Повестка
Шрифт:
— Спасибо.
— Я присутствовал на похоронах, видел вас, но не имел возможности подойти. Судья был замечательным человеком.
— Спасибо,— повторил Рэй.
— Как дела у Форреста?
— Откуда вам известно о Форресте?
— Мне известно почти обо всем, Рэй. Еще школьником я привык добросовестно готовить домашние задания. Информация в фирму поступает тоннами, потому-то нас и считают победителями. Надеюсь, Форрест в норме?
— Пока — да.
Рэя разозлила небрежность, с которой собеседник затронул личную и весьма деликатную тему, но из материалов
— Отлично. Завтра рассчитываю быть дома. Сейчас я на борту яхты, а в море ритм жизни, сами понимаете, замедляется. Чему вы отдадите предпочтение — обеду или ужину на двоих?
Значит, не самолет, а яхта. Неплохо, неплохо, мистер Френч. Рэя устроил бы короткий разговор за чашкой кофе, но здесь он был всего лишь гостем.
— Как вам будет угодно.
— Имейте в виду оба варианта. Ветер в заливе переменчив, и я не уверен, во сколько точно пристану к берегу. Может, с вами свяжется завтра моя секретарша?
— Согласен.
— Речь пойдет о деле Гибсона?
— Если попутно не возникнет иных вопросов.
— Не должно. Все началось с Гибсона.
Вернувшись в мотель, Рэй некоторое время следил на экране телевизора за ходом бейсбольного матча, а потом, в ожидании захода солнца, листал книгу. Хотелось спать, но заснуть при свете он не мог. Со второй попытки дозвонился до Форреста и начал выяснять у брата подробности его затворнической жизни. Неожиданно в трубке прозвучал предупредительный сигнал.
— Я перезвоню,— сказал Рэй и нажал кнопку отбоя.
«Новое вторжение»,— бесполым механическим голосом известила консоль установленной в квартире охранной системы. Пытаясь держать себя в руках, Рэй распахнул дверь: «ауди» стояла менее чем в двадцати футах от стены.
Получил сигнал тревоги и Кроуфорд. Четверть часа спустя детектив уже звонил с места события.
— Отмычкой вскрыта дверь в подъезд, чем-то тяжелым, скорее всего кувалдой, взломана дверь в квартиру. Везде горит свет, стол в гостиной перевернут, на бытовую технику воры не покусились.
— Там нет ничего ценного,— сказал Рэй.
— Зачем в таком случае было лезть туда еще раз?
— Не знаю.
Кроуфорд поднялся на второй этаж к домовладельцу и попросил его вызвать бригаду ремонтников. Дождавшись ухода полиции, вновь позвонил Рэю.
— Это не может быть простым совпадением.
— Почему нет?
— Они не пытались ничего украсть, хотя бы для виду. Вас запугивают. Объясните, в чем дело?
— Не знаю.
— Лжете.
— Клянусь.
— И все-таки вы не до конца искренни со мной.
Так будет точнее, подумал Рэй и произнес:
— Чепуха, Кори, расслабьтесь. В городе орудует банда подростков. Какие-то сопляки перебрали пива и отправились на поиски легкой поживы.
— Обстановка в городе мне известна. Здесь побывали не подростки.
— Помня о сигнализации, профессионал бы туда не вернулся. Действовали два совершенно разных человека.
— Сомневаюсь.
Признавая друг за другом право на сомнения, оба прекрасно понимали,
Два часа Рэй ворочался в постели, не смыкая глаз. В одиннадцать он решил подышать свежим воздухом, сел в машину и безотчетно порулил в сторону «Акрополя». Рулетка и дрянное красное вино помогли скоротать время до трех ночи.
В начале четвертого Рэй снял на третьем этаже отеля номер, из окон которого была видна стоянка, и не спускал с «ауди» глаз до тех пор, пока не погрузился в сон.
ГЛАВА 30
Без четверти двенадцать его громким стуком в дверь разбудила горничная. Расчетным часом здесь, как и повсюду, был полдень. Прокричав в ответ что-то нечленораздельное, Рэй встал под душ.
«Ауди» выглядела как игрушка: на крышке багажника ни скола краски, ни хотя бы царапины. Рэй открыл багажник, заглянул внутрь. Три набитых банкнотами пластиковых мешка лежали целехонькие. Все шло своим чередом — пока, усевшись за руль, он не увидел под щеткой стеклоочистителя белый квадратик.
Квадратик не предвещал ничего хорошего. Это не могла быть квитанция за услуги парковки: посетители «Акрополя» оставляли свои автомобили у казино бесплатно. Это не мог быть призовой купон на лепешку пиццы: минувшей ночью фортуна отвернулась от Рэя.
Квадратик оказался обычным почтовым конвертом, но без марки, без всяких надписей.
Рэй медленно выбрался из машины, посмотрел по сторонам. Ни души. Приподняв стеклоочиститель, вытащил из-под него конверт и тут же вновь прыгнул за руль.
На колени выпал сложенный втрое лист бумаги с цветным фотоснимком бокса 37Ф, находившегося в хранилище миссис Чейни, Шарлотсвилл, Виргиния, то есть в девятистах тридцати километрах к северо-востоку от Билокси. Та же камера, тот же принтер и тот же фотограф, который наверняка знал, что в 37Ф уже нет никаких денег.
Стряхнув оцепенение, Рэй включил двигатель и выехал на автостраду, чтобы мили через полторы резко свернуть на узенькую улочку, запертую бетонным кубом химчистки. Из десятка двигавшихся в том же направлении машин ни одна не устремилась следом. Около часа Рэй пристальным взором изучал обе стороны улочки и не находил вокруг никаких признаков опасности. На правом сиденье лежал заряженный отцовский револьвер. Откинутая спинка заднего позволяла видеть содержимое багажника.
Все, что он считал для себя жизненно необходимым, было под рукой.
Личная секретарша Паттона Френча побеспокоила Рэя своим звонком в двадцать минут первого. Сложившиеся обстоятельства, сказала она, вынуждают босса заменить обед ранним ужином. Не согласится ли мистер Этли подъехать в офис фирмы к четырем часам пополудни?
— С удовольствием.
Офис располагался в импозантном особняке постройки первой половины XIX века, фасад его смотрел на Мексиканский залив, а идеально ухоженный газон осеняли три раскидистых дуба, чьи мощные корни едва угадывались под толстой подушкой мхов. Соседние здания были одного с особняком возраста и выглядели примерно так же.