Поверить в чудо 2
Шрифт:
– Сейчас всё будет, - и священник вышел отдать распоряжения.
– Что с отцом Петрасом?
– прошептала бабушка, ёрзая от любопытства.
– Его лёгкие забиты тромбами и мокротой.
– Беда,- выдохнула Тильда.
– Ты уж поосторожнее там...
– Ба, я всегда осторожна с пациентами.
– Прости меня, Господи, но я сейчас говорила не о настоятеле, а о тебе, - покивала, улыбаясь, бабуля.
– Себя побереги, ладно?
– Обещать не могу, но постараюсь. В конце концов, у меня в планах на завтра Анна, так что мне нужно быть
– Вот-вот.
Через несколько минут отец Юргас поставил рядом с Ольгой всё, что она просила, и поинтересовался:
– Чем я ещё могу помочь?
– Будете ассистировать ...Одну минуту, - девушка дотронулась пальцами к вискам настоятеля и разбудила его.
– Отец Петрас, - она обошла стул и присела на пол, вглядываясь в близорукие глаза священника.
– Я сняла ваши очки, пока они будут только мешать. ...Так вот, я хочу сейчас удалить из лёгких мокроту, но мне понадобится ваше содействие.
– Да, конечно, - покивал он.
– Какое?
– Просто доверьтесь мне и выполняйте все указания.
– Хорошо.
– Тогда, во-первых, нужно, чтобы вы разделись до пояса ...Да-да, я понимаю, вам нельзя, целибат и всё такое, но я ведь медик, целитель и не могу лечить вас, не касаясь... Рядом будет отец Юргас, ...а бабушка отвернётся и смотреть не будет. Нет, она не уйдёт, потому что будет нужна на подхвате, мало ли что ...а посторонних сюда мы не пустим.
– А-а...
– Я не хочу вас пугать, но положение серьёзное. Лёгкие забиты тромбами и мокротой под завязку. Вы ведь пользуетесь ингалятором от астмы, да? Так вот, когда сосуды, а вместе с ними и альвеолы, под воздействием лекарства расширяются, вы начинаете глубже дышать ...и с каждым вздохом ещё глубже втягиваете в лёгкие слизь и тромбы. У вас, наверное, уже и голова кружится, и давление высокое? Это от нехватки кислорода.
– Я чувствовал, что ингалятор не помогает, а он, оказывается, ещё и ухудшал моё состояние, - у настоятеля затряслись губы и он всхлипнул.
– Боже!
– Знаете, - проникновенно зашептала Ольга, придвигаясь ближе к священнику.
– Я давно убедилась, что меня ведут по жизни к тем, кто особенно нуждается. И раз уж я здесь ...неужели вы хотите оспорить Божью волю?
– Нет, - выдохнул настоятель.
– Я не смею.
– Тогда раздевайтесь до пояса.
Ольга встала на ноги и принялась убирать со стола.
– Зачем?
– вскинул брови Юргас.
– Дерево крепкое, отца Петраса выдержит, - она постучала кулаком по столешнице.
– Помогите товарищу лечь на живот, головой к самому краю.
– Есть такая процедура - бронхоскопия. Больному через горло вводят в лёгкие специальную трубку и с её помощью отсасывают мокроту. Но в данном случае к бронхоскопу прибегать опасно, так как у отца Петраса сильное воспаление бронхов и любое инородное вторжение может вызвать кровотечение или кое-что похуже.
– Так это не астма?
– вскинулся священник.
–
– Я же просил тебя показаться врачу, - сердито прогромыхал отец Юргас, - ведь второй день с температурой ходишь.
– Я и собирался, завтра, - настоятель опустил голову, упёршись носом в стол и часто задышал.
– Но всё равно не верил, что мне помогут.
– Так, не будем тянуть время, - Ольга встала над столом и положила руки на плечи настоятелю.
– Сейчас я начну из бронхов вытягивать мокроту, будет неприятно, так что терпите. Когда почувствуете тошноту, отец Юргас подаст вам таз...
Тильда украдкой подсматривала фантасмагорическую картину - её внучка колдовала над священником. "Хотя это, скорее, напоминает массаж", - мысленно поправилась она. Ольга, наклонившись над телом пациента, медленными движениями разглаживала его спину от поясницы до шеи. Периодически отца Петраса тошнило, но "ассистент" Юргас был начеку и ловко подставлял ему таз для сплёвывания мокроты или подавал воду, чтобы товарищ прополоскал рот. При этом Юргас не переставая молился Пресвятой Деве, прося её о милосердии ипомощи.
Процедура заняла двадцать минут, после чего Ольга усыпила пациента, а потом, встав у него в головах, занялась приведением в порядок общее состояние организма. Спустя какое-то время, девушка присела на стул, сложив на коленях дрожащие руки, и тяжело вздохнула.
– Бабушка, сделай мне через час крепкого и очень сладкого чаю, - попросила она, откидывая голову на подголовник.
– А пока не пугайся, я ненадолго отключусь... так что не трогай меня, ладно?
В комнате воцарилась тишина. И настоятель, и целительница спали, восстанавливаясь после неприятной процедуры. Отец Юргас, сдвинув всё "оборудование" в дальний угол, приселрядом с Тильдой и тихо спросил:
– Что нам делать?
– Ждать, - она закусила губу, наблюдая за внучкой, а потом перевела взгляд на спящего на столе отца Петраса.
– Как он?
– Думаю, хорошо. ...Теперь хорошо.
– А его мокрота?..
– Я не собираюсь это тебе показывать, просто поверь на слово - то, что Ольга достала из лёгких ...просто уму непостижимо, как Петрас вообще дышал.
– Знаешь, - задумчиво протянула Тильда.
– Я слышала краем уха вашу с Ольгой беседу ...и пришла к выводу ...или, скажем так, поняла, какое на самом деле предназначение у внучки.
– Да? Интересно послушать.
– Она сказала, её ведут по жизни. Кто? Сам догадываешься. Думаю, и встречи с людьми на её пути отнюдь не случайны. Понимаешь, о чём я? Так что не нужно девочку наставлять илиучить, пусть живёт, как считает нужным. А если кому-то будет нужна помощь, Господь её обязательно направит.
– Значит, тишина и тайна, - кивнул священник. И на вопросительный взгляд подруги, объяснил, - так Ольга выразилась, что её удел - это тишина и тайна.