Поющие Вечности
Шрифт:
Противостоять этой ярости могли лишь скованные своими запретами барды. И то, – недолго, очень недолго. Совершенно недостаточное время, для того чтобы хоть както успокоить, или упокоить души сражающихся. Странное зрелище представало перед заглянувшими туда. Дроупредводитель партизанского отряда. Альв – танкист. Орки в форме СС. Оборотни с погонами военной полиции. Казалось, сама реальность сходит с ума, лишая разума всех, кто задерживается в этом месте.
Так что к выбору той песни, что должна была стать его оружием, Артур подходил с большой осторожностью.
К сожалению, времени на размышления почти не было. Метель радужных вспышек над сидом почти успокоилась, сквозь
Вздохнув, Артур решительно ударил по струнам своей гитары. Мелькнувшая у него мысль требовала осуществления. Песня, пришедшая на ум, просилась на свободу.
Когда ты не можешь справиться с бедой сам – следует звать на помощь. Если на помощь не приходят, – следует звать того, кто придет всегда. Даже если его и нет. На то и Феерия, чтобы здесь случалось невозможное! А если он проиграет, если невозможное не случится, то что ж… Смерть в Феерии – не худшая участь для Барда. Далеко не худшая и вполне обычная. Чаще всего, Барды погибали именно здесь. Ушел в Феерию, говорили о них. И это было правдой. Впрочем, неважно. Ради такой возможности, в концеконцов, стоило и рискнуть.
Легкая, веселая мелодия. Простенькая детская песня, пришедшая на ум в минуту смертельной опасности. Простая… Но сколь многозначная!
Оборотень уже почти прорвался сквозь призрачную границу миров, когда зазвучали первые слова.
Дружба крепкая не сломается,
Не расклеится от дождей и вьюг.
Друг в беде не бросит, лишнего не спросит,
Вот что значит настоящий верный друг.
Артур пел, слегка прикрыв глаза. Он – не воин, и не обязан смотреть в лицо наступающей смерти. В этот момент он и сам не понимал, что, какая сила, заставила его выбрать именно эту песню. Ведь были, были варианты. Вагнеровская «Гибель Богов», – могла закружить нападающего в безумном вихре смерти и распада. «Черный марш» – своей безудержной злобной энергией легко мог сокрушить и уничтожить целое войско противников, а не то что одного захудалого прОклятого оборотня. Сейчас, когда выбор был сделан, различные варианты сокрушительных, разрушающих и уничтожающих противника песен так и вертелись у него на уме. Но… «Коней на переправе не меняют». И он пел весёлую детскую песенку, пел, вкладывая в неё всю доступную ему Силу и Чистоту, – в надежде на Чудо. На то, что друг, – ДРУГ, которого у него нет, и никогда не было, действительно появится и спасет.
Мы поссоримся и помиримся,
«Не разлить водой» – шутят все вокруг.
В полдень или в полночь друг придет на помощь,
Вот что значит настоящий верный друг.
Он пел. Прошла уже почти минута, переход твари давно должен был завершиться, а смерть все не приходила. Громкий лай и злобное рычание раздавались неподалеку, перемежаясь отчаянными взвизгами, но удара – того короткого и смертоносного удара, которого он ожидал, все не наступало.
Артур открыл глаза, и понял, что он был не прав. Нет друга? Как он только мог забыть! Друг был. Настоящий. Именно такой, о котором пелось в песне. И именно он сейчас, оскалив длинные желтоватые клыки, закрывал барда своим телом, сцепившись с оборотнем в беспощадной схватке.
Когда он погиб, Артуру было всего
Друг всегда меня сможет выручить,
Если чтонибудь приключится вдруг.
Нужным быть комуто в трудную минуту –
Вот что значит настоящий верный друг.
Они именно дружили, и дружбе этой совершенно не мешало то, что один из них был человеческим ребенком четырех лет от роду, а другой – опытным и взрослым девятилетним охотником и славным дворовым бойцом из породы сибирских лаек.
Приезжая к деду в гости, Артур старательно утаивал самые вкусные части обеда, чтобы угостить своего друга. Тот, в свою очередь, приносил ему то слегка придушенного курёнка, украденного у когото из соседей, то печально обвисшую в пасти кошку с обреченным взглядом, а то и здоровенную лису с перекушенным хребтом, пойманную гдето за околицей.
Туман пускал его в свою будку и согревал своим телом, когда зимой, набегавшись по двору, и замерзнув, но не желая возвращаться в скучную и душную избу, Артур прибегал к нему отогреться. Он защищал его от деревенских мальчишек, както раз решивших побить «городского недотепу» случайно, по малолетству повредившего возведенную на пустыре рядом с домом снежную крепость.
Не раз бывало, что, стоило только отцу или деду начать ругаться на чемто провинившегося Артура, как тут же прибегал Туман, и, усиленно виляя хвостом и подлизываясь к грозному обвинителю, задней частью своего тела осторожно отталкивал Артура в сторону, словно намекая – беги быстрей, пока я отвлекаю!
Когда Туман погиб, встретившись на охоте с разъяренным кабаном, Артура в деревне не было. Печальное происшествие пытались скрыть от ребенка, когда он приехал. «Детский ум гибок, он, наверно, уже забыл собаку» – рассуждали взрослые… И ошибались.
В конце концов, рассказать все же пришлось. Слишком долго и упорно разыскивал его Артур, бегая по деревне и заглядывая во все дворы, пытаясь отыскать товарища, которого наверняка украли, – ведь добровольно он никогда бы не покинул его. Тумана надо было найти! Найти и спасти – и все станет в порядке. И Артур искал. Искал своего друга, искал отчаянно и безнадежно, не отвлекаясь ни на сон, ни на еду, ни на отдых. Искал, до тех пор, пока родители, потеряв всякое терпение, не рассказали ему правды.
Он не поверил и тогда. И лишь увидев могилу пса, он понял и осознал, – что Тумана больше нет, и искать – бесполезно. Проплакав почти всю ночь, наутро маленький Артур все же забылся беспокойным сном.
И вот, сейчас друг вернулся. Вернулся, чтобы помочь и спасти. И с этой задачей, он, как и двадцать лет назад справлялся превосходно. Тогда, – и Артур отлично это помнил, холка крупной и сильной собаки находилась как раз на уровне его подбородка. Сейчас эта пропорция сохранилась. Сотканное из клубов бледного, седого тумана тело пса по размерам даже немного превосходило размеры средней лошади. Яростно атакующий оборотень напрасно пытался вцепиться в седую шерсть защитника барда, – его мощные челюсти раз за разом хватали лишь дымные клубы, из которого и состояло тело призванного защитника. Укусы же Тумана были стремительны и точны, и раны от его клыков вовсе не стремились немедленно затянуться, как это происходило с ранениями, нанесенными оборотню земным оружием.