Пожиратель
Шрифт:
Операция началась с громких хлопков подрывных зарядов, которыми штурмовики пробили себе путь в здание, а после началось то, чего О'Райли не мог понять. Его люди, успевшие войти в здание, наперебой засоряли эфир абсолютно бессвязной речью...
– Адепт.
– Процедил Командер Стрейтон и достал из-за спины свой дробовик, на что О'Райли нахмурился. По плану операции он вместе с штурмовиками-биотиками вступают в бой позже...
С грохотом, проломав основные ворота, из здания вылетело переломанное тело в полицейском снаряжении, следом за ним мощным биотическим толчком остатки от ворот вынесло на небольшую площадь перед складом, заставив при этом О'Райли пригнуться, а операторов орудий на Гризли направить их стволы в пролом.
Спустя мгновение из проема показалась человеческая фигура, облаченная в неизвестный ни Командеру ни О'Райли броне скафандр со снятым шлемом. Его светло-бежевые пластины были словно
– Ну, здравствуйте!
– Крикнул он, расхохотавшись.
– ОГОНЬ!
– Вместе с тем заревел командер Стрейтон и первым пустил биотически удар в неизвестного. В следующее мгновение заговорили орудия гризли, а О'Райли заскрипел зубами, представляя, как он будет отчитываться о результатах неудачного захвата. Огонь вели до перегрева стволов, причем все, в том числе и чем-то перепуганный Стрейтон. А потом к О'Райли внезапно прикоснулась прохладная ладошка. Он резко обернулся и увидел девочку-альбиноса с яркими красными глазами, но в следующее мгновение, моргнув, он узрел своего секретаря.
– Лейтенант, что вы тут делаете?
– Негодующе спросил он, массируя свои виски, у него от всего этого грохота внезапно разболелась голова.
– Командер Стрейтон, и как это понимать?
– Раздраженно поинтересовался контрразведчик у чему-то улыбающемуся биотику.
– И где штурмовики?
Командер резко остановился, словно наткнувшись на стену, его карие глаза на мгновение стали золотыми, а после он горько вздохнул и обратился к лейтенанту.
– Альби подсоби, я еще не до конца освоился после поглощения...
– Что?
– О'Райли растерялся. А следующее мгновение он моргнул и, ощутив очередной приступ головной боли, внезапно вспомнил, что штурмовики все погибли прямо у него на глазах и он, горько вздохнув и представив, как же ему будет тяжело на докладе в Управлении, отдал приказ о сворачивании операции. И когда уже Гризли, в котором они с лейтенантом и Командером отбыли из портового района, прогремел мощный взрыв, заставивший О'Райли вновь скривиться. Как он не подумал отправить в здание саперов? На него это совсем не похоже.
* * *
К месту рандеву мы с Альби вышли лишь к вечеру, все пошло совсем не так, как я предполагал. Изначально я думал, что нас попробуют выкурить из здания какой-нибудь химией или еще чем-нибудь, но эти, с позволения сказать, "профессионалы" не нашли ничего лучше чему штурмовать нашу базу. Ага, базу окапавшихся псионика и боевого метаморфа, это даже не смешно. В общем с первой волной мы расправились играючи, Альби, как обычно накрыла всех псионным ударом, а я не шибко напрягаясь, нашинковал их мелкой соломкой, после, дожидавшись пока Альби поглотит Суть у парочки захваченных полицейских и разузнает об их плане по нашей ликвидации, который внезапно для меня превратился в план по захвату. Я нарастил на себе костную броню по максимуму, высвободил все те крохи Хаоса, что уже успели накопиться и вышел, поприветствовать наших гостей, и пока все внимание было сосредоточено на мне Анима, под отводом глаз прошмыгнула в тыл к противнику. Единственной неожиданностью для меня стала атака из всех стволов. Я предполагал, что со мной хотя бы вступят в переговоры и предложат сдаться, а тут на тебе. Слава Хаосу я успел нарастить аналог шлема из кости и защититься, а то так бы пришлось долго и упорно выковыривать из своей головы инородные металлические объекты, от такого бы я не умер... по крайней мере сразу, но вот недельку не дееспособным бы повалялся.
