Правдивый лжец

Стил Джессика

Однако по каким-то техническим причинам вылет из Лондона задержался. Элин оставалось только надеяться, что кто-нибудь позвонит в аэропорт и уточнит время прибытия, прежде чем ее поедут встречать.

Ее беспокоило, что человеку придется долго ожидать ее в аэропорту. Но в самолете мысли Элин постепенно возвращались к ее работодателю. Элин не хотела думать о нем и все равно думала. Она упорно смотрела в окно, но скоро отвлеклась от темнеющего неба за бортом, потому что из головы у нее не выходил синьор Дзапелли. Она пыталась сосредоточиться на еде, но вновь ловила себя на том,

что гадает, стал бы он отправлять ее в Италию для повышения квалификации, если бы в самом деле подозревал в краже. Послал бы он ее в Италию, где находилось основное производство, если бы допускал возможность чего-то вроде промышленного шпионажа с ее стороны?

Раздраженная Элин отодвинула поднос с едой и откинулась в кресле. Дался тебе этот человек, возмутилась она и принялась наблюдать, как быстро и точно работает стюардесса. Элин вспомнила обещание Максимилиана Дзапелли держать ее у себя перед глазами. И тут же все встало на свое место. Действительно, ее знания в компьютерной области требуют обновления, но основной причиной командировки является, конечно, то, что Максимилиан Дзапелли не хочет выпускать ее из поля зрения! Отсюда прояснялся и другой вопрос: допустил бы к Дзапелли на свое веронское предприятие, считая воровкой? Еще как допустил бы!

Каков джентльмен, кипела Элин, не желая смириться с мыслью, что она все еще под подозрением. Если бы она была независима и могла сказать ему все, что о нем думает!

Но независимости у нее нет, и ей нужна работа, ее страх перед неоплаченными счетами коренился в тех временах, когда отец еще не покинул их навсегда и они с матерью едва сводили концы с концами. Может быть, примешивалось чувство долга перед Сэмом Пиллингером, который вытащил их из этого существования. Так или иначе, опасность оказаться неплатежеспособной ужасно пугала Элин. А значит, пока Пиллингеры не оправятся после закрытия фирмы и не согласятся поискать для себя оплачиваемое занятие, Элин придется цепляться за место у Дзапелли.

Логичная мысль, что и ее работодатели могут просто отказаться от ее услуг, почувствовав, что больше в них не нуждаются, вылетела у Элин из головы, когда пилот, покружив над Вероной, объявил, что из-за тумана посадка будет произведена в другом аэропорту.

Господи, перепугалась Элин, и что же ей теперь делать? Ее встречают в Вероне, а самолет сядет неизвестно где! Пилот назвал город, но она не запомнила.

Самолет пошел на посадку довольно скоро. Однако, прибавив час, чтобы получить итальянское время, Элин поняла, что офис Дзапелли в Вероне давно закрыт.

Элин прошла паспортный контроль и таможню, готовясь к самому худшему. Но, направляясь с багажом к выходу, сообразила, что посланный встречать ее в Вероне мог передать что-нибудь по телефону в этот аэропорт.

Она остановилась, опустила на пол чемодан и дорожную сумку, придвинула багаж поближе, чтобы никто не споткнулся о него. Потом осмотрелась в поисках справочного стола или, может быть, какого-нибудь симпатичного служащего, который мог бы помочь ей.

И вдруг райской музыкой для нее прозвучал голос, который Элин узнала бы из тысячи. Обольстительный голос произнес магические слова:

– Привет,

Элин!

Она мгновенно обернулась со странным чувством счастья, пронзившим ее до кончиков пальцев на ногах, и улыбка осветила ее лицо.

– О, привет, – произнесла она хрипло.

Она стояла и глупо улыбалась, а Макс Дзапелли молча пожирал взглядом ее фигуру, ее зеленые глаза, ее изысканно очерченный рот. Потом, не отрывая взгляда от ее сияющего лица, он спокойно заключил:

– Вы очень красивы, Элин Толбот.

– Хм! – вырвалось у нее.

Комплимент был столь неожиданным, что Элин просто не знала, что ответить.

– Улыбка от облегчения, что вас не оставили здесь одну, сделала вас неотразимой, – пояснил он и в следующее мгновение уже поднимал ее чемодан и сумку, приказывая: – Поторопитесь, я оставил машину в неположенном месте.

Несколько смущенная, Элин поспешила за ним. Он и сам был настоящее искушение, но Элин скорее откусила бы себе язык, чем призналась бы в этом вслух. Уже сидя рядом с ним в мощном «феррари», Элин поняла, как сильно была напугана своим беспомощным положением там, в аэропорту. В последнюю встречу с Дзапелли – всего лишь вчера – Элин хотелось раскроить ему череп, а сегодня она улыбалась итальянцу, как слабоумная… Она наблюдала, как он уверенно лавирует в потоке машин, но, лишь когда их «феррари» остановился у въезда на платную автостраду, достаточно овладела собой, чтобы выразить благодарность.

– Я очень признательна вам за то, что вы приехали, – стараясь сохранить сдержанность, проговорила она. Он посмотрел в ее сторону, и она вежливо добавила: – Спасибо.

Он отвел глаза, прибавил скорость и, уже мчась по шоссе, объяснил:

– Мой дом находится на полпути между Вероной и Бергамо. Я был в дороге, когда Фелиция связалась со мной по телефону в машине и сообщила, что ваш самолет сядет в бергамском аэропорту. – Дзапелли бросил быстрый взгляд в ее сторону, по-прежнему сосредоточенный на дороге. – Я был как раз на полпути к Бергамо, – он пожал плечами, – и сказал Фелиции, чтобы она отозвала шофера, потому что встречу вас сам.

– Что ж, спасибо еще раз, – пробормотала Элин. Она вовсе не думала, что он будет ждать ее в Вероне. Откуда же это разочарование при сообщении о том, что Дзапелли не собирался встречать ее? – Надеюсь, я не доставила вам слишком больших неудобств, – добавила она, скорее благовоспитанно, чем искренне.

Господи, почему она должна благодарить человека, который подозревает ее в воровстве!

– Никаких неудобств… – учтиво отозвался он. – Этим вечером мое свидание назначено на позднее время.

Свинья, выругалась она про себя и переключилась на вид за окном. Зачем было брать зимние сапоги? Снега здесь нет и в помине!

Зато внезапно они оказались в тумане. Элин растерялась. Но этого нельзя было сказать о Максе Дзапелли – при всей своей неприязни к нему она не могла не восхититься его реакцией, когда он мгновенно сбросил скорость. Впрочем, она сохраняла молчание, предоставляя ему возможность целиком сосредоточиться на дороге, чтобы добраться до Вероны без происшествий. Что, несмотря на туман, ему и удалось сделать всего за час.