Правдивые истории

Ли Галина Викторовна

Эльфы снова переглянулась, и я догадалась: беременность она переносила плохо.

— Однажды, поругавшись с твоим отцом, она заявила, что не желает, чтобы ее ребенок родился эльфом, потому, что все эльфы зануды. Твой отец не нашел ничего умнее, как сказать, что у тебя не будет выбора, — Селливен усмехнулся, — Твоя мама очень рассердилась.

Илваритель кивнул и уточнил:

— Она сказала — 'посмотрим', и у тебя появился первый шанс родиться за пределами леса Венеллы. Она была очень сильной волшебницей.

—

А когда появились остальные? — полюбопытствовала я.

Селливен вздохнул:

— Они ссорились во время ее беременности еще четыре раза.

— Что дальше?

— Ты родилась, выросла, влюбилась и почти выбрала себе мужа, как тебя… — эльф замялся.

— Убили, — подсказала я.

— Да, — кивнул он головой.

— А кто?

Илваритель пожал плечами:

— До сих пор точно не известно, но, кажется орки.

— Да? — искренне удивилась я и посмотрела на Воржека.

— Не мои! — отрезал орк, — Мы живем южнее.

— Кажется, ты пыталась познакомиться с горными орками, — тихо сказал эльф, — Но они ударили тебя копьем.

— Понятно, — сказала и поежилась, кажется, я знала, куда оно попало.

Мое тело до сих пор помнило смерть, отзываясь сдавленной болью при сильном испуге где-то в районе грудной кости.

— Потом я родилась среди вас? — повернулась я к вождю клана Кровавой росы. Хороший ход, родиться в следующей жизни среди расы собственных убийц и отомстить таким образом.

— Да, — кратко обронил орк и выудил на свет божий сначала массивное золотое ожерелье, состоящее из связанных между собой звеньями искусно выполненных диких зверей.

— Твое, — хмуро бросил он. Потом покопался за пазухой и извлек небольшую статуэтку, тоже золотую, видно с поиском материала для своих творческих идей орки особо не напрягались.

Статуэтка изображала сидящую на пятках ор…. Черт, не помню, как называют соплеменниц орки. Ладно, слово женщина вполне универсально. Широкий рот, скуластое лицо, накачанные мышцы. Нож за массивным поясом, на выпуклой груди ожерелье. Синей эмалью выведена тонкая татуировка на лице, а глаза… глаза мои.

Забавно.

— Это ты.

Я посмотрела на орка, его глаза были тоскливы, как у одинокого пса, вождь снова спрятал золотую фигурку за пазуху. Мне стало его жалко.

— Как я умерла?

— Тебя убил эльф! — рыкнул Воржек.

Ничего себе! Я повернула голову к эльфам, смутное ощущение какой-то ускользающей, но важной детали заставило меня замолчать и попытаться сосредоточиться. Взгляды длинноухих были виноватыми.

— Ну-ка, переведите мне, что я тогда ляпнула калеке дважды раненому? 'Эл, веленет ротен, деинеол?!' так кажется, это прозвучало. Ну?! — мое терпение подходило к концу, а эльфы как воды в рот набрали!

— Ты снова убьешь меня, Дениол, — неожиданно

раздался ленивый голос вампира.

Точно! Именно это она и означала, то-то он подскочил как ужаленный, даже про ногу раненую забыл!

— И за что он меня? — голос прозвучал сдавлено, все-таки не каждый день узнаешь, кто твой убийца, хоть и не в этой жизни.

— Он ненавидит орков, они убили его младшую сестру… — взглянул исподлобья Илваритель.

— Только не говори, что его сестра тоже я, — брякнула чисто от растерянности.

— Ты знаешь?!! — изумленно выдохнули в голос эльфы.

— Теперь да', - совсем ошалела я, — А он, кстати, в курсе?

— Дениол знает. Ты не сразу умерла, сначала назвала его по имени.

Мда, представляю себе изумление парня, когда умирающая зубастая вражина, прежде чем испустить дух, почему-то зовет его по имени.

— У тебя есть две черты, по которым тебя можно легко узнать.

— Глаза, да?

— Да, — серьезно кивнул Селливен, — И день твоего рождения — тринадцатый, первого месяца лета. А еще твоя способность открывать пути, она досталась от матери.

— Так эту дверь не вы открыли?!

— Как сказать, — вступил в разговор Диц, — До встречи с Освальдом в тебе было слишком много человеческого. Ты больше не принадлежала нашему миру, но его укус немного …взбодрил. Заставил поверить. Остальное — дело времени.

— Так чего же тогда вы явились ко мне целой делегацией?!

— Разве идея была плохая? — усмехнулся Освальд, — Ты получила интересное окружение и стабильный доход, а твои друзья и родственники из прошлого — возможность спокойно тебя оберегать в настоящем. Скажи еще, что мы сломали твою жизнь.

Я задумалась. Последние годы, пожалуй, были самыми счастливыми, так что ругаться повода нет.

— Ну а вы мне кто? — строго спросила я эльфов.

— Двоюродные братья, — признался Илваритель, — Мы вызвались тебя оберегать от опасностей, когда твой отец искал охрану.

Свихнуться можно, сколько вокруг новых родственников появилось. Я вспомнила про орка и осторожно сказала: — Воржек, ты понимаешь, что я больше не твоя…гарха? — И боясь, что он обидится, торопливо добавила, — Но я рада видеть тебя в друзьях.

Орк серьезно кивнул головой и ответил:

— Здесь ты другая, не похожая на мою Шами, так что не переживай. А чтобы ты совсем не забыла, как выглядят настоящие штирхи, я буду рядом до пятой жизни.

Вот это да… Не ожидала я от орка такой привязанности, у них же вроде как многоженство развито. Вспомнился образ, вытащенный бесом из глубин моей памяти, и я призадумалась. А почему это, интересно, мое лесное сокровище тут ни разу не появилось?!

Я повернулась к эльфам, чтобы задать этот вопрос, но они меня опередили: