаглавленная «Травма в Обеденной Очереди».

Дженна была на полу, напротив салатного прилавка, салат-латук из пластикового контейнера валялся вокруг нее. Разбитая бутылка сверкала оранжево-розовой лужей сока. Лицо Дженны пылало, и ее руки были подняты, будто она пыталась защитить себя.