Шрифт:
Майкл Флетчер
Повелитель Возмездия
Michael R. Fletcher — Lord of Vengeance
Перевод выполнен исключительно в ознакомительных целях и без извлечения экономической выгоды. Все права на произведение принадлежат владельцам авторских прав и их представителям.
Найвер Хельд шел по глубоким
Тяжесть. Это первое слово пришедшее на ум.
Все вокруг казалось тяжелым и мрачным.
Снег, пригибающий к земле каждую ветку. Невидимые грозовые тучи, застилающие ночное небо. Доспехи его отца, кожаные, с серебряными дисками, вырезанными из костей южных народов и обагренными кровью многих поколений семьи Хельд, имели свою мрачную историю. Даже отсутствие цвета давило на его душу. Впереди, сгорбившись от холода, едва виднелась черная фигура Курцлебига. Следы, по которым шел Найвер, казались черными ямами на безупречной белизне. Деревья, мимо которых они проходили, эбеновые призраки, стонущие под тяжестью собственного бремени, безмолвно наблюдали за воинами.
Говорили, что мягкие южные города-государства верят в загробную смерть, лишенную цвета. Серая еда. Безвкусное пиво. Их смерть была такой же безрадостной, как и их унылая жизнь. Единственным, что в ней было хоть сколько-нибудь привлекательным, была идея о том, что убитые тобой люди должны вечно следовать за тобой, подчиняясь каждому твоему приказу. Южане были безумны. Даже их загробная жизнь казалась извращенным способом самоистязания. Вместо того чтобы находиться в окружении друзей и почитаемых предков в Зале Войнов Раче, южане оказались в окружении тех, кого они ненавидели настолько, что готовы были убить.
Найвер снова взглянул на спину Курцлебига. Интересно, готовы ли они убить друга только ради того, чтобы у них был хоть один человек, который им нравится.
Однако Гегнер жили еще севернее, чем Хайм, и это было совсем не похоже на набеги на юг.
Несмотря на то, что в отряде было двадцать человек, Найвер видел только широкую спину Курцлебига. Этот человек был искусным бойцом: за все время их тренировок Найвер ни разу не смог нанести ему ощутимый удар.
Если из-за него мы заблудимся, я буду вечно над ним насмехаться.
Два неопытных воина, заявивших, что они пропустили поворот и сбились с пути, покажутся трусами. Хуже и быть не может.
Листиг уже никогда не будет смотреть на меня по-прежнему.
Ночной холод пробирался сквозь меха и доспехи, и Найвер очень сильно скучал по теплу своей жены.
Хуже того, его отец, который, без сомнения, смотрел вниз из Высокого Зала Раче, где те, кто убил более пяти врагов, прежде чем пасть, принимали с достоинством свою загробную смерть, плакал бы от стыда.
Черт возьми, как же холодно!
Набег на соседнее королевство казался
— Если ты не вернешься, — пообещала Листиг, — я буду молить Раче отомстить королю Хорику за то, что он забрал тебя у меня.
Найвер объяснил, что это будет рейд от имени Раче, и что Повелитель Возмездия был на их стороне.
— Гегнеры напали на фермы вдоль нашей северной границы. Если мы не отомстим, то никогда не будем ужинать в Зале Войнов Раче.
Листиг закатила глаза, как делала, когда считала, что он ведет себя глупо, но знала, что не сможет переубедить его.
— Будь осторожен, — сказала она ему. — Тут что-то не так.
У нее постоянно были чувства по любому поводу, и она удобно забывала все случаи, когда они ничего не значили.
Впереди Курцлебиг замедлил шаг и остановился, пытаясь высвободить топор, висевший у него за спиной.
Мы на месте?
Найвер выхватил отцовский меч. С тех пор как король Хорик вручил его ему в руки и рассказал о том, как его отец погиб, убивая мерзких ублюдков гегнера, он жил ради этого момента. На протяжении четырех поколений этот меч снова и снова закалялся в крови гегнеров.
Сегодня будет день Найвера. Он заставит своего отца гордиться им и покажет Листиг, что он настоящий мужчина, готовый оставить безумства молодости позади. У них будут дети, и когда-нибудь король Хорик или, может быть, Вут, его старшая дочь — вручит этот меч первенцу Найвера.
Найвер придвинулся ближе к своему другу и прошипел:
— Почему мы остановились?
Наконец сняв с плеча топор, Курцлебиг ответил:
— Не знаю.
За спиной Курцлебига смутный силуэт помахал им рукой, призывая не высовываться. Найвер узнал грубоватую фигуру Альтерера, седого воина, который убил больше людей, чем Найвер когда-либо встречал.
— Город находится на вершине того холма, — сказал им Альтерер, указывая своим топором.
Найвер прищурился в темноту. Какой холм?
Он понятия не имел, откуда его приятель узнал, где они находятся.
Если бы они поднялись на вершину этого холма и оказались дома, он бы не удивился. Через полчаса первого дня каждое дерево и долина выглядели одинаково. Они легко могли бы блуждать бессмысленными кругами, и он бы ничего не узнал. Поздно вечером второго дня, после того как они удалились в свою палатку, чтобы укрыться от холода, он спросил Курцлебига, не считает ли он это шуткой, которую воины сыграли с двумя бескровными юношами.