Пойманные игрой

Субботин Максим Владимирович

– Боги их знают, - ответил проводник.
– Неупокоенные души висельников. Много их тут перевешали. Вот и маются до сих пор.

– Где их тела?
– спросила Руни.

Ишилан многозначительно кивнул вниз, пожал плечами.

– Тогда чего стоим?
– фыркнула Арагна.
– Пусть летают.

Призраки их не преследовали - поднимались из темноты, безмолвно кружились возле останков виселиц.

– Жалко их, - проговорила Руни, когда мост остался за спиной.

– Это не люди, - наполнив голос сарказмом, напомнила ей ведьма.
– К тому

же - преступники.

– Все равно...

На этой стороне моста разместилось несколько небольших строений. Скорее всего, когда-то здесь несла дежурство тюремная стража. Теперь же строения стояли заброшенными: крыши провалились и погребли под собой внутреннее простое убранство. В одном из строений обнаружились тесные камеры, в каждой из которых имелось две пары вмурованных в стены кандалов. На самом отшибе гарнизона, у края пропасти, прикорнул храм, посвященный Хадесу - богу справедливости и скорого возмездия. Храм небольшой, к тому же основательно обчищенный. Из всей обстановки остался только каменный алтарь, с которого кто-то успел содрать обязательную золотую гравировку. И, странное дело, над алтарем до сих пор висела небольшая лампада, в которой все еще трепетало пламя.

И снова лестницы, но на этот раз ведущие только вверх.

Постепенно камень полностью уступил место кирпичу. Причем здесь он сохранился куда лучше, нежели в самом начале тюремного уровня. В стороны то и дело убегали ответвления коридоров. Некоторые из них наглухо закрыты толстыми решетками. Другие же открыты и тянулись, судя по всему, на многие десятки метров - Арагна ради любопытства запускала в них огненный шар. Тот удалялся настолько, что чуть не растворялся в темноте, но до конца коридора так и не добирался. На полу и даже стенах толстым слоем лежала пыль - плотная, спрессованная за многие годы, местами превратившаяся в прочную корку.

Хагер пытался представить, каким же некогда был Стендар, если нуждался в столь огромной тюрьме?

Ишилан остановился внезапно.

Дорогу перекрывала дверь. Как и все вокруг - из толстых металлических прутьев, покрытых налетом ржавчины.

– И что?
– спросил Хагер.

– Наверное, я захлопнул ее, когда убегал...
– неуверенно проговорил Ишилан, дергая дверь. Та даже не шелохнулась.

– Или кто-то ее закрыл, - продолжил мысль Хагер.

– Не думаю, - замотал головой проводник.
– Сюда никто не спускается много лет.

– Мы-то спустились.

– Мы - другое дело, - наставительно поднял палец Ишилан и еще раз дернул дверь. Дернул сильно, ухватившись обеими руками и уперевшись одной ногой в стену. Тщетно.

– Это точно нужное направление?
– спросила Руни.
– Может быть...

– Нет, мы не сбились с пути, - опередил ее вопрос проводник.

– Тогда позвольте мне...
– ловкачка проскользнула к двери, опустилась перед ней на колени. Она скинула с плеч мешок, выудила из него три отмычки.
– Шансов не очень много, - проговорила себе под нос.
– Но попробуем...

Первая отмычка сломалась почти сразу. Со второй Руни провозилась

дольше. И только с третьего раза замок поддался. Послышался металлический щелчок - дверь с протяжным скрипом отворилась.

– Умница!
– выдохнул Хагер, который за время работы ловкачки забыл, как дышать.

Руни поднялась с победным видом и широкой улыбкой.

– Осталось совсем немного, - сказал Ишилан.
– Дальше будет стена, сквозь которую я и выбрался. В стене есть дыра, сейчас она заложена. Надо аккуратно и тихо разобрать кладку. Мы попадем на верхний уровень. Вашего друга наверняка держат там. Уровень охраняется. Вы должны выбрать, кто пойдет на поиски. Идти всем - глупо.

– Нечего выбирать, иду я, - усмехнулась Руни.
– Остальным слонам ждать тут.

Повисла неловкая пауза. Хагер отлично понимал, что из всей их компании идти нужно именно ловкачке. Скрывшись в тенях, она проскользнет под самым носом стражей. Ее никто не заметит, не напади она первой. И все же отпускать девчонку на поиски в одиночку казалось чем-то неправильным.

– Там хренова туча камер, - ухмыльнулся Сарф.
– Придется обыскать все. Ну, или большую часть.

– Не дура - понимаю, - улыбнулась Руни.
– А чтобы вам не было скучно и тревожно - пусть она повесит на меня свою ворону, - ловкачка кивнула на ведьму.

– Повесит ворону?
– не понял Хагер.

– Я знаю - она может, - усмехнулась ловкачка.

– Могу, - согласилась Арагна.
– Тогда мы сможем видеть все, что видит ворона.

– Отлично!
– загорелся Хагер.
– Не знал, что такое возможно. Если что - сможем прийти на помощь.

– Не забудь потом забрать, - Руни повернулась к ведьме.

– Очень надо следить за тобой, - фыркнула та.
– Здесь - возможно, - она посмотрела на воина.
– Спасибо разработчикам. Немного ушли от канона.

Шепот ее слов заставил вытатуированную ворону дрогнуть, ожить. Черная птица подняла голову, осмотрелась глазами-бусинами. Потом, подпрыгнув, ненадолго закружилась в воздухе - и резко спикировала на Руни. Ловкачка отшатнулась, но птица уже превратилась в сгусток черного дыма, который окутал ее лицо. Когда дым рассеялся, татуировка красовалась на лбу девушки.

Сарф подавился смешком, попытавшись спрятать его в кулак.

Руни закатила глаза, ощупала лицо.

– Извини, подруга,- это лучшее место, - с притворным сожалением проговорила Арагна.
– Но она тебе идет. Правда.

Ловкачка хотела что-то сказать. Ее брови сошлись к переносице, губы сжались в тонкую линию.

– Давай проверим, работает ли?
– опередил ее Хагер.

Ведьма прошептала слова заклинания, изобразила руками в воздухе большой овал, который тут же налился непроглядным черным. Но уже спустя секунды чернота начала расплываться, выпуская из-под себя зеркальную поверхность.

– Ничего так...
– покачал головой Сарф.
– Посмотри на меня, - обратился к Руни.

Ловкачка перевела взгляд на лучника. Его изображение тут же появилось в зеркале.