После того, как Альби парализовала разум главного на пару минут, я прекратил изображать из себя ростовую мишень, и одним прыжком сократив расстояние до противника, вступил с ним врукопашную. На этот раз мне противостояли уже местные псионики, и это было гораздо веселее, я даже больше скажу, в этот день я впервые в этом месте получил достойный отпор и знатно огреб.
Из-за высвобожденного мной всеизменчивого, не позволяющего местным слабо силкам воздействовать на меня, я чрезмерно расслабился, забив на меры предосторожности и бестолково, без малейшего маневрирования набросился на вражеских биотиков. Первых трех я разделал своим мачете, даже не заметив, но вот после. Оставшиеся штурмовики противника применили неизвестный мне способ сопряжения ментальных сил и вдарили по мне общими усилиями, как я после узнал, они применили на мне умение, которое здесь называется "деформация". Тогда моя броня затрещала, и я ощутил себя пережёвываемым кем-то неимоверно огромным. Лишь по неопытности моих противников, слишком рано
Из рывка он вышел прямо передо мной и, направив свой штурмовой нож в одну из пробоин во внешней броне, попытался нанести еще дополнительный биотический удар, но я его опереди. Мой переход в боевую форму уже завершился, под первым слоем брони появился еще один, еще более прочный, рот превратился в широкую пасть с острейшими клинками зубов. Глаза ввалились, прикрываясь от случайного повреждения нерестившимися надбровными дугами, ноги вывернулись в коленях и добавили себе еще один сустав, переведя меня на пальцехождение. Мышцы же стали гораздо эластичнее и имели больший удельный моментный импульс, правда при этом крайне быстро изнашивались, плюс к этому реорганизовалась нервная система, продублировав основные нервные магистрали.
Ну и про когти, шипы по всему телу и шесть тентаклей с зубастыми пастями и костяными лезвиями я уже не говорю. Так что перехватить его клинок, попутно сломав его руку вместе с броней, мне не составило труда. Тогда я, не шибко думая, одним укусом оттяпал несчастному всю верхнюю часть тела. При этом активировав процесс поглощения разума, и мощным прыжком, по скорость не отличающимся от биотического рывка, накинулся на офигевших от увиденного штурмовиков. С ними в моей боевой форме расправиться не составило особого труда, правда, если бы к этому моменту Альби не зомбировала экипажи боевых машин, мне бы пришлось куда сложнее.
По поводу поглощения нужно сказать отдельно, мой отец, когда он попал в мой родной мир, из-за заблуждений местных предположил, что ёма могут поглощать воспоминания и умения, сожранных ими людей, хоть такого они и не умели. Ну а мой отец взял и создал методику поглощения воспоминаний, основанную на жизненной силе. С тех пор он, разумеется, доработал ее, ну и обучил ей подрастающее поколение, по крайней мере, тех, кто мог теоретически одним укусом сожрать мозг человека. Вот и тогда я подловил своего оппонента и, трансформировав свою голову, одним слитным движением отчекрыжил ему черепушку. Скажу вам по секрету, процесс усвоения чужих воспоминаний крайне неприятен и долгосрочен, так что еще около полугода я буду периодически мучиться мигренями и непроизвольно сменять облик на облик сожранного, но зато по истечению этого времени я буду располагать почти всеми знаниями реципиента.
После же боя осталось самая малость, поставить пару закладок контразветчику надеясь, что он не слишком отупеет, чтобы вызвать недоверие своих начальников.
И вот теперь мы стояли рядом с четырьмя здоровенными фурами, на которых располагались стандартные контейнеры. В первые три будут размещены детишки со своим скарбом, и оружием, а в последней, поедут наши пленники и мы с Альби. Дети уже давно все разместили и ждали лишь нас, так что, как говорится в добрый путь!
На двадцатой миле от города, мы подобрали пленников и совсем комфортом расположили их в свободном контейнере, вместе с добровольно вызвавшейся их допросить, Алиби. Я даже на всякий случай приказал ей их не убивать, а то мало ли что. Путь мы решили держать в крупный город, где нам, смею надеяться, будет немного легче затеряться. Звался этот город Нью-Йорком и добираться туда всего пять часов, так что, думаю, мои детишки устать и проголодаться не успеют, ну а если успеют, то потерпят.