Повелитель
Шрифт:
Дойдя до хижины, очень уставшая, но счастливая, Зи сразу же поняла, что ей будет трудно поставить дерево вертикально, чтобы стрясти с него снег. Оно почему-то все время падало. Вероятно, существовали специальные приспособления, с помощью которых Ник устанавливал деревья, но у нее ничего подобного не было. Единственный выход — прислонить сосну к стене в углу комнаты, подальше от камина.
Втащить дерево через дверь также оказалось проблематично. Сосна была маленькой и гибкой, но размах ее ветвей был значительно больше ширины двери. Будет слишком
Зи не знала, как ей лучше поступить: принести дерево в дом сейчас или подождать, пока все проснутся?
Ком мокрого снега упал на голову Зи, напомнив ей о том, как холодно было на улице. Она зашаталась, но удержалась на ногах.
«Внесу дерево в дом позже, когда Ник проснется», — решила Зи. А сейчас ей нужна была только кружка горячего чая, после чего она свернулась бы калачиком в сильных руках Ника и уснула бы. И все тогда покажется ей возможным, страхи исчезнут. Зи знала, что уснет крепко, без сновидений.
Глава 8
— Что ты собираешься делать с этими яйцами? — поинтересовался Гензель, когда Ник разбил последнее над единственной имеющейся в доме кастрюлей.
Звонкий детский голос разбудил Зи. Через минуту ее голова показалась из-под одеяла.
— Доброе утро, — улыбнулся Ник.
— Доброе. — Зи зевнула.
— Ник! — Гензель дернул его за рукав и повторил свой вопрос: — Что ты собираешься делать с яйцами?
— Я готовлю омлет. — Ник нахмурился, представив, каким маленьким покажется омлет, разделенный на четверых. Почти вся упаковка яиц ушла на яичный коктейль. Предвидя следующий вопрос, Ник добавил: — Смешиваешь все, что есть в доме, с яйцами и жаришь. Будет вкусно. Это рождественское блюдо, — пояснил он, чтобы остановить поток вопросов.
Гензель недоверчиво посмотрел на сковородку. Ник раздумывал, не вручить ли сейчас детям подарки, чтобы отвлечь их от еды. Но хотелось подождать, когда Зи встанет.
— Ты собираешься жарить яйца? — догадался Гензель.
— Да, конечно. Я не дам вам сырых яиц, так как есть их сырыми вредно.
Гензель открыл было рот для следующего вопроса, но подошла Зи и что-то сказала ему на их необычном языке. Мальчик пожал плечами.
— Но я не заболею! — заявил он.
— Я нашел съедобные травы, — сообщил Ник Зи, по какой-то причине ощущая неловкость при свете дня.
Зи прекрасно выглядела, хотя только что проснулась. Она и пахла хорошо. Он почувствовал это прошлым вечером: она излучала великолепную радугу запахов. Но, в отличие от радуги, состоящей всего из нескольких цветов, букет запахов Зи поражал. Это были естественные запахи, но очень приятные… И это ему не казалось. Многие женщины радовали глаз — модели и актрисы, — но они были так же далеки, как и Луна. Зи была рядом, будоража его чувства.
— Травы? Здесь? — в голосе Зи звучало удивление.
Она выглядывала из одеяла, как из кокона. Ник сделал над собой усилие, чтобы сосредоточиться на разговоре, чему очень мешал вид заспанной Зи с взъерошенными волосами и ее очаровательный
— Я знаю, что травы выглядят совсем неаппетитно, — заметил он. Пожалуй, он выразился слишком деликатно, так как травы были сильно побиты морозом. — Но после приготовления они станут очень вкусными. Хотя не знаю, давать ли их детям.
Зи взяла маленький пучок почерневших стеблей и понюхала.
— Да, травы будут вкусными. Спасибо, Ник, что приготовил нам завтрак.
— Для меня это удовольствие. — Он очень обрадовался и, поймав ее улыбку, почувствовал себя награжденным лавровым венком.
— Мы поедим, а потом я пойду на охоту, — решила Зи.
— На охоту? — Ник испугался. — Но… можно ли идти одной? Ведь сейчас Рождество.
— Нет, я пойду не одна. Возьму с собой детей. Им нужно научиться охотиться.
— Возьмешь детей? — ошеломленно повторил он. Потом выпалил слова, которые дал зарок не говорить ни одной женщине: — Нет, ни за что! Знаешь, сколько бывает несчастных случаев, когда детей берут на охоту? Пулевые ранения трудно вылечить, а в прошлом году…
— Ник, я не стреляю из ружья, — внезапно прервала его Зи. — Мы не любим оружия. Это не для нас.
— Лук и стрелы ничем не лучше, — сделав паузу, заметил Ник. — Дети еще слишком маленькие для стрельбы из лука.
— Я и из лука не стреляю, — мягко возразила она.
— Тогда как ты убиваешь зверей? Копьем? — не понял Ник, чувствуя, что все больше очаровывается ею, сам того не желая. — Или ты ставишь капканы?
— Нет… Это трудно объяснить. Ты когда-нибудь видел рыбака, который стоит в воде и ловит рыбу руками?
— Да. Один раз. По телевизору, — признался он.
— Вот так и мы это делаем. Без оружия.
Он посмотрел на Зи с уважением.
— Ты умеешь ловить рыбу голыми руками?
Замявшись, через минуту она ответила:
— Да.
— Что ж, я должен на это посмотреть. Знаешь, у меня есть два друга, которым ты обязательно понравишься, — пообещал Ник. — Если снег не растает, а мы застрянем здесь еще когда-нибудь, то все вместе пойдем на рыбалку.
Зи пристально посмотрела на него, и он пожалел, что не знает, о чем она думает:
— Я буду охотиться, даже если снег растает, — спокойно произнесла Зи. — Нам всем надо что-то есть.
Ник уставился на нее, как на сумасшедшую. Неужели ей было непонятно, что прошлая ночь все изменила? Она теперь не одна. Конечно же, он позаботится о том, чтобы Зи и дети больше не голодали.
Но об этом Ник ничего не говорил Зи, откуда же ей было знать, что решил для себя Ник.
«Не торопи события, но и не веди себя, как глухонемой», — посоветовал призрак.
— Конечно, вам… надо что-то есть. Но как только снег растает, мы все отсюда уедем. В ближайшем городе мы поедим как следует. — Ник говорил уверенно. Он не любил рисковать «ягуаром», но все-таки придется ехать по этим ужасным дорогам, чтобы накормить Зи и детей. — Потом мы решим, что делать дальше.