Праксис
Шрифт:
Перри убрал тарелку Мартинеса и предложил еще вина. Гарет накрыл бокал ладонью:
— Спасибо, Перри.
Перри забрал бокал и молча удалился.
Мартинес вызвал настенный тактический экран, чтобы убедиться, что ничего не происходит. И хотя голые младенцы, казалось, завороженно уставились в монитор, никаких перемен не было.
Гарет закрыл экран и посмотрел на стол, по которому, рассекая звездное небо, плыли изображения Терзы. Он подумал о ребенке, зачатом в медовый месяц, и его вдруг охватило крайнее возбуждение,
Отчаянно захотелось оказаться в кругу семьи на борту "Энсенады", увозящей Мартинесов из павшей столицы на безопасную планету Ларедо. Оказаться рядом с Терзой, нежась в лучах ее спокойной улыбки и наблюдая, как внутри нее растет дитя. На краткое, но мучительное мгновение он был готов отказаться от всех амбиций ради тихого счастья семейной жизни.
В дверь постучали — на пороге стояла лейтенант Чандра Прасад, единственный человек на корабле, с которым он не хотел оставаться наедине.
— Слушаю вас, — сказал он.
Чандра вошла, закрыла за собой дверь и приблизилась к столу. Она выполнила воинское приветствие — плечи оттянуты назад, голова запрокинута, горло обнажено: ритуал, навязанный завоевателями-шаа всем покоренным народам — перережьте нам глотки, если на то будет ваша воля.
— Вольно, лейтенант.
Она расслабилась и протянула толстый конверт.
— От лорда капитана Флетчера.
Бумага плотная, гладкая, с легким розовым оттенком — несомненно, спецзаказ в лучшей мастерской Харзапида. Геральдический щит на печати со множеством гербов — свидетельство прославленного происхождения капитана "Прославленного".
Мартинес сломал печать и вынул открытку: завтра он приглашался к капитану на торжественный обед в честь дня рождения командующей эскадры Чен. Конечно, если не будет неожиданностей.
Гарет взглянул на Чандру — каштановые волосы, острый подбородок и чертики в миндалевидных глазах.
— Безусловно, я буду, — сказал он.
— Подождать ответа? — спросила лейтенант.
Не имело значения, что судовые апартаменты капитана в нескольких шагах и ни один здравомыслящий офицер не посмеет отказаться от подобного приглашения: правила обязывали отвечать на письменное послание в письменной форме.
— Если вас не затруднит, — сказал он.
Озорные глаза Чандры сверкнули.
— Я полностью в распоряжении капитана.
Что являлось абсолютной правдой. Лейтенант леди Чандра Прасад была любовницей капитана Флетчера — положение, чреватое интригами и заговорами. Осложнялась ситуация тем, что когда-то, когда и Чандра, и Гарет были малозаметными лейтенантами из провинции, у них случился довольно бурный роман, сопровождавшийся взаимными изменами и закончившийся, к облегчению Мартинеса, разрывом.
Гарет не знал, в курсе ли капитан
Поэтому Гарет предпочитал краткие и прилюдные встречи с ней.
Он взял открытку и конверт из ящика стола и старательно написал ответ. Запечатывая послание, Мартинес ясно представил, как чуткие пальцы Флетчера касаются открытки и как капитан покачивает головой из-за весьма посредственного качества бумаги.
Мартинес протянул конверт Чандре. Та наклонила голову, критически поглядывая на изображения Терзы на столе.
— Все-таки несправедливо, что жена у тебя и красивая, и богатая, и влиятельная, — произнесла она.
— А еще талантливая, храбрая и очень умная, — сказал Мартинес, держа конверт так, чтобы лейтенант наконец взяла его.
Пухлые губы Чандры сложились в усмешку. Она взяла послание, а потом обвела взглядом голых крылатых мальчишек, порхающих на стенах кабинета.
— Фреска нравится? — спросила она. — Капитан говорит, что они называются амурчики и это древний, еще со времен Терры, живописный сюжет.
— Жаль, что Террой все дело не ограничилось.
— Да уж, ты бы предпочел голых девушек, — сказала Чандра. — Помнится, они тебе очень нравились.
Мартинес взглянул на нее и понял, что с ним заигрывают. Он неожиданно остро ощутил ее близость, почувствовал аромат духов. И отвернулся.
— Не в таких количествах, — ответил он.
— Ты себя недооцениваешь. Тогда, на Зарафане, ты с нами ловко управлялся.
Он опять посмотрел на нее:
— Мы не на Зарафане.
Теперь отвернулась Чандра. Ее взгляд скользнул по щекастым детям.
— И все же, — добавила она, — это милее, чем те страсти в каюте капитана.
Мартинес подумал, что ему все равно, что там Чандра видела у Флетчера, но вслух сказал:
— Правда?
— О да, — Прасад приподняла бровь. — Совсем не то, что в столовой и гостиной.
"Порнография", — сообразил Мартинес. Мысль удручила его.
— Спасибо, лейтенант, — сказал он. — Не смею больше задерживать.
— У меня полно времени, — ответила девушка. — До дежурства еще несколько часов.
— У меня есть дела, — отрезал капитан. Чандра пожала плечами и четко отсалютовала.
Мартинес вновь вызвал тактический экран. Лейтенант удалилась.
Гарет посмотрел на монитор — ничего нового. По сути, дел у него не было: приказов из эскадры не поступало, на экране неожиданностей не наблюдалось.
Жаль. Ему было просто необходимо чем-то занять себя.
Можно было подумать о том, что произойдет с Термайном, если губернатор откажется выполнять ультиматум Миши. Или поразмышлять о собственном браке. Или помечтать о Чандре, близкой, доступной — и опасной. Или, что совсем нежелательно, подумать о Кэролайн Суле.