Правда
Шрифт:
— Д'бр д'н, гн Сл'вв, — прохрипело создание, опершись на лопату.
— Э… Привет… Э…
— Хр вгл.
— А? Да. Спасибо. Всего доброго.
Вильям пробежал по переулку, пересек улицу и оказался еще в одном переулке. Он не знал, сколько именно горгулий следило за ним, но они не могли так быстро перелезать с крыши на крышу…
Интересно, откуда гнолль знал его имя? Они явно не встречались — ни на вечеринке, ни где-либо еще. Правда, все гнолли работали на… Гарри Короля.
Понятно. Не зря говорят, что
Вильям миновал несколько кварталов, активно используя всевозможные проулки, проходные дворы и шумные площади. Нормальный человек никак не смог бы за ним проследить, в этом он был уверен, но он был бы очень удивлен, если бы за ним следил обычный человек. Господин Ваймс предпочитал говорить о себе как о простом стражнике, а Гарри Король любил называть себя алмазом неограненным. Вильям подозревал, что мир усеян останками людей, которые приняли их слова за чистую монету.
Он замедлил бег, залез по какой-то наружной лестнице на крышу одного из домов и стал ждать.
«Ты полный дурак, — твердил ему внутренний редактор. — Некие типы пытались тебя убить. Ты скрываешь информацию от Стражи. Связался со странными людьми. А теперь собираешься сделать такое, от чего волосы на голове господина Ваймса поднимут не то что шляпу, но сам шлем. Ну и зачем тебе это?»
«А затем, что от этого кровь кипит в моих жилах, — подумал он. — А еще затем, что я не позволю себя использовать. Никому».
Снизу до него донесся странный звук, настолько тихий, что услышать его было практически невозможно. Кто-то принюхивался.
Вильям посмотрел вниз и увидел, как некое четвероногое существо бежит по переулку, прижав нос к земле.
Вильям тщательно отмерил расстояние. Независимость — это одно, а нападение на офицера городской Стражи — совсем другое.
Он швырнул бутылочку так, чтобы она упала перед вервольфом, футах в двадцати. Потом прыгнул с крыши на лестницу, оттуда — на крышу уличного сортира, и как раз в этот момент бутылочка внутри носка, глухо звякнув, разбилась.
Раздался визг, а затем — быстро удаляющий стук когтистых лап.
Вильям перепрыгнул с крыши сортира на соседнюю стену, осторожно прошел по ней и спрыгнул в следующий переулок.
Пять минут потребовалось на то, чтобы он, пригибаясь, прячась за углами и быстро перебегая через открытые участки, добрался до извозчичьего двора. В обычной суете никто не обратил на него внимания. Он был обычным человеком, пришедшим за своей лошадью.
В деннике, в котором мог находиться, а мог и не находиться Вгорлекость, стояла лошадь. Она посмотрела на Вильяма поверх длинной морды.
— Не оборачивайся, господин Бумажный Человек, — раздался голос за его спиной.
Вильям попытался вспомнить, что находится у него за спиной. Ах да… Подъемник для сена. И огромные мешки
— Хорошо, — сказал он.
— «Тяв-тяв», залаяли собачки, — сказал Вгорлекость. — Нет, ты все-таки полный псих.
— Но я иду по верному следу, — возразил Вильям. — Мне кажется, я…
— Ты уверен, что за тобой не было хвоста?
— Капрал Шноббс следил за мной, — ответил Вильям. — Но мне удалось уйти.
— Ха! От Шнобби Шноббса можно уйти, просто завернув за угол!
— О нет, он не отставал. Я знал, что Ваймс установит за мной слежку, — с гордостью заявил Вильям.
— Пошлет Шноббса?
— Да, а кого ж еще… Самого что ни на есть оборотня. Вервольфа.
Ну вот… Он сказал это. Но сегодня был день теней и тайн.
— Вервольфа, значит… — монотонно повторил Вгорлекость.
— Да, только не рассказывай никому. Я буду тебе очень признателен.
— Капрала Шноббса, значит… — все так же монотонно произнес Вгорлекость.
— Его самого. Слушай, Ваймс просил никому…
— Стало быть, это Ваймс сказал тебе, что Шнобби Шноббс — оборотень?
— Ну, не совсем сказал. Я сам догадался, а Ваймс просил никому не говорить…
— О том, что капрал Шноббс — оборотень…
— Да.
— Капрал Шноббс никакой не вервольф, господин. В любом смысле, форме или облике. Человек ли он, это уже другой вопрос, но чем он точно не страдает, так это ликр… линко… ликантро… В общем, не умеет он превращаться в волка, и точка!
— Тогда перед чьим носом я взорвал бомбу-вонючку? — с триумфальным видом вопросил Вильям.
Некоторое время ответом ему была тишина, а потом зажурчала тонкая струйка воды.
— Господин Вгорлекость?
— Какую такую бомбу-вонючку? — раздался голос, который показался Вильяму слегка напряженным.
— Ну, самым активным ингредиентом было скаллатиновое масло.
— Прямо перед носом у вервольфа?
— Да. Более или менее.
— Господин Ваймс просто сорвется с резьбы, — пообещал Вгорлекость. — Он такую библиотеку нам всем устроит. Изобретет новый способ разозлиться, только чтобы испробовать его лично на твоей шкуре…
— Тогда мне же будет лучше, если песик Витинари окажется у меня как можно быстрее, — сказал Вильям. — Я дам тебе чек на пятьдесят долларов. Больше у меня нет.
— А что такое чек?
— Это как легальная долговая расписка.
— Великолепно, — хмыкнул Вгорлекость. — И что мне с твоей расписки, когда тебя упрячут за решетку?
— Прямо сейчас, господин Вгорлекость, двое очень скверных людей отлавливают по городу терьеров. Всех подряд. И, судя по всему…
— Терьеров? — переспросил Вгорлекость, — Всех подряд?