Прародитель
Шрифт:
А вот это было интересно. Значит, если я проиграю, то стану этаким принцем в изгнании. Хотя, иначе и быть не могло, ведь если объявляешь войну - будь готов и к тому, что в этой войне можно проиграть. Янг Рог не выказывал никаких эмоций. Хотя новость о том, что я в праве объявлять свои притязания на трон, для него стала неожиданностью. Он достал свой клинок изогнутой формы и голубого цвета. Острые грани клинка мерцали желтым полем.
– Я взял на себя смелость несколько доработать твой шедевр, - произнес он, заметив мой пристальный взгляд на клинок.
– Саккурдитовый
Не увидев на моём лице никакой реакции, Янг Рог решил пояснить:
– Это самое лучшее, что пока только известно в Квази Эпсилон. Ты же вроде крафтер, я думал, ты интересуешься этой темой.
– Я стал крафтером не по своей воле, заканчивай треп, - процедил я сквозь зубы, наблюдая, как заканчивается обратный отсчет до начала дуэли.
Новоиспеченный Прародитель лишь пожал плечами, мол, не интересно, значит, не буду. Затем, словно примеряясь к своему оружию, сделал несколько взмахов клинком и воздух насыщенный кислородом загорелся в желтом поле меланжа.
Меланжевое излучение было подобно философскому камню в Квази Эпсилон. За ним охотились лучшие крафтеры, пытаясь найти неведомый рецепт, создать условия для того, чтобы удержать многомиллионную температуру в заданных рамках, не позволив ей воспламенить среду, с которой она соприкасается.
Значит, теперь эта технология существует в пределах этого виртуального мира, а крафтеры черноморского синдиката всё-таки смогли создать условия для генерации и поддержания меланжевого поля. Насколько хорошо у них это вышло, можно было судить по всполохам насыщенной кислородом атмосферы. Еще сырая технология давала сбой, но самое главное было в том, что она стабильно работала.
Он сделал еще несколько пируэтов и вновь воздух вокруг клинка вспыхнул от чудовищной температуры. Повел плечами, как бы разминая их, и произнес.
– Помнят руки-то, помнят!
– и засмеялся чистым, незамутненным ненавистью смехом.
– Ты очень упертый малый, Артём. Чтобы поставить все точки над “i”, я не буду убивать тебя одним ударом. Ты должен понять простую истину: каждый сверчок - знай свой шесток. Да, ты высоко поднялся за последний год, но гордыня обуяла тебя и это плохо.
Я скрестил трофейные клинки перед лицом. Арапник Чернобога пока висел на поясе, его черед еще не настал. Импульсные лезвия сами по себе не простое и достаточно хитрое оружие, как показал выпад Роджера, настолько же действенное против дендроидов, как и против всех остальных.
Ярость и злость заставили шевелиться мой мозг, а допинг из красной секции аптечки даже не просил, а именно требовал совершать подобные опрометчивые глупости. Ярость и злость только лишь усилием воли, получается спрятать в глубину подсознания, доставая на поверхность лишь ясный ум и холодный расчёт. Как-никак передо мной игрок, разменявший третью сотню уровней, его ололо-рашем не возьмешь. С таким нужно бороться, прежде всего, подлавливая на ошибках, которых вряд ли будет много, учитывая, стаж и опыт Янг Рога.
Конечно, здесь не тривиальная РПГ из начала двухтысячных, коих было, что звезд на небе, где уровень решал всё, и игрок хотя бы на десятку ниже, чем оппонент, не имел никаких шансов. Здесь всё играют скилл, сообразительность и личные навыки владения оружием. Разница
Итак, что мы имеем: на моей стороне опыт игры за эту расу, а на стороне Янг Рога большой игровой опыт. Девять лет космических баталий, политических интриг и не одна сожжённая дотла планета и орбитальная станция, и далеко не весь свой путь игрока он проделал на командных должностях, наверняка стоял в первых рядах, поначалу ведя в бой авангард тогдашних хайлевелов с уровнями до сотого. И хоть это было давно, но руки, как говорится, помнят.
И всё-таки разница в уровнях, помноженная на опыт боевых столкновений, дала о себе знать с первой секунды после того, как закончился обратный отсчёт. Янг Рог ринулся в атаку держа в правой руке набалдашник с меланжевым клинком, а в левой богато украшенный тубус-ножны. Он развел руки, и мне невольно пришлось последовать его примеру, чтобы в случае атаки с любой из сторон успеть отразить выпад. При его уровне силы, даже ножны, бывшие недавно телом трости, могли стать грозным аргументом в бою.
Я всё сделал правильно, однако не угадал. Вместо того чтобы достать меня смертоносным клинком или же осушить мускулы ударом трости, Янг Рог просто и без затей прописал усиленной кибернетическими имплантатами ногой прямо в грудь. Было дело, меня сбивала на пешеходном переходе машина, но сейчас ощущение были несравнимо ярче. Больше похоже, что меня сбил мчавшийся на всех парах бронепоезд.
Если бы на мне не было комплекта синергирующей брони для дендроидов, наверняка от удара лопнули бы внутренние органы, а ребра и позвонки превратились в фарш из костных осколков, окончательно обнуляя шансы на выживание. А так, я потерял всего лишь семь с небольшим тысяч хит поинтов, двадцать два процента прочности брони и изрядную долю уверенности в собственных силах.
Кувыркаясь, я пролетел с десяток метров, врезался в какую-то статую, коих в помещении было предостаточно. Что изображала эта статуя, было непонятно из-за слоя желтовато зеленой слизи застывшей точно смола.
Янг Рог и не думал останавливать свое наступление. Громыхая по пустынному залу кибернетическими протезами, он оказался рядом еще до того, как я смог твердо опереться ладонями о загаженный пол и попытаться подняться. Удар достоин Марадоны, пробивающего самые лучшие пенальти в собственной жизни (до того момента как он скатился от кокаина), вот что это мне напомнило. Вот только в роли мяча выступали мои ребра.
Меня вырвало желчью ещё в воздухе. Горький, ни с чем несравнимый вкус желтой жижи из самых недр желудка. Трещины в ребрах, которые без сомнения имели место быть после первого удара, теперь точно переросли в переломы. Здоровье из желтого сектора без видимых трудностей перемахнуло через черту в пятьдесят процентов и оказалось в оранжевом секторе.
Регенерация шла, но не такими темпами, с которыми я потерял здоровье. Адам накапливал иммунитет к физическому урону, только эти два удара добавили плюс 5% к игнорированию, но что эти пять процентов сделают? Чтобы хоть как-то начать сопротивляться сырой мощи одного из основателей черноморского синдиката, мне нужно ещё полчаса кататься по этому залу словно пиньята, которую маленькие мексиканские дети бьют палками, желая добыть спрятанные внутри конфеты.