Поймать ночь

Кеньон Шеррилин

– Ш-ш-ш, - прошептал он и нежно поцеловал её в макушку.
– Уверен, она чувствует то же самое по отношению к тебе. И клянусь своей жизнью, ни одна из вас не должна бояться потерять другую. Я буду начеку.

Табиту изумила его нежность, Валериус явно никогда ее не показывал, даже самому себе.

Она отстранилась, чтобы посмотреть на него.

– Как могли твои братья убить тебя?

Он мгновенно ее отпустил и сделал три шага назад. По его лицу, она поняла, что этот вопрос причинил ему глубокую

боль.

– Извини, Вал. С моей стороны это было бестактно.

– Всё в порядке. В те времена все было по-другому.

Очевидно, это его стандартный ответ на любой вопрос, но этот вывод слишком прост, чтобы с ним согласиться.

– Мне нужно позвонить Отто, чтобы он привёз нам ужин. Не знаю как ты, но я голоден.

Табита кивнула, предоставляя нужную ему передышку. Не оглядываясь, Валериус вышел, оставив её одну в библиотеке.

– Что ты нашла в этом ублюдке?

Она быстро повернулась на неожиданно прозвучавший позади голос, и увидела высокого мужчину ростом с Вала, сердито уставившегося на неё. Одетый в чёрные джинсы и футболку, он был невероятно красив с аккуратной эспаньолкой, коротко стриженными чёрными, как смоль волосами и ярко-синими глазами.

– Кто ты такой, черт побери?

– Зарек.

Это неожиданное имя застало её врасплох. Так вот он, печально известный мальчик для битья, живший в доме Валериуса в Риме. На первый взгляд, братья были схожи только ростом и цветом волос.

Табита скрестила руки на груди, без страха глядя ему в лицо.

– Так значит, ты тот гад с молниями.

Он зло рассмеялся на её оскорбление.

– На твоём месте я бы поостерегся. Нет закона, запрещающего мне поджарить и твою задницу.

Она усмехнулась, не принимая угрозу всерьез.

– Уверена, что так оно и есть. Да только Эш убьёт тебя, если причинишь мне вред.

– Пускай попробует, но вряд ли у него что получится.

Табита втянула воздух сквозь зубы в ответ на его дерзкий тон.

– А ты самонадеянный, да?

Зарек равнодушно пожал плечами.

– Итак, что ты тут делаешь?
– спросила она.

– Я наблюдал за вами.

Ей стало противно от его признания и от мысли, что он мог видеть. Она брезгливо вздрогнула.

– Ты сексуальный извращенец!

Его глаза опасно сузились.

– Вряд ли. Уверяю тебя, что вовремя отводил глаза, когда вы начинали свои дерьмовые любовные утехи. Однажды я уже был слеп, и не хочу возвращаться к этому.

– Тогда зачем ты наблюдал за нами?

– В основном из любопытства.

– А сейчас ты здесь. Зачем?

– Потому что мне интересно, с чего это свояченица Кириана трахается с таким, как Валериус.

Табита презрительно усмехнулась.

– Это не твоё дело, чёртов приду…

Она умолкла, так как комната завращалась вокруг нее.

Внезапно

библиотека Валериуса исчезла, и она оказалась в зеркальном коридоре, где увидела отражение себя и Зарека.

– Где мы?

– На Олимпе. Хочу тебе кое-что показать.

Зеркало перед ней замерцало и изменилось. Они в нем больше не отражались.

Вместо этого оно показало ей прошлое.

Она увидела древнюю холщовую палатку, внутри которой находился привязанный к деревянному каркасу окровавленный мужчина, мучимый пытками. Он кричал, моля о милосердии на латыни, в то время как другой человек избивал его шипастой плетью.

Съежившись, Табита закрыла уши, пока избиение не прекратилось, и вперед вышел мужчина в римских доспехах.

Это был молодой Валериус. Его угрюмое заросшее лицо явно нуждалось в бритье, доспехи заляпаны пятнами крови. Он выглядел уставшим и неопрятным, как будто не спал несколько дней, тем не менее, его окружала аура королевского превосходства.

Он хлестнул водой в лицо мужчине.

– Скажи, где они будут переходить?

– Нет.

Слова Валериуса, приказывающего солдату продолжать избиение мужчины, эхом отозвались в ее голове.

– Твой любовник ослепил меня, - прорычал Зарек ей на ухо, а зеркало затуманилось и вскоре прояснилось, показывая двух маленьких мальчиков.

Один лежал на земле, свернувшись калачиком, пока другой избивал его плетью. Один из ударов попал мальчику прямо в глаз. Закричав от боли, он прикрыл глаз чумазой рукой.

– Я на земле, - сердито проворчал Зарек ей на ухо.
– А Валериус - тот, кто безжалостно бьёт меня, а ты с ним трахаешься.

Не в силах смотреть на эту жестокость, Табита развернулась и натолкнулась на кого-то еще.

Она начала вырываться, но, подняв голову, увидела Эша, чей вид не предвещал ничего хорошего.

– Что ты делаешь, Зи?

– Показываю ей правду.

Ашерон покачал головой, глядя на бывшего Темного Охотника.

– Не могу поверить, что ты женат на нимфе правосудия и ничему от нее не научился. Зи, в любых воспоминаниях всегда есть три стороны. Твоя, их, и истина, находящаяся где-то между вами. Ты показываешь ей отдельные фрагменты, чтобы доказать свою точку зрения. Почему бы тебе не показать Табите полную картину?

Эш подвёл её к зеркалу.

– Табби, я не собираюсь лгать тебе или пытаться изменить твоё мнение. Это воспоминания не Зарека или Валериуса, а только подлинная, объективная реальность.

Она снова увидела Валериуса ребёнком и мужчину в тоге, удивительно похожего на Зарека, подходящего к нему. Должно быть, это их отец.

Смеясь, он похлопал Валериуса по плечу.

– Вот так, сын мой. Всегда бей по самому уязвимому месту. Когда-нибудь ты станешь хорошим полководцем.