Поющие Вечности
Шрифт:
– Я – Артур. Бард. – Дождавшись, когда стихли последние отзвуки наигрыша, но тролль еще не очнулся от воздействия Чистоты, заключенной в этих звуках, представился он, смело вступая на мост. – Я пришел говорить с тобой.
Услышав его голос, тролль помотал косматой головой, словно отходя от окутавшего его наслаждения, тяжело вздохнул, и всем своим массивным телом развернулся в сторону подходящего барда.
– Я Ургх Горотряс, – наконец пророкотал он, с сомнением посматривая в сторону такого небольшого, по сравнению с ним, барда. – О чем мне с тобой говорить?
–
– Хм… – Тролль озадаченно потер лоб огромной шестипалой ладонью. – Ургх будет говорить с тобой. Это интересные темы. И ты сам интересен. Я еще не слыхал столь странных и приятных звуков, да и говоришь ты достойно. Что ты хочешь сказать?
– Я хочу спросить. Почему ты здесь? – уже обычным голосом произнес Артур. Первый, и наиболее опасный этап переговоров был закончен, – тролль признал его достойным вести разговор, то есть как минимум – равным, а значит, не нападет, если только он не допустит какойнибудь серьезной ошибки.
– Золото надо. – Охотно ответил тролль. Похоже, он уже давно дожидался когонибудь, кому мог бы изложить свои требования. Затем он задумался, пожевал губами, и добавил: – Много надо. Жениться хочу. – И выволок откудато изза спины большой мешок из грубой ткани, похожий на те, в которых многие дачники хранят картошку.
Это требование ввергло Артура в сильное недоумение. Шантаж? Это было совершенно не похоже на фейри вообще, и на троллей в частности. Захват моста с целью выбить из людей золото… Арт мог бы понять, если бы дикий тролль просто вломился в какойнибудь банк или ювелирный магазин, с целью добыть нужный ему драгметалл, но блокировать мост? Если уж Ургх Горотряс решился на нарушение договора, то должен, просто обязан был действовать куда решительнее, и не ограничиваться всегонавсего захватом моста. Но почему он решил преступить договор? До сих пор, за представителями фейри, как бы дики и необузданны они не были, ничего подобного не наблюдалось!
– А как же договор? – наконец, придя в себя от овладевшего им недоумения, спросил Артур. – Ты понимаешь, что нарушаешь его?
– Договор! Да, договор! Ургх чтит договор. Договор это хорошо! По договору теперь это мост Урха Горотряса! – Тролль радостно взмахнул своей дубиной, словно подтверждая свои права на мост. И Ургх хочет, чтобы за проезд по его мосту ему теперь платили. Да, платили. Золотом, а не бумажками. Бумажки Ургху не нужны, в лесу у его пещеры лопухов много. Лопухи – они лучше, чем бумага. Мягче, да. А вот золота у пещеры – мало. Совсем нет золота. Так что Ургху нужно золото. А бумажки пусть люди себе оставляют, они Ургху совсем без надобности. – Тролль призадумался, почесал бровь и сбившись с торжественного тона, добавил: – По крайней мере, до тех пор, пока около моей пещеры лопухов хватает, да.
Атрур вздохнул, и почесал в затылке, припоминая пункты договора, заключенного в отношении
Не мог бы уважаемый Ургх напомнить мне, по какому из пунктов заключенного договора это теперь его мост? – подстраиваясь под речь своего собеседника поинтересовался бард. Ему и впрямь было очень любопытно. Среди многочисленных разновидностей фейри было не так уж много наций способных на ложь, и тролли к ним не относились никоим образом, а значит, данный экземпляр «тролля мостового» и впрямь был абсолютно уверен в своем праве на этот мост. Причину же этой уверенности Артуру и надлежало выяснить. Это как минимум. Как максимум же – рассеять чреватое для людей серьезными финансовыми потерями заблуждение молодого фейри.
– Могу! – радостно ответил на вопрос Артура тролль.
– Ургх – умный. Ургх договор читал! В договоре сказано, что если Ургх починит сломанный мост, или не даст сломаться целому, то мост принадлежит Ургху! Ургх не дал этому мосту рухнуть и теперь это мост Ургха!
– Но с чего мост должен был разрушиться? – недоуменно спросил Артур, перегнувшись через перила и осматривая массивные каменные опоры старинного моста без малейших признаков трещин или иных повреждений. – Мост еще прочный и рухнет нескоро!
– Сейчас – да! – еще более довольно ответил тролль. – Сейчас это мост Ургха, и Ургх не даст ему рухнуть. А вот если бы Ургх не пришел, мост упал бы. Совсем скоро упал. Под ним такая гадость лежала, что быстро его бы уронила. Совсем, совсем быстро!
– Что за гадость? – Сейчас Артур уже совсем ничего не понимал.
– Гадкая гадость. – Популярно объяснил тролль.
Арт вздохнул. «Интересно, этот тролль, случайно в Интернете „капитаном Очевидность“ не подрабатывает?» – подумалось ему мельком.
– А можно ли посмотреть на эту «гадость»? – устало поинтересовался он, вплетая в свой голос Силу и Чистоту. Это, конечно, было явным расточительством, но судя по стилю общения, Ургх явно намеревался подзатянуть беседу, а сил у Арта оставалось не так уж и много. Беседа с фейри, даже относительно мирная, такая как происходила сейчас, здорово выматывала, и он не был уверен, что выдержит достаточный срок, если Горотрясу вновь взбредет в голову пуститься в длительные рассуждения о степени вредоносности обнаруженной под мостом загадочной и разрушительной «гадости».
Реакция тролля на эту просьбу оказалась в точности такой, как бард и прогнозировал. Вложенная в голос Чистота заставила Ургха на мгновение расслабиться, полностью сняв всю имеющуюся защиту, чтобы не пропустить ни капли драгоценной энергии, а Сила побудила немедленно выполнить изложенную просьбу, не задумываясь над её содержанием. Благо, что он и сам, похоже, весьма невысоко оценивал эту загадочную «гадость» и потому, желание барда никоим образом не противоречило внутренним намерениям и желаниям тролля. Иначе бы, столь легко повлиять на его действия барду не удалось.