Пожиратель
Шрифт:
— Серьёзный топорик, — проводил взглядом препода Грай. — Эх, мне бы сейчас мой клевец…
— Да хоть ранжи вернули бы, — вспомнил я отобранные штыри-ножики.
Плечо к плечу мы пятились в сторону опоясывающего арену заборчика. В отличии от большинства ребят, пока не бежали. Короед не выглядел особо проворным — от этой туши мы удерём запросто, а посмотреть на то, как его будут валить хотелось. Кстати, процесс уже можно сказать начался. Пока препод-физик только ещё подбегал к жучаре со своей орясиной, наш мастер-боец уже
Момент, когда Вигел Кио оказался возле чудовища я пропустил. Раз — и скоростник уже рядом с короедом, выбирающимся на поверхность при помощи многочисленных коротких, но толстых лапок. В руках скоростника странный меч — широченное лезвие с одной стороны напоминает пилочку, как у ножа для хлеба, с другой стандартно-прямое. Взмах оружием не разобрать — видимо, мой однодарец вновь применил силу. Но результат на лицо — туловище гигантского насекомого дёрнулось, и верхняя половина вместе с зубастой башкой начала заваливаться в сторону. Из глубокой резаной раны на опилки толчками полились-посыпались склизкие внутренности.
Спустя миг подоспевший физик обрушил на тушу и так на мой взгляд помирающего жука свою алебарду. Клювоподобное остриё проломило хитиновый панцирь чуть ниже разреза, и короед окончательно сдох. По крайней мере шевелящиеся до того лапки дружно замерли, как и переставшее дёргаться туловище.
— Чего тупите? — подлетела к нам Тайре. — Валим, скорее!
— Так всё, — мотнул Грай головой в сторону поверженного гиганта. — Разобрались с жучком.
Не обращая внимания на слова дикого, сестра дёрнула меня за руку.
— Ладно этот с низов, но ты-то чего? Сейчас же муры полезут! И ладно, если только они!
В глазах Тайре не было и намёка на привычные подколки. Она на полном серьёзе переживала. Если даже не сказать — боялась. Совсем не то поведение, что при налёте сыпух. Страх сестры мгновенно передался и мне.
— Хорошо, хорошо, идём.
Откуда-то со стороны жилых корпусов прилетел звук тревожного колокола. Вернее, я не знал, тревожный он, или нет, но ассоциации перезвон вызвал именно такие.
В этот момент туша якобы дохлого короеда часто задёргалась. Преподы отскочили от трупа жука, вскинули оружие.
— Аааа! — донеслось снаружи. Кричали надрывно, страшно.
— Ну, быстрее! Быстрей!
Впереди показался Рангар с какой-то палкой в руках. Похоже, отломал кусок лавочки. Кроме брата и нас троих других учеников на арене не наблюдалось — все успели свалить. Со стороны же раздевалки спешила подмога в лице второго препода-физика и женщины в синем тоху — этот цвет я ещё не успел привязать к какому-то дару.
— Прочь отсюда! — гаркнул коричневый, сжимающий в каждой руке по здоровенному топору.
Мы, не споря, пронырнули мимо взрослых и, запрыгнув на лавочку, перемахнули забор. Позади что-то лопнуло, булькнуло. Я непроизвольно оглянулся. Тушу короеда разворотило изнутри, и наружу прямо сквозь тело издохшего
— Бегите к жилым корпусам! — долетело до меня напутствие преподши в синем. — Под всей площадью защитная плита! Там они не пролезут!
Они? Стоило повернуть голову, как я тут же всё понял. Открывавшаяся перед глазами картина заставила замереть. Бежать к корпусам? И как прикажите это делать? Уж точно не по прямой. Отделяющие нас от арочного прохода к площади с фонтаном триста метров представляли из себя поле боя во всей его кровавой красе. Пересечённые дорожками газоны с редкими деревьями и подстриженными кустами превратились в изрытую норами-воронками короедов полосу препятствий, на которой состязались в ловкости с огромными насекомыми юные силары, стремящиеся проскочить к жилым корпусам.
И главной помехой всеобщему бегству выступали не сами неповоротливые жуки, которых я насчитал аж семь штук, а гораздо более шустрые твари. Не такие здоровые, примерно с человека размером, шестилапые: четыре слегка покороче для перемещения, две более длинные впереди заканчиваются острыми загнутыми шипами. Круглые головы с усиками-антеннками и спаренными жвалами с разных сторон от зубастых пастей. Выпуклые фасетчатые глаза, тела бурые. Чем-то похожи на муравьёв, только "попки" не столь велики и завершаются жалами. Примерно три десятка таких уже носилось по траве за ребятами, а всё новые и новые насекомые продолжали выбираться на поверхность через зевы подкопов.
И самое страшное — проскочить мимо чудищ удавалось не всем. Всего в паре десятков шагов перед нами на дорожке рядом с истоптанной клумбой лежало тело какого-то паренька в голубом тоху, основательно забрызганном кровью. Опознать несчастного возможности не имелось ввиду отсутствия головы, но, судя по комплекции, это был точно не Махавай.
Меня мелко затрясло. В животе словно выросла пара сосулек: ледяных и колючих. К горлу подступил ком. Смерть. Настоящая смерть! Не по телеку, не в кино… Всего час назад я сидел с этим мальчишкой в столовой за одним столом — и теперь его нет.
И только ли его одного? Я стремительно обшарил глазами творящуюся впереди кутерьму. Толком не разберешь. Всё в движении: люди и насекомые не стоят на месте. Хотя, несколько мурашей-переростков уже замерло. Судя по всему навсегда. Пусть здесь подростки и пусть безоружные, но все как один при даре. Большинство-то, конечно, спустило всю ману и выжгло ресурс ещё на первых шагах, но всё равно тут и там появляются, то огненный шар, то молния. А вон что-то мне совсем непонятное — сразу троих бурых тварей, оказавшихся на пути у девчонки в синем, отбрасывает на несколько метров, словно сдувает порывом ветра. Другому мурашу одна из близняшек Тре резким движением отрывает передние лапы. Ещё одному её сестра сворачивает голыми руками башку.