Практик
Шрифт:
Стоило бы промолчать, но мне стало жаль Нику, которая безуспешно пыталась стянуть разбушевавшуюся сестрицу с крыльца.
— Плохой самоконтроль чреват большими проблемами! — изрёк я, поддавшись порыву.
— Чего?! — немедленно взвилась Вика. — Ты меня истеричкой назвал?!
— Тебе в следующем году инициацию проходить. Не научишься держать эмоции под контролем… — Я не стал продолжать, только растопырил пальцы. — Пуф!
Виктория высвободилась и подбоченилась.
— Прикажешь мне теперь по мозгоправам ходить, да?!
Я покачал головой.
—
Ника смерила меня задумчивым взглядом.
— А это разве не пустая трата времени?
— Для будущего оператора — нет. Вопрос только в наставнике.
Виктория надменно фыркнула, спустилась с крыльца и забралась в автомобиль, Ника присоединилась к ней на заднем диванчике, а секретарь устроился за рулём. Только их автомобиль отъехал от кафе, и его место немедленно заняло такси. Я подошёл и уточнил:
— До студгородка? — А после утвердительного кивка предупредил шофёра: — Подожди, сейчас поедем.
И точно: уже пару минут спустя Карл вылетел на улицу почище пробки из бутылки, красный как рак.
— Ты вызвал? — спросил он, указав на такси и, не дожидаясь моего ответа, рванул на себя дверцу. — А, к чёрту! Поехали!
— Ну и как? — спросил я, забираясь следом.
Карл отмахнулся.
— А сам как думаешь? Разругались в пух и прах!
Больше лезть к нему с расспросами я не стал.
Часть первая
Глава 4/1
Утром встал с лёгким намёком на головную боль, но контрастный душ помог справиться с последствиями злоупотребления алкоголем, и поблажек я себе давать не стал. Оделся, подрезал у Миши половину яичницы и потопал в институт.
Первым делом решил проведать Карла, но в общежитии того не застал и отправился сдавать долги, в чём по итогам первой половины дня немало преуспел. Даже с доцентом Пауком договорился, что тот мою курсовую на проверку возьмёт без предварительной сдачи всех пропущенных контрольных работ.
Митя настиг в буфете. Подскочил, выдохнул:
— Ну ты вообще! По всему институту с собаками разыскиваю! — И попросил налить кружку кваса, которую одним махом и выдул.
Я достал карманные часы, откинул крышку и хмыкнул.
— Вот не начинай даже! Мы на два часа договорились, а ещё только половина двенадцатого!
— Да не в этом дело! — возмущённо фыркнул Жёлудь. — Тебя Городец вызывает!
— Прям срочно?
— Прям срочно полтора часа назад было! Топай живее!
— Уже иду, — кивнул я и сунул в рот остатки бутерброда. Прожевал, запил чаем и спросил: — Карла, случаем, сегодня не видел?
— Он по утрам у Малыша с какой-то другой группой тренируется, — подсказал Митя.
Я прикинул, что где полтора часа, там и все два, вытер пальцы носовым платком и отправился на полигон. Александр Малыш гонял там то ли старшекурсников, то ли выпускников — из всех я знал только Костю, да ещё на лавочке сидел и тяжело отдувался Карл.
— Это кто тут? — спросил я, устроившись рядом.
—
— Ты о чём?
— О вчерашнем. Мне ещё с Маринкой мириться, хоть ты кишки не мотай!
— Точно не хочешь об этом поговорить?
— Не-а.
— Тогда удачи! — рассмеялся я, хлопнул товарища по плечу и поспешил на военную кафедру.
Георгий Иванович оказался не в духе. Прямо очень сильно не в духе.
— Один наш общий знакомый попросил тебе уши надрать, — заявил он, стоило только мне переступить через порог. — А если не сложно, в порядке дружеского одолжения, сразу и голову оторвать.
— Это чего ещё? — опешил я. — Это кто?
— Макар Демидович с утра озадачил, — буркнул капитан Городец. — Он тебя предупреждал, чтоб в серпентарий не лез? Предупреждал ведь, так?
Я кивнул.
— А ты? Вот кто тебя просил язык распускать?
— В смысле?
Георгий Иванович поднялся из кресла, отпер сейф и кинул на стол не слишком-то и толстую папку. Помимо номера дела на той значилось: «Виктория Кондратьевна Вран, 1925 г.р.». Ещё к обложке был прицеплен листок с телефонным номером.
— Вот, прислали нарочным. Договорись с Бедой, чтобы девочку к себе взяла. И в подготовительную группу её устрой. Рашид уже в курсе, должен был распорядиться. Как организуешь, позвони, встреть и сопроводи.
— Я тут при чём?! — Возмущению моему не было предела. — Я с соискателями не работаю!
— Не работаешь, вот и держал бы при себе своё ценное мнение о пробелах в подготовке к инициации гражданки Вран! — едва ли не прорычал в ответ Городец. — Её папенька с утра Звонарю позвонил, а тот мне хвост накрутил. При том, что я вообще ни сном ни духом!
Я вздохнул.
— Да там просто к слову пришлось…
— К слову у него пришлось! — фыркнул Георгий Иванович, закурил и откинулся в кресле. — Ей хоть действительно, — указал он на папку, — йога показана?
Я кивнул.
— Если всерьёз коррекцией не заняться, в лучшем случае пирокинетик получится. И это если о-о-очень повезёт. Скорее всего срыв инициации случится.
Городец вздохнул.
— Ладно, может, оно и к лучшему. Ты вот что! Напиши докладную о необходимости более тщательного психологического обследования соискателей из группы риска. Прямо сейчас напиши. Я занесу кому следует.
Инициатива наказуема — всё так. Я вздохнул, сел за стол и придвинул к себе лист писчей бумаги.
— Группа риска — это кто?
— А сам как думаешь? — усмехнулся в усы Георгий Иванович. — Обычных соискателей с психическими отклонениями ещё на этапе отбора отсеивают, а вот кандидаты на поступление в Общество изучения сверхэнергии куда менее жёсткий отбор проходят. Там на многое глаза закрывают.
Я кивнул, достал из портфеля автоматическую ручку, начал писать докладную и попутно рассказал Городцу о вчерашнем инциденте. Тот поморщился и ожидаемо заявил: