Правила флирта
Шрифт:
— Девор сломал замок таким образом, чтобы он казался целым после того, как он закрыл за собой окно, уходя.
— Вижу.
— Ладно, у меня есть вопрос.
— Давай.
— Зачем Девор проник в дом, если Данте собирался лично подменить табличку?
— А вот это, мой милый, вопрос на миллион долларов, — отозвалась она, выйдя из кладовки. — Ладно, представим, что мы — это Этьен. По чертежам дома мы знаем, где находится галерея. Нам также известно, что камера в хранилище выключена и что через окно проникнуть в дом безопаснее всего.
— Итак, мы поднимаемся по черной лестнице
Саманта продолжала идти вперед.
— Мы подходим к двери. С замком можно особо не церемониться, потому что все равно через пару минут он взлетит на воздух. — Дверь свисала на одной петле, но Саманта осторожно отодвинула ее и вошла внутрь. — Раз мы знаем, что сигнализация отключена, — продолжала она, — мы хватаем табличку и покидаем комнату, закрыв за собой дверь.
— Зачем?
— Думаю, он хотел, чтобы со стороны галереи все выглядело нетронутым. Если бы Прентисс, например, увидел открытую дверь, он мог бы заглянуть в комнату, а потом вернуться тем же путем, не нарвавшись на бомбу.
Ричард с минуту молча смотрел на Саманту.
— Значит, мишенью был Прентисс?
Она опустилась на корточки возле стены, как будто чтобы установить взрывное устройство.
— Я так не думаю.
— А что ты думаешь?
— Вот в этом я как раз и сомневаюсь. — Она вытерла руки о шорты и встала, не отрывая глаз от дыры в стене, где раньше была бомба. — Приготовься выслушать совершенно нелепую версию.
— У меня такое чувство, что самая нелепая версия и окажется самой точной. А как быть с охранниками? Данте ведь не мог отключить их.
— Они совершают обход каждые пятнадцать минут. Этьен знал об этом, как, впрочем, и я.
— То есть Партино и Девор работали вместе?
— Не думаю. Мне кажется, Этьен был в курсе, что Партино собирается выключить внутреннюю сигнализацию. Только, по-моему, Партино не знал, что в дом хочет наведаться Девор.
Пытаясь переварить полученную информацию, Ричард вскинул голову и посмотрел в направлении выхода из галереи.
— Но мы уверены, что внутреннюю сигнализацию и камеры выключил именно Партино?
— Да, потому что он сделал то же самое, когда устанавливал гранаты и подкладывал мне фальшивую табличку. — Саманта неожиданно сделала шаг вперед. — Давай представим на минутку, что мы — это Партино.
Саманта спустилась вниз по лестнице, но пошла не в офис менеджера поместья, а в его маленькую комнатку.
— Если он засиживался допоздна, то ночевал здесь, верно?
— Да.
— Принимая во внимание то, что он регулярно осуществлял подмену предметов искусства, у Партино должен иметься свободный доступ к сигнализациям. — На ее лице появилось крайне озабоченное выражение. — Или же Кларк с ним заодно. Причем я говорю не только о троянской табличке, а о ценностях на сумму в пятьдесят миллионов долларов, которые покинули Солано-Дорадо с его помощью.
— Интересная теория, — мрачно проговорил Рик.
— Но только не для настоящего случая. — Открыв дверь в комнату Партино с той же легкостью, с которой ранее справилась с дверью кладовки,
— Не знаю. Честно говоря, я не особо интересуюсь дизайном комнат моих сотрудников.
— Даже в комнатах для гостей есть на что взглянуть. Странно, что у человека, который занимается покупкой и описью предметов искусства, нет ничего, кроме нескольких плакатов и псевдовикторианского кувшина.
Ричард кивнул.
— Зато, если бы отсюда пропало что-нибудь ценное, он был бы главным подозреваемым.
— По нашей версии он и так главный подозреваемый. Ладно, допустим, мы выключили сигнализацию и забрали отсюда фальшивую табличку, чтобы положить ее на место настоящей. Мы сообщили… нашему брокеру, в какой день и в какое время табличка будет у нас, а наш брокер или даже сам покупатель, в свою очередь, рассказал Этьену или тому, кто его нанял.
— Откуда мы знаем, что он это сделал?
— Судя по тому, каким образом Этьен пробрался в дом, он знал, что сигнализация будет отключена.
— Верно. Продолжай.
— Табличку ждут брокер с покупателем, а через неделю она должна отбыть в Лондон, так что независимо от того, знал Партино, что ты вернешься из Штутгарта раньше, или нет, он должен был осуществить подмену. Этьен явно не знал, что ты будешь дома, но его это мало волновало. Данте приступает к делу и оставляет включенной радиосвязь охраны, то ли из чистой паранойи, то ли для того, чтобы Кларк мог предупредить его об опасности. Может, он, как и ты, слышал, как Прентисс сообщал по рации, что обнаружил взломщика. Он пугается, возвращается к себе и включает сигнализацию, чтобы никто не заподозрил, что это было сделано изнутри.
— Потом все взрывается, табличка исчезает, а у него на руках остается подделка.
— Да. Только ты упустил из виду одну деталь. — Саманта остановилась на лестничной площадке у входа в галерею. — Если бы я не проникла в дом и если бы тебя тоже не было, на бомбу нарвался бы именно он.
Ричард изумленно уставился на девушку. В ее устах все выглядело вполне логично.
— То есть убить хотели Данте.
— Может быть, точно не уверена.
— Но зачем? — удивился Ричард. — Зачем кому-то понадобилось нанимать Девора, чтобы украсть табличку и убить Партино, если Партино все равно хотел забрать табличку? Из того, что ты сказала, я могу заключить, что инструкции им обоим давал один и тот же человек.
— В этом я как раз не уверена. И еще вопрос: кому понадобилось, чтобы и я приняла участие в этой заварушке?
Ее не просто наняли для кражи. Ее намеренно бросили в эпицентр чьей-то разборки, не удосужившись объяснить, в чем будет заключаться ее роль. Ричард нервно сглотнул. Саманте Джеллико несказанно повезло. И хотя он никогда не встречался с Шоном О'Ханноном, если этот человек знал подробности дела, то даже хорошо, что он убит.
— А О'Ханнон мог так сделать? — спросил он. — Он мог нанять вас троих для одной и той же работы?